Ждать лучшего или нет? Почему в положении учителей почти ничего не меняется

О проблемах в школе учителя говорят уже много лет, причем повестка почти не меняется: высокая нагрузка, низкие зарплаты. Решается ли что-то? Наш блогер Вадим Мелешко считает, что пока изменений мало. Но надежда есть.
«Вода камень точит» — это выражение знают все. Но мало кто помнит, что у него есть продолжение: «не силой, а частотой падения» («Gutta cavat lapidem, non bis, sed saepe cadendo», Овидий). То есть, если нельзя пробить стену одним ударом, надо долго и методично стучать в нее молотком, отбивая небольшие кусочки, пока не образуется пролом.
За всю свою жизнь (начиная с времен махрового застоя и по сей день) я слышал от учителей одно и то же: зарплата маленькая, нагрузка огромная, учителей не хватает, классы переполненные.
О чем это говорит? О том, что проблемы если и решаются, то отнюдь не такими темпами, как хотелось бы. Но давайте спросим себя: каким образом можно решить системную проблему разом? Чтобы огромные массы педагогов наконец вздохнули с облегчением и сказали: «Ну теперь можно работать с полной отдачей».
Избавиться от переполненных классов и школ, работающих в 2-3 смены, можно только одним способом — строительством новых школ. А чтобы каждая из них работала только в одну смену и в классах сидели менее 20 учеников, надо построить несколько тысяч зданий. Сейчас в России, по официальной статистике, меньше 41 тысячи школ, примерно половина из них — сельские. Строительство одной школы обходится в среднем в 1 миллиард рублей. То есть речь идет о многих триллионах рублей.
Но это еще не все. Если раньше у вас был класс 38 учеников, а теперь 18, значит, для остальных 18 детей нужно найти учителя (предварительно обучив его). А если учителя вместо 40 часов будут брать 18 (как и хотели), причем за ту же зарплату, значит, надо увеличить финансирование системы образования минимум в два раза. А лучше — больше. В сфере образования у нас трудятся порядка 2,5 миллиона россиян. Неплохая сумма выходит.
Подозреваю, что вы уже возмущены, мол, к чему автор ведет? Уж не к тому ли, что «денег нет, но вы держитесь», мы ведь и так на пределе?! Нет. Деньги есть, и немалые. Просто если в одном месте их стало больше, значит, в другом уменьшилось. У кого надо отнять, чтобы обеспечить учителям все те блага, о которых я говорил выше? Можно, конечно, отнять и поделить, пресечь отток средств за границу, увеличить бюджетное финансирование образования с 5% (1,1 триллиона рублей) хотя бы до 11%, как это было во времена позднего СССР. Все это мне по душе.
Вот только не нужно быть стратегом, чтобы понять: подобные проблемы одномоментно можно решить исключительно силовым путем. Если этот вариант нас не устраивает, остается терпеливо ждать, капать обществу и властям на мозги, постоянно напоминая о проблемах, которые они должны решать. Авось когда-нибудь в стене непонимания образуется наконец проход в дивный новый мир, где все лучше, чем сейчас.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: n_defender / Shutterstock
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть












