«В моем классе есть парты штрафников». Молодой учитель — об уместности наказаний в школе

Блогер «Мела», молодой учитель истории и обществознания Тимофей Жигалин пытается разобраться, есть ли в процессе обучения и воспитания место наказаниям. Хотите с ним поспорить? Заводите блог на «Меле» и высказывайте свою точку зрения.
Проблема молодых педагогов в том, что ученики воспринимают нас как ровесников. Кто-то может сказать: «Что в этом плохого? С детьми нужно дружить». Но я глубоко убежден, что учитель не должен дружить со своими учениками, потому что нельзя дружить с тем, кому ты можешь поставить двойку или чьих родителей ты можешь вызвать в школу. Это должны быть доверительные отношения, основанные на уважении и четких правилах.
Отрицательной стороной приятельских отношений с учениками часто становится панибратство, а порой хамство и систематическое нарушение дисциплины на уроках. И тут учитель-друг внезапно превращается в карателя — не самая приятная трансформация для всех участников процесса.
Философский словарь определяет наказание как вид негативной санкции, применяемой в случае нарушения принятых установлений. Безусловно, под «негативной санкцией» мы не подразумеваем насилие — как физическое, так и психологическое. А что подразумеваем? Ведь одного слова «нельзя» порой бывает недостаточно. Что же делать в таких случаях и как правильно действовать?
В своей практике я использую так называемые парты штрафников
Учеников, которые нарушают дисциплину, отсаживаю на последнюю парту и даю им дополнительное задание. И ученик должен устно защитить свою работу и ответить на мои вопросы.
То есть наказание должно быть ни в коем случае не физическим и не психологическим давлением. Ученик должен сам захотеть соблюдать дисциплину. И должен четко понимать, за что именно он оказался за партой штрафников. Это должно быть воздействие на совесть ребенка.
Я убежден, что каждый ребенок имеет право на ошибку. Могут возникнуть ситуации, когда он попросту не знает, как нужно себя правильно повести, и задача педагогов и родителей — научить его этому, стать примером и проводником во взрослый мир.
При этом отсутствие жизненного опыта ребенка ни в коем случае не должно перекрывать отсутствие ответственности с его стороны.
За любым проступком обязательно должно последовать осознание ребенком его неправильности
Но должно ли последовать покаяние или раскаяние? Задача учителей и родителей — повлиять на совесть ребенка, показать, что проступок плох, причиняет боль и что-то неприятное.
Может, тогда наказание будет пониматься всеми участниками педагогического процесса не как унижение достоинства ребенка, а как необходимая мера его воспитания и становления гармоничной личности? Наказывать — не значит не любить. Сенека по этому поводу говорил: «Всякий разумный человек наказывает не потому, что был совершен проступок, а для того, чтобы он не совершился впредь».
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
© Томас Брукс / Public domain
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть










