«Вот тут я поняла, что такое настоящая боль»: естественные роды в 40 лет — опыт многодетной мамы
Она могла выбрать кесарево — но отказалась

Многим женщинам страшно рожать самостоятельно. А для женщин, которые рожают своего первого ребенка после 39 лет, и вовсе предусмотрен протокол, позволяющий им выбрать кесарево сечение. Так ли страшны естественные роды, рассказала постоянный блогер «Мела», мама троих детей Диана Ходаковская.
Первую дочку я родила в 31 год, вторую — в 34, а сына Марка — в 40 лет. Когда-то я и сама искала ответы на вопросы: как рожать после 40? чего ждать? не страшно ли?
Я всегда рожала сама (да, я за естественные роды, если кесарево не требуется по медицинским показаниям). Мой опыт показал: роды могут быть совершенно разными, но с правильной командой врачей этот процесс становится бережным — даже если не назвать его легким. Делюсь тем, что поняла за три раза.
Естественные роды и эпидуралка: почему это не противоречит друг другу
Я убеждена: если нет прямых показаний к кесареву сечению, лучше рожать самой. Реабилитация после естественных родов проходит намного проще. К тому же считается (и я с этим согласна), что дети, прошедшие через родовые пути, изначально чуть крепче тех, кто появился на свет в результате операции.
При этом эпидуральная анестезия — на мой взгляд, лучшее изобретение XX века в акушерстве. У меня много подруг, которые настраивались «дышать», медитировать и чувствовать всё по-настоящему. И чем это часто кончалось? Они начинали просить обезболивание, когда было уже поздно — после 5–6 см раскрытия анестезию уже не делают.
Что можно сделать
Мой совет: не надо геройствовать. Заранее позаботьтесь о хорошем анестезиологе. Это такой же важный человек в родах, как и акушер-гинеколог. Вообще, в идеале в родах работают три человека, которым вы доверяете:
- Врач-гинеколог — контролирует весь процесс.
- Анестезиолог — решает, когда и сколько обезболивающего ввести.
- Акушерка — ведет вас от и до.
Золотой стандарт — делать эпидуралку при раскрытии 4–6 см. Раньше — можно «затормозить» процесс (со мной так и случилось в третьих родах). Позже — просто адски больно, и незачем терпеть.

Партнерские роды: почему я за
Все три раза муж был со мной. Точнее, на первых двух родах — от начала и до конца. Третьи стали исключением: из-за внезапной командировки он не успел к началу, рейс задержали, и почти все 17 часов я переживала и плакала, потому что его не было рядом. И знаете, мне кажется, сын ждал отца — он родился всего через полтора часа после того, как муж наконец оказался в родблоке.
Я очень советую не бояться партнерских родов. Мужья не видят «некрасивых» моментов — на потугах они обычно стоят в стороне или уходят. Зато долгие часы схваток, которые в одиночку превращаются в проклятие всему на свете, вдвоем пройти легче. Мой супруг подавал мне чай, мы разговаривали, я спала под эпидуралкой, а он был рядом.
Кстати, о сне. Когда сделали анестезию, я просто отключилась на пару часов. Проснулась от слов врача: «О, уже 10 см раскрытия и волосики видно, пора рожать!» Организм отдохнул, сил на потуги было достаточно.
Как прошли мои третьи роды в 40 лет
Два раза роды у меня были со стимуляцией (механическим расширением специальным баллоном). А Марк решил появиться сам, на красивой дате 10.10.2025, прямо за три дня до назначенной стимуляции.
Ночью я почувствовала, что тянет низ живота. Проверила интервалы: схватки каждые 10 минут, потом каждые 7. Села в машину и поехала в госпиталь. Но была одна проблема: муж в командировке. Я паниковала.
В родблоке мне сделали эпидуралку чуть раньше «золотого стандарта» — на раскрытии 2–3 см. И процесс замер. Родовая деятельность остановилась на 17 часов. Врачи сказали: если через два часа ничего не изменится, будут делать кесарево. Я так не хотела операции, что решилась на отключение анестезии.
Вот тут я поняла, что такое настоящая боль. Рожать без эпидуралки — это ад. Но я так боялась кесарева, что терпела. Держалась за мысль «лишь бы не резали». Когда раскрытие дошло до 8–9 см, мне снова добавили обезболивание, и начались потуги.
Потуги длились минут 15–20. Это как интенсивная тренировка на пресс. Главное здесь — слушать врача и не заниматься самодеятельностью. Никаких «я сама знаю, как тужиться». Четкий инструктаж акушера — залог того, что вы не порветесь и родите быстро.

Да, третьи роды были долгими и эмоционально тяжелыми из-за ожидания мужа. Но они не были травматичными. Все дети родились здоровыми.
Я знаю девочек, у которых роды прошли тяжело, с разрывами, после которых страшно идти за вторым. У меня было иначе. Все три раза прошли удивительно мягко и комфортно, за что я бесконечно благодарна врачам.
Если вы переживаете и читаете этот текст в поисках поддержки — помните: каждые роды уникальны, но современная медицина создана для того, чтобы сделать этот путь комфортным. Не бойтесь просить помощи, не терпите боль и берите в команду тех, кому доверяете.
Обложка: © личный архив Дианы Ходаковской
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения








