«Перемены в школе происходят сейчас с неимоверной скоростью»
Учителя двух поколений — о своей семье и работе в школе
«Дочки-матери-учителя» — выпуск третий. Ксения Шошина родилась в маленьком посёлке, а потом долгое время жила в Москве. Она узнала о проекте «Учитель для России» и решилась уехать работать в поселковую школу в Калужской области. Мама Ксюши, учитель с большим стажем, была очень удивлена такому решению.
Ксения Шошина, учитель химии в Ферзиковской СОШ
У меня настоящая учительская династия: учителями работали не только мама с папой, но и бабушка с дедушкой. Я много времени проводила на маминых уроках, но частого детского желания тоже стать учителем у меня не возникало. Я понимала, что работа в школе автоматически означает, что тебя все уважают. Но одновременно с этим профессия казалась мне очень сложной. Впрочем, это и правда трудно.
Выпускаясь, я понимала, что не хочу работать в лаборатории или на заводе. В университетские времена я стала заниматься репетиторством и поняла, что работа, связанная с общением с детьми — это явно моё. Вероятно, без проекта «Учитель для России» я бы не пошла работать в школу: у меня не было необходимых навыков.
Мама от моей идеи участвовать в программе была немного в шоке. Она очень хотела, чтобы я сначала закончила магистратуру: как и многие, мои родители считали бакалавриат недостаточным для того, чтобы «встать на ноги»
Я родилась в маленьком посёлке Оренбургской области, и только потом мы с семьёй переехали в Москву, поэтому для мамы мой отъезд из столицы казался, мягко говоря, неочевидным решением.
До последнего момента она надеялась, что я передумаю, но когда дело дошло до моего участия в Летнем Институте, ей пришлось смириться — и с моим выбором профессии, и с переездом в Ферзиково.
Мы не особенно разговариваем о моей работе, но я стараюсь делиться позитивными моментами. На прошлой неделе у меня был открытый урок, который прошёл очень хорошо, и я в деталях пересказала его маме. Я понимаю, что по-другому зашла в профессию, и осваиваю методы, которые отличаются от классической педагогики, поэтому стремлюсь скорее рассказывать, чем советоваться.
Мама очень требовательная, и мне это, как учителю, передалось. Она жить не может без своей работы, но при этом всегда готова посмеяться на уроках — я этот баланс тоже пытаюсь сохранить.

Ирина Александровна, заместитель директора в школе № 2 посёлка Саракташ Оренбургской области
Мои мама, тётя и бабушка были учителями, поэтому у меня даже не было вопроса, куда пойти учиться. Я работаю в школе уже 23 года, сейчас — в качестве заместителя директора по воспитательной работе.
Для каждого родителя его ребёнок — единственный и уникальный, понятно, что для него хочется самого лучшего будущего и возможностей, которые сам когда-то упустил.
Поэтому у меня никогда не было желания, чтобы Ксюша продолжила мой профессиональный путь. Я думала, она будет заниматься медициной. Но преподавательская деятельность оказалась Ксении интереснее: ей всегда было важно говорить, и чтобы её слушали. Я понимаю, что ей в учительстве было так интересно: к учителю всегда предъявляются завышенные требования, но он, вместе со своими провалами и успехами, всегда на виду. Это очень трудно, но если всё получается, самооценка растёт.
Я не видела, как Ксюша ведёт уроки, но когда мы говорим о её работе, я чувствую, что мы на одной волне
Мы хорошо друг друга понимаем, у нас редко возникают разногласия. Но я уже в том возрасте, когда люди ко всему новому начинают относиться со скепсисом. У меня до сих пор есть сомнения, но не про «сейчас», а про «потом»: опасаюсь, как у дочери всё сложится уже после окончания программы.
Для современного учителя самое главное — понимать и видеть ребёнка. Раньше на протяжении пяти или даже десяти лет в работе, кроме детей, могло ничего не меняться. Сейчас в школе все перемены происходят с неимоверной скоростью. Поэтому я вижу большой плюс в том, что в школу приходят молодые и креативные, им проще находить «изюминку» и подстраиваться под скорость перемен.
Если вы тоже мечтаете о работе педагога, приходите на презентацию программы «Учитель для России» 15 декабря в Москве.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
Анастасия ПавловнаДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения







