«Перемены в школе происходят сейчас с неимоверной скоростью»
Учителя двух поколений — о своей семье и работе в школе
«Дочки-матери-учителя» — выпуск третий. Ксения Шошина родилась в маленьком посёлке, а потом долгое время жила в Москве. Она узнала о проекте «Учитель для России» и решилась уехать работать в поселковую школу в Калужской области. Мама Ксюши, учитель с большим стажем, была очень удивлена такому решению.
Ксения Шошина, учитель химии в Ферзиковской СОШ
У меня настоящая учительская династия: учителями работали не только мама с папой, но и бабушка с дедушкой. Я много времени проводила на маминых уроках, но частого детского желания тоже стать учителем у меня не возникало. Я понимала, что работа в школе автоматически означает, что тебя все уважают. Но одновременно с этим профессия казалась мне очень сложной. Впрочем, это и правда трудно.
Выпускаясь, я понимала, что не хочу работать в лаборатории или на заводе. В университетские времена я стала заниматься репетиторством и поняла, что работа, связанная с общением с детьми — это явно моё. Вероятно, без проекта «Учитель для России» я бы не пошла работать в школу: у меня не было необходимых навыков.
Мама от моей идеи участвовать в программе была немного в шоке. Она очень хотела, чтобы я сначала закончила магистратуру: как и многие, мои родители считали бакалавриат недостаточным для того, чтобы «встать на ноги»
Я родилась в маленьком посёлке Оренбургской области, и только потом мы с семьёй переехали в Москву, поэтому для мамы мой отъезд из столицы казался, мягко говоря, неочевидным решением.
До последнего момента она надеялась, что я передумаю, но когда дело дошло до моего участия в Летнем Институте, ей пришлось смириться — и с моим выбором профессии, и с переездом в Ферзиково.
Мы не особенно разговариваем о моей работе, но я стараюсь делиться позитивными моментами. На прошлой неделе у меня был открытый урок, который прошёл очень хорошо, и я в деталях пересказала его маме. Я понимаю, что по-другому зашла в профессию, и осваиваю методы, которые отличаются от классической педагогики, поэтому стремлюсь скорее рассказывать, чем советоваться.
Мама очень требовательная, и мне это, как учителю, передалось. Она жить не может без своей работы, но при этом всегда готова посмеяться на уроках — я этот баланс тоже пытаюсь сохранить.

Ирина Александровна, заместитель директора в школе № 2 посёлка Саракташ Оренбургской области
Мои мама, тётя и бабушка были учителями, поэтому у меня даже не было вопроса, куда пойти учиться. Я работаю в школе уже 23 года, сейчас — в качестве заместителя директора по воспитательной работе.
Для каждого родителя его ребёнок — единственный и уникальный, понятно, что для него хочется самого лучшего будущего и возможностей, которые сам когда-то упустил.
Поэтому у меня никогда не было желания, чтобы Ксюша продолжила мой профессиональный путь. Я думала, она будет заниматься медициной. Но преподавательская деятельность оказалась Ксении интереснее: ей всегда было важно говорить, и чтобы её слушали. Я понимаю, что ей в учительстве было так интересно: к учителю всегда предъявляются завышенные требования, но он, вместе со своими провалами и успехами, всегда на виду. Это очень трудно, но если всё получается, самооценка растёт.
Я не видела, как Ксюша ведёт уроки, но когда мы говорим о её работе, я чувствую, что мы на одной волне
Мы хорошо друг друга понимаем, у нас редко возникают разногласия. Но я уже в том возрасте, когда люди ко всему новому начинают относиться со скепсисом. У меня до сих пор есть сомнения, но не про «сейчас», а про «потом»: опасаюсь, как у дочери всё сложится уже после окончания программы.
Для современного учителя самое главное — понимать и видеть ребёнка. Раньше на протяжении пяти или даже десяти лет в работе, кроме детей, могло ничего не меняться. Сейчас в школе все перемены происходят с неимоверной скоростью. Поэтому я вижу большой плюс в том, что в школу приходят молодые и креативные, им проще находить «изюминку» и подстраиваться под скорость перемен.
Если вы тоже мечтаете о работе педагога, приходите на презентацию программы «Учитель для России» 15 декабря в Москве.
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть







