Дисморфофобия, булимия и нервная анорексия: как подростки живут с РПП

Дисморфофобия, булимия и нервная анорексия: как подростки живут с РПП

Время чтения: 5 мин

Дисморфофобия, булимия и нервная анорексия: как подростки живут с РПП

Время чтения: 5 мин

Булимия и анорексия — это болезни, симптомы которых многие люди могут заметить до того, как станет слишком поздно. К сожалению, расстройства пищевого поведения не ограничиваются двумя диагнозами. Наш блогер Анна Ильинова рассказывает истории четырёх подростков, столкнувшихся с различными формами РПП.

Все мы слышали о расстройствах пищевого поведения. Многие из нас, к сожалению, знакомы с ними на личном опыте. Долгое время в обществе бытовало мнение, что расстройства пищевого поведения — надуманные отговорки слабых людей. Нежелание ходить в школу, работать или общаться с людьми связывалось с отсутствием внутреннего стержня, а не с серьёзными медицинскими проблемами. К счастью, сейчас отношение к этому спектру заболеваний меняется.

Лида (имена здесь и далее изменены), 17 лет:

«Я страдаю булимией уже два года. Недавно решила признаться маме. Нет, моя цель не похудение — мне это даётся легко. Тут корни уходят в детство, с психологией связано. Впереди меня ждёт долгий путь лечения. Рада, что рядом есть люди, поддерживающие меня. Рада, что могу получить лечение бесплатно, и мне не страшно ходить к врачу. Сейчас моё эмоциональное состояние улучшилось, поэтому срывов нет вот уже четвёртый день. Моё ужасное настроение, которое замечали в школе и за [её] пределами, как раз является одним из побочных явлений и причин болезни».

Лида очень эмоциональный человек, и еда давала ей ощущение контроля над жизнью, пока девочка не осознала, что всё ровным счётом наоборот: она не обрела контроль, а потеряла его.

Булимией страдает приблизительно 10% девушек 12-18 лет. Около 7% женского населения в возрасте 20-45 лет так же являются булимиками либо страдают смешанными формами пищевого нарушения.

Лена, 18 лет:

«До 13 лет у меня был серьёзный недостаток массы тела, связанный с хроническими заболеваниями и отсутствием аппетита. Потом научилась находить удовольствие в еде и стала питаться нормально и гармонично. По мере взросления и роста мой вес рос. Беспокоиться по поводу веса начала в девятом классе, хотя тогда при росте 167 сантиметров весила 52 килограмма, что является нормой. Моя мать всегда в пример ставила мне свою подругу, которая „всю жизнь весит 49 килограмм“. Но, простите, это при росте 160. В начале 2018 года я весила 58 при росте 170, и когда нас взвешивали во время медосмотра, мне стало очень некомфортно. Тогда села на первую в своей жизни диету. За неделю сбросила три килограмма и была довольна. Диету приходилось повторять каждый месяц, потому что вес откатывался назад. Это ещё сильнее било по самооценке».

95% всех диет и ограничений в питании не приносит результатов из-за возврата веса после их окончания. 35% диет, которые начинались, как «нормальные» переходят в патологическое ограничение в питании и 20-25% из них приводят к пищевой зависимости.

«На третий повтор мой организм не выдержал (это была монодиета) и у меня начались проблемы с кишечником. Очень болезненная диарея в течении недели и где-то месяц на восстановление микрофлоры. Затем увлеклась интуитивным питанием, но разочаровалась в этой методике очень быстро: аппетит у меня бывает очень редко, и чаще всего просто не хочу есть. А не есть вообще — это совсем нездорово. Я и так из той категории людей, что вечно не успевают или забывают поесть — собственно, в этом и истинная причина набора веса. Замедление обмена веществ. В октябре увидела на весах 60, и мне стало плохо. Снова диета, на этот раз другая. Правильное питание, от трёх до пяти приёмов пищи, спорт. Я в группе риска РПП, знаю. Это из-за комплекса отличницы. Всё, за что берусь, должно быть сделано на отлично. Научилась принимать свои ошибки, но всё ещё не могу убедить себя в праве их совершать. В конце концов, первое, что купила в новую квартиру — весы».

Низкая самооценка, перфекционизм и гиперответственность — частые предпосылки расстройств пищевого поведения. Завышенные ожидания: поступить в престижный вуз, найти высокооплачиваемую работу, завести приличную семью и домик с цветником на заднем дворе — часто не оправдываются. У человека возникает ощущение потери контроля над своей жизнью. Он теряет одну сферу влияния за другой, пока в конце концов не остается только одна — его собственное тело. Успех и известность тоже не являются ключом к решению проблемы. Известно, что принцесса Диана страдала булимией.

Саша, 19 лет:

«Моя девушка уже около четырёх лет отказывается от еды и сидит на слабительных. „Я перестану худеть, когда смогу обхватить кистью локоть“, — заявляет она. Все попытки как-либо помочь ранее игнорировались, к врачу обещала сходить вместе со мной, когда будем жить в одном городе. Родители, с которыми она живёт, не видят проблемы, а брат подливает масла в огонь, делая замечания по поводу её внешности. Каждый раз она обещает перестать голодать, а когда срывается, начинает ещё больше укорять себя: „Я моральный урод. Мне так мерзко. Стараюсь быть лучше ради тебя, но всё время делаю что-то не то и всё время боюсь чего-то. Мне так жаль“. Сейчас она далеко, и я никак не могу ей помочь».

Смертность, связанная с нервной анорексией в 12 раз выше, чем смертность, связанная со всеми остальными причинами смерти у девушек в возрасте от 15 до 24 лет. У девушки Саши был период, когда она питалась на 400 килокалорий в день. В какой-то момент ей стало тяжело двигаться, большую часть времени лежала, её мучило головокружение. Сейчас её вес составляет около 40 килограмм. Её идеал — 37.

Дисморфофобия характеризуется искажением образа тела. Это озабоченность неким предполагаемым «дефектом», которая выражается не только в стремлении от него избавиться, но и в потребности постоянно проверять свой внешний вид в зеркале или же в отказе фотографироваться. Дисморфофобия в той или иной степени коснулась многих. Парень со шрамом на лбу, всю жизнь носящий совершенно не идущую ему челку. Девушка, носящая исключительно водолазки из-за родинки на шее. Красивая, стройная одноклассница, которая сидела на кефирных диетах, не любила фотографироваться, причесывалась и смотрела в зеркало на каждой перемене. Вероятно, такие люди встречались в жизни каждого, а может, мы сами страдали от этого, даже не зная, что это серьёзный недуг.

Лена, 18 лет:

«Я слишком болезненно раньше относилась ко всем своим шрамам, поскольку моя мать постоянно заостряла на них внимание и давала комментарии в духе: „С таким никогда не стать актрисой/телеведущей/не надеть юбку не в пол/футболку с коротким рукавом“. В моей жизни также был период, когда мои руки от плеча до локтя, а затем уже и до запястья, были покрыты царапинами — старые не успевали заживать, всё время появлялись новые. То, что на самом деле было селфхармом, я называла аллергией, носила длинный рукав. Не фотографировалась даже несмотря на то, что царапин не было видно. Мне было тяжело идти на физкультуру, потому что футболка с коротким рукавом была обязательна, а бассейн — вообще невозможный ужас. Сейчас об этом напоминают только тёмные пигментные пятна, но тон кожи выравнивается. Не думаю, что следов не останется вовсе, но больше не испытываю беспокойства по этому поводу».

Дисморфофобия является одной из спутниц РПП. Во Франции был проведён следующий эксперимент: 25 больных анорексией и 25 здоровых людей проходили через дверные проёмы различной ширины. Люди, страдающие анорексией, поворачивались и проходили через проёмы боком задолго до того, как это становилось действительно необходимым. Причина — неправильное восприятие себя и своего тела. Несмотря на очевидную худобу, они продолжают ощущать себя полными, и двигаются соответственно своему убеждению. На этом дефекте фиксируется их разум. Всё это лишь вершина айсберга. Современная медицина признаёт существование от 8 до 40 различных РПП.

Если ваши отношения с едой перестали быть нормальными и вы обеспокоены этим, пожалуйста, обратитесь за помощью. Найдутся люди, готовые вам помочь. В мире много прекрасных вещей, ради которых стоит жить и любить себя.

Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.