«Превращение в социальную фабрику варваров»: мнения об инициативе уменьшить срок обучения в школе

Вы наверняка уже слышали о заявлении Владимира Мединского, который предложил сократить срок обучения в школах с 11 до 10 или даже 9 лет. В преддверии Дня учителя мы поговорили с педагогами и экспертами в области образования и выяснили, что они об этом думают.

Что произошло: заявление Мединского и первая реакция

Помощник президента РФ и председатель Российского военно-исторического общества Владимир Мединский на встрече с региональным активом РВИО и молодежью в Мурманске высказал предположение, что в ближайшее время срок обучения в школах и вузах России может сократиться, обосновав это тем, что подростки должны как можно раньше начинать задумываться о своей профориентации.

«Время диктует сокращение продолжительности среднего образования, то, что у нас 11 лет, — это непозволительная роскошь. Будто мы живем с вами в XIX веке. Оно должно быть спрессовано, чтобы потом раньше вступать в сферу профподготовки и быть конкурентоспособным, а не начинать в 19 лет размышлять, чем бы заняться. Всё будет раньше и быстрее», — процитировал Мединского ТАСС.

Идею Мединского поддержал Анатолий Вассерман, который пообещал продвигать в Госдуме идею о восьмилетнем образовании, сообщает «Подъем». Вассерман считает, что «11 лет обучения — это слишком долго. Если учиться по методикам, рассчитанным на формирование целостной картины мира, тот объем знаний, который сейчас дают за 11 лет, можно усвоить лет за восемь».

В поддержку инициативы выступил и писатель Захар Прилепин. В своем телеграм-канале он написал: «Всю эту историю с 11 классами обучения надо закрывать как можно скорее. С этим перекосом напрямую связана и проблема демографии — потому что людей осмысленно держат в полудетском состоянии. Какие им еще дети, если они сами почти до тридцати (с высшим образованием) — дети. И общий, увы, серьезный уровень безответственности и инфантильности тоже связан с этими накрученными классами. Школу надо не в 19 оканчивать, а в 16. Лучше даже в 15. А в 20 — институт или универ. Или в 18 то, что именовалось ранее ПТУ. И мы к этому придем. Лет 10 уже пишу и говорю про данную проблему. Умышленная инфантилизация населения она называется. Надо срочно из нее выкарабкиваться».

У родителей школьников другое мнение. Согласно результатам исследования, которое по следам заявления Мединского провел сервис Superjob, за сокращение срока обучения в школе выступили лишь 27% российских родителей.

Как было раньше

Идея сократить срок обучения действительно не нова. Большинство родителей нынешних школьников учились в школе именно 10, а не 11 лет. В середине 90-х, когда и начался переход на 11-летнее образование, многие школьники из-за этого пропустили один класс, кто-то перешел из третьего сразу в пятый, кто-то из четвертого — в шестой. То есть формально оканчивали они 11 классов, но по факту учились еще по старой программе — десятилетней.

Изначально, в 1930 году, постановлением ЦИК и СНК СССР «О всеобщем обязательном начальном обучении» было введено всеобщее обязательное начальное обучение, то есть начальная школа, — 4 года. А в городах и рабочих поселках — обязательное 7-летнее обучение. Полная средняя школа была всего лишь девятилетней. Десятый класс добавили только в 1932 году.

При этом с 1940 года по 1956 год за обучение в 8–10-х классах взималась плата

В Москве и Ленинграде, а также в столичных городах союзных республик оно стоило 200 рублей в год, а во всех остальных городах и селах — 150 рублей. Зарплаты в это время в зависимости от отрасли варьировались от 219 рублей в месяц в совхозах до 387 рублей в органах госуправления.

До 11 лет срок обучения в средней школе увеличили в 1958 году, введя в программу профессиональное обучение. Предполагалось, что школьники будут работать на предприятиях и вместе с аттестатом начнут получать еще и свидетельство о приобретении специальности. Это можно сравнить с нынешней системой параллельного обучения в школе и колледже. Но инициатива не прижилась — рабочих мест для школьников не хватало, и спустя восемь лет школа стала возвращаться к десятилетке. В 1966 году принимались «двойные» выпускные экзамены у 10-х и последних 11-х классов.

Конституцией 1977 года обязательным утверждалось не восьмилетнее, а 10-летнее образование молодежи. А тот самый 11-й класс впервые появился лишь в 1989 году.

Так что, как верно подметил собеседник «Мела», учитель русского и литературы в старших классах, пожелавший сохранить анонимность, это вовсе не нововведение: «Мы просто возвращаемся во времена СССР, когда после 8-го класса все шли в ПТУ, а после 10-го — в университет. Это прямая дорога к сокращению интеллектуального потенциала страны. Негласный „третий кризис НЭПа“, когда в 1923 году все резко начали понимать, что у нас не осталось образованных людей, зато на заводах был аншлаг».

Что думают сами учителя

Абсолютный победитель конкурса «i-Учитель 2018», постоянный спикер «Мела» Владимир Погодин считает, что, учитывая состояние массовой школы и системы образования, в целом это даже неплохо: «Если ребенок находится в школе, это вовсе не значит, что он там учится. В массовой школе дети не учатся всё более разнообразно и вариативно, в интересном соответствии с развитием стандартов, увеличивающейся нагрузкой и количеством предметов. Если вдруг у них появится возможность не учиться в том же стиле несколько меньше, это может оздоровить российское образование и дать детям больше возможностей побыть собой».

Но больше всего вопросов у учителей вызывает формулировка «спрессовать». Что именно? Программу? Тогда зачем нужно было ее так долго выстраивать? Вводить новые предметы, организовывать вертикали, предпрофильные классы с углубленным изучением тех или иных направлений, привлекать учителей… По мнению педагога старших классов одной из школ Москвы, «абсурд в том, что мы годами пытались нарастить количество молодых учителей, а с этой реформой можно 30% учителей спокойно увольнять — или они сами уйдут: им просто нагрузки хватать не будет, чтобы получать более или менее достойную зарплату».

С ним согласна учитель истории и обществознания Анастасия Томак, преподающая как нормотипичным детям, так и детям с ОВЗ: «Изначально же идея 11 лет в школе была в том, чтобы учебный процесс был проще, чтобы дети не были перегружены и не пребывали в перманентном стрессе. Чтобы у них была возможность развиваться всесторонне, чтобы оставалось время на кружки и допобразование. Именно поэтому добавили еще один год.

Родители иногда возмущаются — зачем столько русского и математики в расписании? А вы загляните в учебники старшей школы

Программа стала настолько сложной, что у детей попросту не хватает времени ее освоить. Я в этом году смотрела олимпиаду по истории. По уровню образования мы возвращаемся к дореволюционным стандартам, осталось только начать учить греческий и латынь. Но на это 10 лет точно не хватит.

Изначально в школу принимали в 8 лет, а сейчас дети нередко идут в первый класс в 6 с небольшим. И программа попросту не соответствует их возрастным психологическим особенностям. Поэтому если мы ставим цель вырастить сознательное поколение, то давайте тогда лучше подумаем, какие методы помогают развиваться человеку, добавим какие-то предметы, а ненужные уберем, введем психологическое сопровождение в школах, тренинги, а не формального школьного психолога».

Лауреат Госпремии в области образования, учитель-методист Ольга Гвинджилия обращает внимание на то, что сам процесс обучения в школе сегодня изменился: «Я не представляю, что нужно сделать с этой программой, чтобы уплотнить и еще больше сократить то, что есть сейчас. И впихнуть не в 11, а в 9 или 10 лет обучения. Тот же объем начальной школы, который осваивают дети, вырос практически в три раза в сравнении с объемом, который был в 90-х годах XX века. Да, хорошо, что у нас есть возможность всё это раскладывать четыре года, но мы до конца не справляемся с этими задачами. И получается очень интересная история: с одной стороны, нам декларируют новые ценности в образовании, мы говорим о том, что изменился мир и мы вообще должны дать детям другое образование, но при этом мы не учитываем, что физиология человеческая остается неизменной. Невозможно, перепрыгивая через ступени, подняться на гору. В какой-то момент резерв закончится, и ты просто не сможешь преодолеть этот подъем».

Учитель физики, победитель конкурса «Учитель года — 2009» Вадим Муранов и вовсе уверен, что 11 лет — это слишком мало:

«Я бы, наоборот, предложил увеличить срок обучения до 12 лет, так как школьная программа настолько плотная, что дети попросту не успевают осваивать материал в достаточной степени и на подготовку к вузу требуется еще один дополнительный год, чтобы поступить и достойно там учиться. А все разговоры о сроке обучения в школе и все разговоры вокруг фразы „11 лет — слишком много“ исходят из одного простого посыла: если сократится срок обучения, то сократятся и расходы на образование. Так что всё это преследует одну цель — сократить расходы на образование и увеличить зарплаты чиновникам».

Инициативу о сокращении срока обучения в школе ее сторонники аргументируют тем, что дети к 18 годам уже готовы работать, создавать семью, поэтому нечего им сидеть за партой.

Ольга Гвинджилия категорически не согласна: «Это, конечно, инициатива тех людей, которые очень плохо представляют, что такое современные дети, и очень давно их видели. Во-первых, дети одиннадцатого класса не равны тем детям одиннадцатого класса, которые оканчивали школу, например, в 70-е годы прошлого века. Детство стало другим. Наши дети живут в другой среде, они по-новому ощущают мир. И оканчивают школу те, кто не всегда очень хорошо понимает, что им нужно, какие у них цели в жизни, — и это абсолютно нормально для сегодняшнего времени. Да, современные дети социально действительно быстрее взрослеют, однако навыки аналитического мышления и мотивации у них созревают позже, чем у предыдущего поколения».

С коллегой солидарен Петр Мазаев, преподаватель School of Education, координатор IB DP в Европейской гимназии, учитель истории:

«Современные исследования показывают, что у молодых людей все более продолжительным становится младший подростковый возраст, в котором ведущей деятельностью, согласно концепции Давыдова-Эльконина-Леонтьева, положенной в основу ФГОС, является общение, познание себя и партнера, а не самоопределение в мире и профессиональная ориентация, как у старшего подросткового возраста. Таким образом, сокращение количества лет обучения в школе не стыкуется с тенденциями развития общества.

Стоит отметить, что сама идея о том, что освоение профессии, усвоение профессиональных компетенций и продвижение в академическом поле может происходить быстрее, имеет под собой основание. При этом речь должна идти о разнообразии учебных подходов и составлении более гибкого учебного плана, ориентированного на потребности учеников».

Точка зрения научного сообщества

Ряд экспертов относится к идее отказа от 11-летнего обучения в школе скептически. Среди них — доктор психологических наук, антрополог, академик РАО Александр Григорьевич Асмолов:

«Каждый раз, когда мы сталкиваемся с теми или иными трансформациями нашей системы образования, мы должны понимать, в какой системе координат они происходят. В динамике культур есть как минимум 2 вектора. Культура полезности, утилизации, обезличивания и культура достоинства и поддержки индивидуальности. И каждый раз, так или иначе, изменяется баланс в этой сложнейшей динамике.

Последнее время мы видим, что этот баланс резко сдвинулся к деперсонализированным культурам обезличивания, утилизации и полезности. В подобных ситуациях первым делом, как в любых культурах полезности, на свалку выбрасываются дети и старики. Сейчас речь идет о детях.

Ключевой установкой, стоящей за этим, является вовсе не забота о детях, а совершенно иное. Это осознанная попытка нанести урон системному мышлению ребенка, его критическому мышлению и в целом сделать так, чтобы ребенок всё более и более оказывался нечувствительным к тем изменениям, которые происходят в культуре.

По сути это нацеленность на социальную фабрику варваров. А варварство — это и есть уничтожение разнообразия

Последние инициативы связаны вовсе не с тем, что хотят уменьшить программы и тем самым достигнуть целей и экономической оптимизации, которая по большому счету называется экономической кастрацией, как бы сказали психоаналитики. За этим стоит другое: деперсонализация, обезличивание наших детей и превращение их вовсе не в искусственный интеллект, а в социальных роботов, которые были описаны еще Карелом Чапеком».

Кандидат педагогических наук, доцент МГПУ, один из пионеров развивающего обучения в России Алексей Борисович Воронцов считает, что обсуждать нужно не сокращение срока обучения в школе, а качественные изменения.

«Общее образование всегда было и сейчас является неотъемлемой частью социализации и культурного развития человека. Оно обеспечивает не только академические знания, но и формирует личностные качества, необходимые для полноценного участия в жизни общества. Поэтому важно сохранить и продолжить развитие системы общего образования, а не заниматься его «секвестированием».

Образование — это не только и даже не столько освоение академических знаний. Образование воспитывает в учениках такие качества, как ответственность, критическое мышление, сотрудничество и уважение к другим культурам. Это фундамент для формирования зрелой личности.

Более длительное образование помогает развивать творческие способности, что критически важно в условиях современного общества, где инновации и креативность играют важную роль. В сложном и быстро изменяющемся мире необходимы механизмы, которые помогают учащимся адаптироваться и успешно интегрироваться в новое социоэкономическое пространство.

Вместо сокращения времени технологии могут быть использованы для улучшения качества образования, предлагая новые методики обучения и вовлечения учащихся. Образование помогает молодым людям понимать и принимать участие в гражданских процессах, что способствует стабильности и процветанию общества в целом. Поэтому если и обсуждать сейчас, то не «временные» характеристики образования, а улучшение качества образования, которое требует исследования лучших практик, адаптации учебных программ к современным требованиям, развития профессионализма учителей и привлечения технологий без ущерба для глубины и качества образовательного процесса.

А инициативу о сокращении времени на образование считаю отвлечением профессионалов и общества от обсуждения качественных и содержательных вопросов и проблем российского образования».

Обложка: Public domain