Почему «Зверополис 2» — лучшее, что случалось с кино за последние годы

Побив все рекорды по сборам за рубежом, вторая часть «Зверополиса» дошла к 6 декабря и до российских экранов. Иван Шарков посмотрел новинку в первый день проката и рассказал, почему новый мультфильм о государстве видового равенства для млекопитающих — главное событие уходящего киногода.

Всё как иногда раньше

Очень давно не видел полный зал в кинотеатре. Грешен, не ходил на «Чебурашку». На него, должно быть, залы тоже собирались, и не раз.

Но в этот раз всё было как иногда раньше. Дети, подростки, взрослые парочки. Входишь в кинотеатр и понимаешь, на что они пришли. Впервые стыдно было опоздать на сеанс, возникать у задних рядов черным пятном на экране, пробираться к своему месту, сталкиваясь с коленками тех, кто пришел вовремя. Я преодолел десять пар недовольных мною коленок (у меня было 11-е место).

Это чувство полного зала… Шуршание попкорна, вонючий соус к начос, бурлящие затяжки колы через трубочки. Они доносятся теперь не с другого конца зала, а вообще отовсюду, вокруг. Смех зрителей тоже везде: детский мешается со взрослым, соседский с несоседским.

Знаете, я будто полежал в кинематографической утробе, где тепло, уютно — и как раньше

Очень важно, мне кажется, идти сейчас — пока идут все. Даже если вы не любите людей — вы тоже по ним соскучились. Просто не понимаете этого.

Ясное дело, не стоит идеализировать это «раньше». Оттого и оговорка — иногда. Потому что и раньше привозили из-за границы фильмы, которые никто не смотрел. В том числе от «Диснея». Вы вот помните, что у «Тачек» был спин-офф — «Самолеты»? А он был.

Но раньше куда сильнее было полусакральное впечатление от кино, когда идешь туда за тем, чтобы причаститься массовой культуре, — оно окрыляло, вы же помните. Сейчас от него мало что осталось. Однако второй «Зверополис» заставляет испытать это снова.

Качественный детский (?) контент

Хороший мультик — тот, на котором дети смеются, подростки — визжат, родители — и то и другое, но вдобавок распаковывают отсылки, которые режиссеры оставили именно им.

«Зверополис» — хороший мультик. Потому что в нем есть и комедия положения, клоунада, и дружеские линии, провоцирующие на романтические домыслы (но не дающие для них твердой почвы), и отсылки к взрослому кинематографу: «Сияние», «Молчание ягнят», «Индиана Джонс». Одно мешается с другим гармонично: это не кино ради отсылок, не культурный франкенштейн.

Персонажи — отдельная тема, они очаровательны. Даже злодеи: похоже, у создателей «Зверополиса» есть формула идеального антагониста. В обеих частях он властный душегуб и пещерный ксенофоб — но при этом стилистически безупречен. В первой части это была мисс Барашкис — кудрявая, маленькая, юркая, эдакая преподавательница сольфеджо или тот самый главбух. В новом фильме — семья Линксли (в русской адаптации — Рысевичей). Буквально династия очаровательных рысей, которая красиво улыбается на званых ужинах, носит одежду в духе old money и вообще представляет собой новое дворянство. В общем, персонажи, которых мы лайкаем на Pinterest.

Главные герои — тоже мишени для обожания. Причем к Джуди Хоппс, сиреневоглазой крольчихе, все, кого ни спроси, немного даже равнодушны. Но Ник Уайлд… Ох, этот лис в гавайской рубашке крадет женские сердца. На выходе из зала подслушано:

— Я хочу встречаться с лисом.

— Да… Жалко, он живет в той части Зверополиса, где нужно носить штаны…

— Настя!!! Дура!!!

Не будем осуждать Настю, она подарила нам характерную деталь. Что в этом Уайлде особенного? Да ничего, кажется. Типаж — мужчина, который знает, что он красивый. Но при этом у него было не самое счастливое детство, так что он эмоционально недоступен, скрывает уязвимость за саркастической улыбочкой. Но при этом делает нехарактерные для типажа шаги — к осознанности и исправлению. И не просто так, а ради гиперактивной девушки с синдромом главного героя. Короче, милым дамам нравится.

Художники «Зверополиса» его еще и нарисовали до последнего волоска — красиво, будто даже с любовью

Культивируют ли они тем самым привлекательность образа, за которым обычно кроется человек, который принесет девочке-подростку первую романтическую психотравму? О да. А когда было иначе?

Сюжетостроение тоже сильное. Понятен конфликт, понятна мотивация героев. На сей раз — не безусловные героические обязанности влипать в неприятности и всех спасать, а психология: четкое желание Джуди Хоппс быть лучшей и по мере действия проясняющееся желание Ника Уайлда быть рядом с Джуди. Сильная женщина влечет слабого мужчину рубить головы вместе с ней всяческим драконам. В качестве оруженосца, Санчо Пансы, так сказать. Герои не только сделали свое дело, но еще и излили героические души — друг другу и нам с вами. Пятерка за содержание.

Но с минусом. Хеппи-энд, на мой вкус, получился чересчур форсированным, притянутым не только за уши, но и за хвост. «Бог из машины» вылез далеко не единожды: чтобы распутать множественные обстоятельства, мотивации, хвосты сюжетных поворотов, понадобилось несколько подходов. Концовка — какой-то тотальный тяп-ляп экшен. Впрочем, мы не в Каннах, и вообще, кушайте, что дают.

Про уродов и зверей

Первая часть «Зверополиса» стала зрелищной одой мультикультурализму, проектом общества всеобщего принятия и уважения различий. А еще памфлетом о культуре отмены. Главным злодеем сделали ведь не злого и страшного серого волка, очевидного антигероя, а безобидную овечку, которая оказалась шовинисткой — и решила выдворить из «Зверополиса» всех хищников. Антигерой тут — классическая жертва. Ореолом которой себя можно окружить, чтобы окрестить своими угнетателями не безусловных злодеев, а личных врагов, оппонентов. Заметный и неоспоримый перегиб культуры отмены.

«Зверополис» его проиллюстрировал и призвал общество бороться с предубеждениями. Не только к тем, кого все привыкли считать опасными, но и к тем, кто кажется безобидным. Потому что на предубеждениях (да, позитивных тоже) мультикультурализм не строится.

Сюжет нового «Зверополиса» крутится вокруг истории об изгнании из города рептилий. Оно произошло давно, покрыто фактологическим мраком и вообще мало заботит современников — млекопитающих, которые о змеях и ящерицах знают только из детских страшилок. Свидетельство о том, что то изгнание было несправедливым, частью большой и грязной игры — патент на концепцию «Зверополиса». Точнее, его оригинал, который вскрывает неудобную правду о политических элитах. За ним герои и охотятся.

Вообще, все знают, что надо делать, когда кажется. Но, уж извините, очень всё это похоже на историю с файлами Эпштейна. Не по пикантности содержания, разумеется, а по степени разоблачительного потенциала.

Свечку, как говорится, не держал, но злободневными нотами мультфильм как будто изобилует. Улавливаются рифмы с конфликтом на Ближнем Востоке, видна жирная отсылка к современному положению в США так называемых старых медиа, аудитория которых активно меняет телевидение на Twitch и YouTube. Не потому, что медиа старые, а потому, что слишком много разговоров стало о том, что они манипулируют общественным мнением.

Символичный в этом плане персонаж — Бобби Кленодёр. Полусумасшедшая бобриха и маргинальный блогер из нижнего интернета, слова которой оказываются большей правдой, чем то, что говорится по телевизору. А действия (ага, представляете, предпринимаются) — реальной помощью в борьбе за справедливость. Так что за Бобби Кленодёр будущее, похоже, не только в Зверополисе, но и в нашем сумасшедшем мире, нравится нам это или нет.

Так или иначе, обращение к сложным темам не делает мультфильм ни лучше, ни хуже. Он соберет свою кассу, получит, уверен, свой «Оскар» и пополнит наверняка небогатый список сиквелов, которые не уступили в качестве и зрительском интересе оригиналу. С судьбой «Зверополиса» уже всё ясно — и тем приятнее идти на него в кино. Понимая, что перед нами фильм, который и без нас получил уже от зрителей всё, что ему необходимо, и уже на безвозмездной, по сути, основе дарит сильные, позабытые и важные впечатления.

Обложка: © Walt Disney Pictures / Walt Disney Animation Studios