Должны ли дети поститься, зачем их крестить и нужны ли уроки православия в школе: 3 родительских вопроса священнику

О религии в нашу рубрику «Вопрос — ответ» родители пишут не очень часто и, как правило, интересуются, можно ли детям поститься и надо ли их крестить. Про уроки православия в школах тоже часто спрашивают: нужны ли они, какими должны быть и должны ли быть в принципе. Мы задали эти вопросы клирику храма Петра и Павла в поселке Обухово Московской области отцу Евгению Дорофееву. И получили исчерпывающие ответы.

1. Должны ли дети поститься?

Раньше пища была всем для человека. Например, в притче о блудном сыне отец закалывает теленка. Теленок — мясная еда. Это не еда «давайте поедим белка», нет. Это символ праздника. Люди тогда крайне редко ели мясо, даже богатые. Съесть мяса — значило приобщиться к празднику, стать частью общего веселья.

Сегодня мясо — это совершенно другое. Мы каждый день можем ходить в магазин у дома и есть мясо. Утратилось первоначальное, символическое значение. Но, как консервативный архаический институт, мы продолжаем поддерживать эту традицию. Мы живем этим нарративом. Несмотря на то что роль еды в нашей жизни очень давно и очень сильно поменялась, мы до сих пор ограничиваем себя в ней, а не в гаджетах, например, что было бы правильнее.

Мы говорим: в пост не надо объедаться, обпиваться, надо делать добрые дела и так далее. Тогда сразу возникает вопрос:

— А не в пост это всё можно делать?

— Нет.

Но тем не менее мы сначала себя сильно ограничиваем, а когда пост заканчивается — отпускаем. Получаются такие американские горки. Но смысл поста не в том, чтобы лишать себя определенных видов пищи. Смысл в том, чтобы ограждать себя от страстей, сильных увлечений, от которых человек очень зависим.

Ограничивать растущий организм в белках животного происхождения вообще глупо и бессмысленно

Если ребенок постоянно ест сладкое — конечно, в пост можно начать борьбу именно с конфетами и шоколадками. Но главная страсть современных детей — это телефон, компьютерные игры — вот с чем надо бороться. То же самое, кстати, и у взрослых — мы все зависим от гаджетов. Когда мы перекрываем поток информации, прекращаем вечный думскроллинг новостных каналов, у нас начинается ломка. Попытаться справиться с этой ломкой — это и есть настоящий пост.

Вообще у современного человека очень неправильное представление о посте.

Мы думаем, что если 47 дней что-то не ели, то Богу это было приятно. Но Богу всё равно

Он совершенство — ему нет до этого дела. Это нам надо приблизиться к нему, стать более совершенными, а как это сделать, если всё равно эта страсть есть и мы просто ее удерживали.

Это вопрос, который надо выносить на всеобщее христианское богословское осмысление. В идеале пост — это особое время, когда я сам себя заставляю отказываться от «плюшек», очень для меня дорогих, ради того, чтобы не эти «плюшки» мною владели, а чтобы я ими владел.

Как говорит апостол Павел: «Всё мне можно, но не всё мне полезно». Это очень важно. Как закончился пост — я возвращаюсь к телефону, читаю новости и так далее. Но страсть уже не должна мной управлять. Я должен научиться в любой момент отложить телефон и сказать: «Всё, а теперь я тебя победил. Я могу тебя взять, телефон, посмотреть в тебя, но тут же могу и отложить, а не часами сидеть, как раньше». Но чаще всего, к сожалению, после выхода из поста ничего никуда не девается. Вот это проблема. Духовная жизнь не любит американских горок.

И мне, и многим современным священникам, которых я знаю, кажется хорошей идея своего рода факультативов — когда каждый верующий человек сам определяет для себя свою меру поста, не так сильно эту тетиву натягивая, чтобы потом она в другую сторону не отлетела. Так было в первые века христианства. Например, пять дней пощусь, а в субботу и воскресенье — нет.

2. Нужно ли крестить младенцев?

Есть такая тенденция в современной России — обязательно крестить, потому что нужно крестить. На самом деле не всё так просто. Прежде всего, как мне кажется, детей надо крестить, когда родители собираются и готовы воспитывать их в христианской традиции. Но в большинстве случаев этого и близко у нас не наблюдается. Просто крестят, непонятно зачем.

Буквально 99% тех, кто приходит к нам в храм крестить младенцев, — это люди, которых я первый раз вижу. По-хорошему надо спрашивать:

— А вы в какой храм ходите?

— В ваш.

— А я вас не знаю. Я вам отказываю на сём. Походите, чтоб я вас узнал, чтоб я увидел, что вы прихожане. Но вы же не участвуете ни в таинствах, ни в богослужении, ни в совместной молитве. Где ваше христианство?

— А мы в другой храм ходим.

— Вот туда идите и креститесь.

Но чаще всего в крещении все-таки никому не отказывают, хотя надо бы. Если родители-христиане говорят: «Мы не хотим крестить, пусть подрастет и сам решит», — это тоже нормальный вариант. Не нужно думать, что крещение — это магический оберег, магический знак. Что если человек крестился, то он теперь Божий. А если не крестился, то Бог его как бы не видит, не знает и Богу абсолютно всё равно, что с ним происходит. Это глубокое заблуждение, это глубинное непонимание того, что такое Бог.

Как сказал протоиерей Георгий Митрофанов, у нас общество крещеных безбожников. Два раза, говорят, крещеный человек входит в церковь: в первый раз младенцем, которого принесли крестить, второй — когда заносят вперед ногами, чтобы отпели. Для чего? Непонятно.

3. Нужны ли в современной школе уроки православия?

Лично я против этого. И в церкви я в меньшинстве. В первую очередь есть воскресные школы. У нас церковь отделена от государства. Начиная с XIX века дороги церкви и общества разошлись. Было время, когда церковь осуществляла императивный контроль над населением. Было и наоборот — времена, когда государство преследовало и запрещало церковь. Сейчас такое уникальное время, когда ни нас не гонят, ни мы не гоним — все церкви открыты, пожалуйста, приходите.

Религиозность сместилась из плоскости общественного в сферу частной жизни, а школа — это все-таки жизнь общественная. Там люди разные, разных религий, разного понимания, кто-то вообще без понимания. Школа не должна этим заниматься, это моя личная позиция.

И при существовании воскресных школ, пожалуйста, приходите ко мне, и мы будем об этом говорить. А так — мне кажется, что нет в этом смысла. Кроме прочего, чтобы идти в светскую организацию и достойно там рассказывать о церкви, проповедовать, у человека должен быть определенный интеллектуальный уровень. Как сказал любимый мною протоиерей Георгий Митрофанов, у нас в церкви давно не хватает интеллектуального ресурса для этого.

Рассказывать то, что иногда там рассказывают, — это же курам на смех и вызывает как раз обратный желаемому эффект. Я очень много хожу по школам, вижу плоды этого — и считаю, что не надо таких уроков. Молодежи в храмах как не было, так и нет, даже стало еще меньше. Школа должна быть отделена от церкви, а все желающие, пожалуйста, приходите в воскресную школу, я вас всех там жду.

Не надо одно с другим совмещать. Это ни школе не даст ничего хорошего, ни церкви, собственно, не дает

Мы живем в секуляризованном обществе, которое по большому счету ничего не знает о Боге. Если родители верующие и им важно, чтобы ребенок был приобщен к православной жизни, нужно с малых лет показывать и объяснять ему, что такое религия, храм, Бог. Но делать это стоит аккуратно, спокойно, без фанатизма в глазах. Можно чуть ли не с рождения водить ребенка в храм, причащать, с семи-десяти лет учить исповедоваться. По мере взросления смотреть на его интеллектуальный уровень и, соответственно с ним, просвещать его в вопросах веры.

Но если родители сами неверующие — в этом нет особого смысла. Чисто теоретически это возможно, чисто практически — крайне сложно. Родители могут рассказать ребенку о религии скорее как о культурном явлении, могут раскритиковать ее с атеистической точки зрения. Но полноценно и позитивно обрисовывать детям то, в чем родители сами не принимают участия, крайне сложно.

Фото на обложке: SviatlanaLaza / Shutterstock / Fotodom