«Я не хочу, чтобы моего сына растила бабушка». Правила семейной жизни актрисы Наталии Орейро

Для нескольких поколений зрителей Наталия Орейро — прежде всего Милагрос из «Дикого ангела». Сегодня одна из главных ролей в ее жизни — мама единственного сына, 14-летнего Мерлина Атауальпы. Мы собрали цитаты актрисы о равном родительстве и свободе, которую важно дать взрослеющему ребенку.

Наталия Орейро — о своем детстве и родителях

Мои родители делали всё, что могли. Конечно, я их много критикую, особенно маму, и это ужасно. Я постоянно учусь заново выстраивать с ней отношения и понимать, что родители дали мне такую свободу, какую я сама, возможно, не смогла бы дать своему сыну. Уже одно это вызывает у меня огромную, вечную благодарность.

А еще я стараюсь понять, из каких семей они сами вышли, как их воспитывали и с какими предубеждениями им приходилось жить.

Наталия Орейро — о переосмыслении отношений с родителями в интервью для Infobae.

Поддержите «Мел»: отметьте нас галочкой в Google и классные, интересные, важные тексты будут появляться в вашей ленте чаще

Поставить галочку

Я начала работать в двенадцать лет и была необычным ребенком для своего района в Монтевидео. Училась во вторую смену, с четырех до восьми, и одноклассники писали обо мне гадости на стенах и в туалетах, иногда ждали после школы, чтобы наброситься. Я всегда старалась избегать конфликтов, но однажды мне пришлось дать отпор — и после этого меня больше не трогали.

Сейчас мы назвали бы происходившее буллингом, но тогда я воспринимала это как часть выбранной жизни. Я понимала, что привлекаю слишком много внимания, и старалась на этом не зацикливаться.

Наталия Орейро — о ранней работе и травле в школе в интервью для ¡Hola! Argentina на сайте LA NACION.

Многие черты моего характера появились благодаря тому, чего мне не хватало в детстве, — и именно это я старалась дать своему сыну. Особенно мне хотелось, чтобы у него были чувство принадлежности и постоянный круг друзей.

За свою жизнь я переезжала тридцать шесть раз: из-за разных обстоятельств родители меняли районы, дома и даже страны, а я почти каждый год оказывалась в новой школе. Поэтому, когда сын пошел в первый класс, я решила, что мы надолго останемся на одном месте. Теперь у него одни и те же друзья, школа и дом. Эта стабильность дает ему чувство безопасности.

Наталия Орейро — о чувстве принадлежности в интервью для LA NACION.

Наталия Орейро — о материнстве и совместном родительстве

Я не хочу пропустить ни одного этапа взросления сына и не хочу, чтобы его растила бабушка. Я хочу растить его вместе с Рикардо — таково наше намерение как семьи. Мерлин находится на грудном вскармливании, и я хочу продолжать достаточно долго. Когда смотрю ему в глаза, вижу счастливого ребенка. Но при этом ясно понимаю, что из-за материнства я не хочу перестать быть собой.

Наталия Орейро — о совмещении материнства и работы в интервью для ¡Hola! Argentina на сайте LA NACION.

Некоторые считают, что в отношениях с ребенком мама важнее всех, но я не вполне согласна. Рикардо — очень ласковый папа. Мы втроем вообще очень нежные друг с другом. Рикардо проявил огромную щедрость: перестроил расписание концертов так, чтобы мы могли оба быть с малышом.

На второй сезон сериала в Колумбии я согласилась только после того, как он предложил поехать со мной. Там я тоже поставила условия: работать меньше часов и делать перерывы, чтобы кормить сына. Мои приоритеты изменились.

Наталия Орейро — о включенном отцовстве в интервью для ¡Hola! Argentina на сайте LA NACION.

Я шесть месяцев ходила на курсы подготовки к естественным родам, а в итоге пришлось делать кесарево. Вернувшись домой, я не могла даже сесть. Кровать стояла на полу, и после операции я не могла на нее опуститься.

Я набрала тридцать килограммов и не помещалась в красивое кресло, которое приготовила для кормления. Садилась и не могла встать. Послеродовой период — совершенно особенное время для каждой женщины. Несмотря на это, мой сын — самое прекрасное, что со мной произошло.

Наталия Орейро — о непростом начале материнства в интервью для OHLALÁ!.

Когда мне предложили стать ведущей аргентинской версии шоу «Кто под маской?», именно сын помог мне решиться. Telefe прислал запись американской или британской версии программы, и он оказался рядом, спросил, что я смотрю, а потом сказал, что я обязательно должна согласиться. Для меня как для мамы возможность включить телевизор и посмотреть вместе с сыном программу, в которой я участвую, — большая редкость. Поэтому я очень рада, что мне доверили этот проект.

Наталия Орейро — о влиянии сына на выбор работы в интервью для Ciudad Magazine.

Наталия Орейро — о воспитании сына, свободе и взрослении

Атауальпа, или Ата, как мы его называем, для меня всё. Каждый проект, на который я соглашаюсь, должен соответствовать его ритму и потребностям. Он веселый, компанейский ребенок, любит путешествовать и невероятно разговорчив. Но я искренне не хочу, чтобы он входил в шоу-бизнес ребенком или подростком.

Мы с его папой хотим, чтобы его детство было как можно более анонимным. Если позднее это окажется его желанием, мы поможем получить нужное образование — но лишь после того, как он проживет детство, не перескакивая через этапы.

Наталия Орейро — о праве сына на обычное детство в интервью для Teleshow на сайте Infobae.

Мы вместе с Рикардо приняли решение ограничить экранное время, когда Ата был совсем маленьким, — после того как изучили тему. Люди часто не знают, как экраны воздействуют на детей, и из-за этого у ребенка может сформироваться полная зависимость. Каждая семья выбирает лучшее для своих детей, и я никого не осуждаю. Но мы читали материалы, говорили с учителями и специалистами и решили, что отсрочить знакомство с экранами полезно для когнитивного и эмоционального развития. Мы вовремя поддержали другие его интересы: он читает, занимается оригами, столярным делом, спортом и любит природу.

Наталия Орейро — об ограничении экранного времени в интервью для LA NACION.

Сын становится старше, а я только учусь его отпускать, и это дается мне очень трудно. Для меня он единственный ребенок. Ему нравится быть маминым сыном, но, наверное, временами он от этого и страдает. В нем уживаются два чувства: «Я мамин сын» и «Мама, пожалуйста, не души меня». Я пытаюсь принять, что уже не должна так сильно над ним нависать.

В моей семье всё было наоборот: в шестнадцать лет я уехала жить одна и всегда была очень самостоятельной. А с собственным сыном я веду себя прямо противоположно, но понимаю, что такая чрезмерная опека не идет ему на пользу.

Наталия Орейро — о взрослении сына в интервью для LA NACION.

Сын научил меня быть в настоящем моменте, играть и замечать то, что происходит сейчас. Я читаю ему «Маленького принца». Говорят, что эту книгу нужно читать и в детстве, и во взрослом возрасте, — и это правда. Маленький принц постоянно удивляется взрослым, потому что они знают только числа и формы, задают странные вопросы и забывают о простоте, игре и воображении. У детей всё это есть. Сын каждый день меня учит, а я стараюсь оставлять ему как можно больше свободы.

Наталия Орейро — о том, чему учится у сына, в интервью для OHLALÁ!.

Для меня важно, чтобы сын рос рядом с природой и с детства понимал, откуда берется еда и как устроен окружающий мир. Мерлин постоянно лазает по деревьям и играет в грязи, и мне нравится, что у него такое детство. Я присоединяюсь к нему, играю, пачкаюсь, скатываюсь вместе с ним по склонам. Я рассказываю ему о природе и птицах, и он уже умеет узнавать их по голосам. То же самое с нашей грядкой: он понимает, что из посаженного нами семечка может вырасти морковь, которую мы потом съедим.

Наталия Орейро — о воспитании через контакт с природой в интервью для ¡Hola! Argentina на сайте LA NACION.

Несмотря на то что мы с Рикардо публичные люди, у нас очень простая жизнь. Сын часто сопровождает нас на съемках и концертах, поэтому хорошо знаком с этим миром и воспринимает его совершенно естественно. Но дома мы для него мама и папа, а уже потом папа выходит на сцену и поет. Дома лежат музыкальные инструменты, я учу свои сценарии, изображаю персонажей, а он смеется.

Люди относятся к нам уважительно, потому что мы не выставляем жизнь напоказ и не берем его туда, где наверняка будет пресса. Мы живем очень спокойно, ни в чем себя не ограничиваем, и он нормально воспринимает нашу известность.

Наталия Орейро — о том, как сын воспринимает известных родителей, в интервью для Ciudad Magazine.

Наталия Орейро — о партнерстве и балансе семьи и работы

Привыкнуть к материнству мне было трудно, а к сыну — нет. Я верю, что дети выбирают родителей. Ата веселый, с прекрасным чувством юмора, нежный, он обладает замечательной собственной личностью. Вначале, когда всё оказалось совсем не таким, как я читала и как мне рассказывали, он очень облегчил мне задачу. Конечно, рядом со мной прекрасный партнер — Рикардо. Для меня воспитание делится поровну. Мы хорошо дополняем друг друга втроем, у нас получился хороший треугольник.

Наталия Орейро — о совместном родительстве в интервью для GENTE на сайте Infobae.

Каждый день в жизни — это возможность начать заново и снова сделать выбор. Я говорю это не как заготовленную фразу, а как о реальности. Нам с Рикардо хорошо вместе, мы делаем друг друга лучше. Он прекрасный отец и щедрый человек — со мной и со многими другими. Он живет очень достойно, потому что сам человек большого достоинства. И он по-настоящему близкий спутник моей души. Поэтому мы выбираем друг друга каждый день.

Наталия Орейро — о ежедневном выборе партнера в интервью для GENTE Online.

Самое важное — понимать, на каком жизненном этапе находится каждый, и сопровождать друг друга. Я часто обращаюсь к Рикардо, опираясь на его жизненный опыт. Но одновременно мы понимаем, что у каждого есть собственная карьера и свой характер, и стараемся всё это сочетать. Мы не во всем думаем одинаково, зато совпадаем в действительно важных вещах. Именно на этом и держатся наши отношения.

Наталия Орейро — о разнице в возрасте в интервью для GENTE Online.

Обложка: коллаж «Мела». Фото: © Виктор Вытольский / РИА Новости; Philip Oroni / Unsplash