Риск депрессии и тревожных расстройств у отцов возрастает более чем на 30% к концу первого года жизни ребенка
В рамках работы исследователи наблюдали за более чем 1 млн мужчин
Новое исследование показало, что у мужчин после рождения ребенка риск депрессии и стрессовых расстройств возрастает более чем на 30%, причем пик приходится на конец первого года жизни младенца, сообщает New York Post.
Как отметила медицинский директор программы совместной помощи пациентам в системе здравоохранения Northwell Health доктор Хатиа Мун, скрининг психического здоровья среди отцов крайне важен, однако проводится значительно реже, чем у матерей. Она подчеркнула, что при более частых обследованиях у врачей появилась бы возможность своевременно выявлять проблемы у мужчин и оказывать им поддержку в момент, когда они испытывают трудности.
В рамках работы исследователи наблюдали за более чем 1 млн мужчин, чьи дети родились в Швеции в период с 2003 по 2021 год. Ученые установили, что во время беременности партнерши и в первые месяцы после рождения ребенка риск получения психиатрического диагноза у мужчин, наоборот, снижался. Спустя примерно год после родов показатели тревожных расстройств, а также диагнозов, связанных с употреблением алкоголя и ПАВ, возвращались к уровню, который наблюдался до беременности. Однако для депрессии и стрессовых расстройств была зафиксирована отсроченная тенденция к росту — именно этот скачок оказался неожиданным для исследовательской группы.

Соавтор исследования Дунхао Лу отметил, что рост случаев депрессии через год после появления ребенка подчеркивает необходимость внимательно отслеживать признаки ухудшения психического здоровья у мужчин. Доктор Мун считает, что мужчины могут быть особенно уязвимы к психологическим трудностям, поскольку основное внимание после рождения ребенка традиционно сосредоточено на матери и младенце, а сами родители в период беременности и сразу после родов фактически переходят в режим выживания.
Она пояснила, что в этот период отцы часто берут на себя поддерживающую роль, что логично с учетом уязвимости матери и новорожденного. Однако такая роль может постепенно приводить к эмоциональному истощению. Хотя исследование охватывало только тех мужчин, которым был поставлен официальный медицинский диагноз, полученные данные дают достаточно четкое представление о том, в какой момент риски для психического здоровья родителей могут быть наиболее высокими.
Доктор Мун посоветовала внимательно относиться к любым признакам ухудшения психического состояния или появлению тревожных симптомов. Кроме того, по ее словам, у мужчин часто меньше возможностей для общения и поддержки со стороны сообщества, поскольку будущие и молодые матери регулярно посещают медицинские консультации и находятся в более активном взаимодействии с системой здравоохранения.
Lopolo / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе







