Ситуация крайностей: обратная сторона объединения вузов

Объединение вузов началось в России пять лет назад. Как это отразилось на образовании, сказать пока сложно. Зато понятно, что после реформы многим преподавателям и директорам не нашлось места в новой системе. Об одном из таких случаев рассказывает наш блогер Вадим Мелешко.
Давным-давно, еще в конце прошлого тысячелетия, я брал интервью у директора одного из ПТУ Зеленограда Тамары Костиной. Она долго и с огромным вдохновением рассказывала о том, какие у нее грандиозные планы, что собирается сделать у себя в училище, какие направления открыть. Было видно, она этими идеями живет.
Потом то самое ПТУ стараниями Костиной превратилось в одно из самых известных образовательных учреждений области, поступать туда приезжали люди даже из других городов. На тот момент из училища через колледж оно превратилось в Академию делового администрирования.
Многие мои ученики, причем самые успевающие, после 9‑го класса уходили туда и к моменту, когда их бывшие одноклассники только оканчивали школу, уже имели опыт работы в престижных компаниях, а некоторые — и свой успешный бизнес.
В последний раз я разговаривал с Тамарой Ивановной несколько лет назад. Она жаловалась на то, что ей очень не нравятся тенденции в нашем образовании. В частности, оптимизация сети учреждений, «благодаря» которой небольшие школы становятся частью крупных комплексов, а самостоятельные институты — частью крупных университетов. По ее словам, у себя в академии она знает в лицо и по имени не только преподавателей, но и студентов, знает, кто как учится, у кого какие проблемы в семье и личной жизни, кто чем интересуется. Но такое возможно только в относительно небольших коллективах, ибо глупо ожидать, что ректор сможет, а главное — захочет напрягать свою память подобными «мелочами», если у него учатся несколько десятков тысяч человек. А ведь было бы более грамотно, наоборот, чтобы в каждом городе России, даже самом маленьком, работал свой вуз, пусть небольшой, но хорошо обеспеченный, гостеприимный и дружный, где все были бы одной семьей. И хорошо бы в каждом селе иметь свою школу, как это было когда-то.
Ведь сейчас мы имеем возможность обеспечить людям хорошее качество образования, а не экономить на них
А через несколько месяцев академию, выращенную и выпестованную Костиной из училища, присоединили к другому вузу, растворив в нем. И Тамаре Ивановне места там не нашлось.
Мы — народ крайностей. То всеобщее почитание и возвеличивание, то огульное охаивание и оплевывание, то строим в пустыне или тундре цветущие города, то сравниваем их с землей, то ставим памятники, то их сносим.
Я абсолютно уверен, что и в системе образования этот маятник рано или поздно обязательно качнется в другую сторону. И тогда люди с высоких трибун вдруг осчастливят нас гениальной мыслью, мол, зачем нам такие уродливые порождения эпохи глобализации, давайте лучше сделаем так, чтобы было как можно больше маленьких школ, колледжей, училищ, академий, институтов. И чтобы у каждого было свое лицо, свои традиции, свой уникальный и неповторимый колорит.
Ведь это же ничуть не противоречит ни ФГОС, ни качеству образования, ни интересам страны, верно? Мы богатая страна и можем себе позволить иметь не 40 с небольшим тысяч школ, а 60, 80, 100! Мало? Сделаем больше — 400 тысяч! Чтобы ни у кого в мире столько не было!
И маятник снова качнется назад, по пути разбивая на куски мощные центры образования и грандиозные университетские комплексы, чтобы из этих обломков создать светлый, дивный мозаичный мир, в котором все будут друг друга знать и любить, а на одного преподавателя будет приходиться не более пяти учащихся.
Важно успеть застать тот период относительного равновесия, когда педагогов, детей и учреждений будет не слишком мало и не слишком много. Но ведь главное — начать двигаться в нужном направлении. И все-таки попытаться вовремя остановиться.
Начнем?
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Иллюстрация: Shutterstock / MaxterDesign
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026








