«Никаких поблажек из-за инвалидности»: как девушка с плохим зрением исполнила мечту и стала репетитором

Олеся Горбачева работает репетитором по английскому. Она переехала в Москву из другого города, окончила два вуза, у неё своя методика преподавания. Но от сотен похожих историй Олесина отличается тем, что девушка почти ничего не видит. Наш блогер Светлана Павликова поговорила с Олесей про учебу, работу и жизнь с ОВЗ.

Олеся родилась с плохим зрением. Родители этого ожидали: сами они тоже плохо видят. Зрение девочки пытались исправить: лечили, делали операции. «Первую операцию провели, когда мне было примерно 2 года. До 10 лет видела чуть-чуть лучше, но потом начала прогрессировать глаукома. Зрение снова сильно упало», — вспоминает девушка. Сейчас, в 32 года, она видит силуэты, цвета, может ходить по улице без белой трости.

Языки нравились Олесе с детства. Когда ей было лет 5, она спросила у мамы, почему в ее сериале «Санта Мария» говорят два человека: один на русском, второй — на каком-то непонятном языке. Мама объяснила, что это дубляж. Тогда девочка подумала: «Отлично! Вырасту и буду тётей, которая озвучивает кино». Учителем ей быть не хотелось. Да в семье никто и не уговаривал. Даже наоборот: мама и бабушка — сами учительницы, поэтому они прекрасно знали обо всех сложностях этой профессии.

Олеся окончила интернат для незрячих детей, потом поступила в национальный университет на факультет романо-германской филологии. «Шла туда, не зная, кем именно хочу стать. Лингвистом, ученым, переводчиком? Просто хотелось связать жизнь с языками», — вспоминает девушка.

В университете к незрячей студентке относились по-разному. Одного не было точно — поблажек из-за инвалидности. Некоторые преподаватели ее даже предупреждали, мол, если ждешь особенного отношения из-за плохого зрения — не дождешься. Но Олеся особого отношения не ждала и не просила. Более того — некоторые учителя даже не знали, что она плохо видит. Когда Олеся стала печатать конспекты на компьютере, а не шрифтом Брайля, то перестала выделяться. С записью шрифтом Брайля, кстати, связаны забавные случаи: «Здесь такая схема: надо выкалывать точки на плотной бумаге специальным прибором, похожим на шило. Стук получается в любом случае. Преподаватели иногда думали, что идет дождь или кто-то шумит в аудитории. А это я просто лекцию записывала».

В 24 года Олеся переехала в Москву, чтобы учиться дальше. Поступила в магистратуру Государственного психолого-педагогического университета. Как говорит девушка, по сравнению с первым вузом, это была не учеба, а легкотня. Главным стимулом для поступления в магистратуру стало желание съехать от родителей. Сначала было сложно: надо платить за общежитие и вообще на что-то жить. Мама девушки отрицательно относилась к ее переезду, поэтому отказалась помогать финансово: «Могу отправить деньги только на билет домой». Такой вариант Олесю совсем не устраивал.

У нее была пара учеников-школьников, но найти еще кого-то оказалось не так-то просто. Среди репетиторов английского языка большая конкуренция: более 50 000 специалистов. Олеся решила, что нужно сделать упор на очные занятия. Она откликалась на заказы людей, которые жили в ее районе, принимала учеников у себя дома. Так постепенно наработала базу: «Сначала уроки у меня стоили 750 рублей. Сейчас уже 3000 за час». На сайте, где Олеся находит заказы, у нее отметка «Очень хвалят».

После пандемии девушка стала работать и онлайн. Специфика ее работы — работа без видеосвязи. В силу плохого зрения ей приходится подносить телефон очень близко к лицу. Постоянных учеников это уже не пугает — помогает хороший рейтинг Олеси как репетитора. К тому же, большинство из них — взрослые люди, которые адекватно реагируют и понимают причины.

Олеся работает по своей методике, пишет план занятий под каждого ученика, ведет свой телеграм-канал для тех, кто учит английский, старается сделать язык привлекательным и интересным для людей. Одно занятие длится 60 минут, есть домашние задания: «Без „домашек“ в изучении иностранного языка никуда. Наверное, единственный вариант работы без них — когда человек занимается 4-5 раз в неделю. Но такого обычно не бывает».

Олеся работает и с учениками, которые не видят. Сейчас у нее таких двое: муж подруги и школьник из интерната для незрячих детей: «Они оба хорошо владеют программами экранного доступа, мальчик еще и пользуется дисплеем Брайля. Поэтому не приходится придумывать специфические подходы, работаю с ними, как и с учениками без особенностей здоровья».

В планах у Олеси — развивать свою методику дальше. А если все пойдет хорошо, она хочет открыть свою школу английского языка.

Материал подготовлен при поддержке Everland и Фонда президентских грантов.