«Существо несчастное, больное, покорное начальству». Почему учителя так сильно устают и быстро выгорают

Работа с детьми — это тяжелый труд: физически и морально. Есть ли у воспитателей и учителей возможность компенсировать потраченные за день, месяц, учебный год ресурсы? Наш блогер Марина Балуева уверена, что нет. И думать о том, как сохранить себя в потоке постоянных отчетов и переработок, придется самим педагогам.

Призывать чиновников заботиться о здоровье учителей — дело бессмысленное. Директора, понимающие ценность человеческого ресурса, также остались в прошлом. Новая реальность выковала новый тип школьного администратора — безжалостно-бухгалтерский. Хотела сказать безжалостно-расчетливый, но исправилась. Все-таки в расчете есть нечто рациональное.

Впрочем, призывы к «мягкости» дали некоторый результат. У нас, например, есть обязательные медицинские профосмотры. Правда, они предельно формальны и потому совершенно бессмысленны. Кроме того, своей бессмысленной унизительностью они дополняют депрессивный стиль управления учителями.

Зато карусель продолжает крутиться. Фантазия чиновников не иссякает. Они в поте лица придумывают все новые поводы для головной боли учителям: проверки, экзамены, контрольные, мероприятия, конкурсы, условия аттестации, фестивали открытых уроков, новую «систему учительского роста».

К чему все это говорю? Учителям пора самим вставать на защиту — себя, своего здоровья, благополучия своих семей, своих коллег — и детей, которых мы учим. Потому что детям тоже очень плохо, если учитель болеет и не справляется. Безграмотность учителей в отношении собственного здоровья неизбежно проецируется на детей. Перегрузки детей и депрессивный характер обучения вытекают оттуда же. Если можно так поступать со взрослыми, то почему аналогично, хоть и более умеренно, нельзя поступать с детьми? Разница только в масштабах, суть одна — насилие и дезорганизация труда.

В Советском Союзе научная организация труда была повсюду: в промышленности, науке, проектировании и сельском хозяйстве. И, кажется, только школьного учителя обошло стороной это благо. Ни мебель, ни расписание не подвергались даже тогда научной организации. А сегодня об этом и вовсе забыли. Я смотрю на стол школьника: там крючок для рюкзака. Проектировщик знал, что у школьников рюкзаки с книгами и тетрадями. Это было записано у него в техническом задании. Но ни разу за все время работы в школе я не видела учительский стол с местом для сумки учителя (этой пресловутой сумки с тетрадями, папками, конспектами). Эту сумку всегда некуда поставить, она обычно пристраивается где попало и часто мешает. Казалось бы — мелочь.

Но это свидетельство того, что в техническом задании российского проектировщика школьной мебели учитель отсутствует как личность с потребностями

Здесь для сравнения уместно вспомнить катающиеся по классу специальные стульчики финских учителей. Чтобы финский учитель мог спокойно подъехать к каждому ребенку и поработать с ним индивидуально, при этом сидя рядом! Не стоя, не изгибаясь, не волоча за собой стул, как это делает российский педагог, а комфортно для себя, экономя силы. Но нет, наш учитель — человек без потребностей.

Правила техники безопасности для российских учителей касаются в основном обращения с электроприборами или взрывчатыми веществами. Школьные СанПиНы для взрослых регламентируют только количество туалетов для взрослых в школьном здании. Впрочем, и эта норма чаще всего не соблюдается. Для сравнения — СанПиНы офисных работников регулируют и величину столовой на количество работающих, и организацию рабочего места.

Нигде и ничем не регламентируется учительский стресс, напряжение умственного труда, сенсорная нагрузка. То есть именно те факторы, которые при беспорядочном к ним отношении провоцируют инфаркты, инсульты, клиническое переутомление, депрессию.

Ничем не защищен сегодня учитель — ни совестью работодателя, ни нормативами. Только собственный здравый смысл и воля к жизни ему помогут.

Количество исследований в области особенностей учительского труда невелико по сравнению с исследованиями новых «педагогических технологий». Предположительно, такая ситуация диктуется госзаказом. В этих многочисленных «технологиях», которые активно пропагандируются в последние годы, вдохновляя чиновников на написание новых диссертаций и внушая всем прочим идею о том, что обучать можно на «раз-два» в режиме робота, в этих «технологиях» исполнитель — фигура абстрактная. Что по умолчанию делает исследования такого рода нерелевантными. Ибо исполнитель — часть всякой технологии. Впрочем, и дети (объект воздействия) там упрощены до предела. Но это никого не волнует.

По аномалиям личности среднестатистического учителя не прошелся в нашем обществе только ленивый

Это и монологизм речи, и деспотизм преподавания, и привычка повторять одно и то же в режиме заведенной пластинки, и моральная амбивалентность. Профдеформации — сама по себе важная тема, но со здоровьем связана косвенно. Однако, для данного материала важен факт, что корни как профдеформаций, так и нарушений здоровья у учителей одни и те же.

Ни сам по себе бумагооборот, плохое поведение «современных детей», нарушения трудовых прав, ограничения академических свобод не являются причиной, разрушающей вместе с учителем все наше образование. А вот комплексное воздействие всех этих факторов делают российскую школу токсичной и деструктивной в своей основе, сколько бы ни проводилось «новаций». Добавим сюда чувство вины, неизбежно возникающее от незавершенности задач, оговорим, что чувство вины усугубляется вследствие заведомой невозможности освоить все необходимые «компетенции» — от «владения терминологией ФГОС» до таинственного магнетического «профессионализма» в управлении классами девиантного поведения, — и станет полной картина манипуляции учителем.

С какой целью манипулируют учителем? Очевидно, с целью сделать из него существо несчастное, больное, покорное начальству, достойное самой низкой зарплаты при самой большой нагрузке.

Что посоветовать одинокому педагогу, оставшемуся один на один с жестокой системой образования, и при этом еще пытающемуся сохранить остатки достоинства, профессионального и личного?

• Не дожидаясь правительственных решений и профсоюзных побед, попытаться ограничить мысленно круг своих обязанностей. Ограничить только писаными законами, собственной совестью и здравым смыслом. Не делать того, за что могут уволить (например, прогул), делать то, что поможет детям обрести знания (набор проверенных опытом методических приемов), помочь ребенку, попавшему в беду (веление совести и сострадания).
• Все «компетенции», «технологии», «ФГОСы» оставить тем, кто изобретает эти слова за хорошую плату, не утруждая себя даже выяснением их словарных значений (как получилось с «компетентностью» и «компетенцией»). Говоря на современном жаргоне, призываю учителей «не вестись на разводы».
• Грамотно и ответственно подходить к собственному здоровью. Это трудно, конечно. Но, как гласит народная мудрость: «только идущий преодолеет дорогу».

Что еще посоветовать тем, кто продолжает работать в школе? Известный теоретик в области стресса и пропагандист здорового образа жизни, телеведущая Лиз Такер выделяет (если округлить и упростить ее теорию) три фазы стресса, выполнение которых позволяет избежать негативных последствий:

1. Стрессовая ситуация
2. Расслабление (после решения и выполнения задач)
3. Удовлетворение и удовольствие.

Только в случае наличия этих компонентов дистресс (вредный стресс) превращается в эустресс (полезный стресс).Это правило обращает нас к животному в человеке: тигр погнался за добычей, поймал, съел и сытно урчит в кустах. Или заяц убежал от волка, залез в норку и радуется, что жив. Мы такие же биологические сущности, как и братья наши меньшие.

Таким образом, ничего не остается иного, как спрашивать себя постоянно: завершена ли задача? Могу ли я отдохнуть и расслабиться после выполнения? Есть ли что-то приятное во всем этом? И если вам не дают ни свободы на перемене, ни отдыха вечером и на каникулах, берите их силой, с помощью правозащиты, профсоюза и просто «в наглую», фактически. Если школьная действительность уныла, однообразна и унизительна, и никто там вас не собирается радовать, чаще ходите в театр, на выставки, гуляйте на природе. На худой конец, в частной ситуации, когда надо действовать быстро, съешьте шоколадку и похвалите себя. Но следите за выполнением всех трех фаз. Это важно!

Иллюстрация: Helga Khorimarko / Shutterstock / Fotodom