«И тут он меня укусил»: о случае из жизни логопеда

В работе учителя немало сложностей. Есть очевидные — нагрузка, зарплата, конфликты с родителями или руководством, а есть такие, которые предугадать почти невозможно. Наш блогер, логопед Инна Богородицкая, рассказывает о случае из своей практики.
Много лет назад я занималась с мальчиком, поставила ему 9 звуков. Звали его Максим, он был очень добрым, но неугомонным: половину занятий провел на шведской стенке вниз головой, половину — под партой, высовывая язык. Я была единственным логопедом, который не сбежал после первого же занятия. Поэтому мама ходила на цыпочках, пока мы занимались, и всю семью заставляла замирать на время урока, чтобы не спугнуть наше хрупкое сотрудничество.
Если честно, я бы тоже отказалась с ним заниматься. Но я просто не знала, что так можно. Поэтому я продолжала входить в уютную, с любовью оборудованную детскую комнату, как в клетку с хищником. Мое отчество было для него непосильным, поэтому он называл меня Ика (инициалы).
В тот день Макс был не в настроении. «Что? Пришла? Ика, сегодня будем только играть. Заниматься я не хочу!» — «Конечно, как скажешь, я тоже не хочу заниматься, устала. Во что поиграем? Только вот, слушай, язычок твой обидится. Он ведь готовился к разминке. Он хочет быть сильным, чтобы правильно рычать и цокать».
Мальчик согласился. Я приступила к логопедическому массажу, все было хорошо и вдруг — хрясь! Я даже не сразу поняла, что произошло. Острая боль, треск. Макс со всей силы укусил мой палец! Боль, признаюсь, была дикая. Я, конечно, взвизгнула. Все забегали вокруг меня. Зелёнка, бинты. Хорошо хоть, кость осталась цела. Но прокусил он палец основательно. Мама ребенка заплакала. А Макс забился в угол и тихо скулил, бледный и испуганный.
На следующий день, вернее, рано утром, в 5 часов, меня разбудил звонок. Я, не соображая, что происходит, схватила трубку. «Ика, Ика, прости меня. Я дам тебе свой палец для пересадки! Я больше никогда так не буду!» — Макс громко и протяжно завыл в трубке.
Я поняла, что ребенок, который точно не знает мой номер и при этом еще не умеет читать, звонит мне в пять утра на мобильный:
— Макс, откуда у тебя мой номер? С какого телефона ты звонишь?
— Это мамин телефон, я его взял и нашел твой номер! Я хотел тебя успокоить, что отдам тебе свой палец. Тебе очень больно?
— Нет, уже лучше. А как ты нашел мой номер? Ты же не умеешь читать!
Ответ меня потряс: «Я знаю букву „И“. У мамы только 5 людей с такой буквы. Я уже трем позвонил. Ты четвертая».
Я успокоила ребенка, попрощалась с ним и посоветовала лечь спать. Пообещала, что скоро обязательно приду. Когда я зашла в комнату к Максу на следующий день, меня ждал совершенно другой ребенок. Шведские стенки, гонки, наглые выпады остались позади.
Сейчас этот мальчик живет далеко. Занят серьезной работой. У него прекрасная жена и маленький сын Коля. Он мне иногда звонит и спрашивает: «Ика, добрый день. Как палец?» «Пересадка не требуется», — обычно отвечаю я. И мы смеемся, вспоминая этот случай.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: Shutterstock / ANDREI_SITURN
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть








