
Деловые люди любят говорить, что живут в бешеном ритме. Но на самом деле в нём живут российские учителя. Учительница младших классов Анна Собянина не всегда успевает пообедать и приходит домой поздно (а ещё нужно тетради проверить). Но она, похоже, ни на что не променяла бы свою работу.
Прихожу в школу в 7.45, за 15 минут до прихода детей, чтобы успеть хоть что-то подготовить, распечатать, написать число, открыть все уроки с флешки.
8.00 — появляются дети. Надо всех отметить, благо к этому приучены дежурные, я в это время заполняю два листа — заявки на обеды и завтраки, отдельную бумажку для столовой, нарезаю талоны, готовлю наличные деньги. Со звонком надо отдать заявки ответственному по питанию.
8.30 — звонок. А дальше нон-стоп: после первого урока бежим в столовую, сразу начинается второй урок, получаю смс от завуча о том, что нужно срочно сдать такие-то заявления, звонят из медкабинета, что надо прийти на прививку. Пока мои дети на технологии, бегу в четвёртый класс, я там веду русский язык и литературное чтение. Так пролетают четыре урока, потом дополнительное занятие по развитию речи. В это время кого-то вызывают на защиту проектов к методисту. После пятого урока дети идут в столовую, я выхожу из кабинета последняя.
В коридоре школы я вижу двух своих учеников, которые идут с защиты проектов, в руках у них постеры, пробирки, модель кристаллической решётки. Пробирки разбиваются, стекло разлетается по всему коридору. Собираю осколки руками, бегаю по этажу в поисках уборщицы, не могу найти, бегу в класс, беру метёлку, заметаю всё сама, так как другие дети могут пораниться этими осколками.
В это время (внимание! апофеоз моего рассказа) старшеклассники говорят друг другу: «Это что, мем такой? Учитель в школе полы подметает!»
Пролетаю мимо них на своей метле, закрываю глаза, глубоко дышу.
Пока я играла в уборщицу, мой класс уже пообедал. Прибегаю в столовую, понимаю, что пообедать сама я уже не успеваю. Звенит звонок на следующий урок. Дальше внеурочка.
В 15.00 у нас ещё стендовая сессия (весь класс разом представляет свои проекты), а для этого надо передвинуть парты, установить каждому постер, и ещё куча всяких мелочей. К нам приходят родители, учителя, всё это длится час, а потом весь это хаос в классе надо превратить в порядок.
16.30 — детей должен забрать преподаватель группы продлённого дня, но он заболел…
В 18.00 выхожу из школы. У меня ещё одно занятие.
Около 20.00 прихожу домой, наконец-то можно спокойно поесть. Мой вечер омрачает только проверка тетрадей, через силу проверяю 30 штук из 80, остальное оставляю на утро.
Спать. Единственное, о чём я сожалею, что пропустила вечернюю пробежку…
Фото: Shutterstock (dotshock)
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026






















