Как устроена работа писателя: разговор с Евгением Рудашевским — автором приключенческих романов

Как писать книги для современных подростков, которые, кажется, вообще не готовы ничего читать? В эфире «Радиошколы» об этом рассказал писатель и путешественник Евгений Рудашевский, автор книг «Тайна пропавшей экспедиции», «Город Солнца» и «Истукан».
«Я пишу приключенческую прозу не для подростков, а о подростках»
Есть мнение, что детская приключенческая литература умерла. Это не так. Изменился формат подобной литературы: писатели прошлого прежде всего создавали образ места, описывали локацию. Например, во многих произведениях Майн Рида практически нет сюжета: он описывает флору и фауну Борнео — и это уже увлекательно. Сейчас такое никто не будет читать. Современному читателю важен психологизм — не важно, взрослому или подростку.
Я давно отказался от попытки ограничить возрастом своего читателя. Я не пишу приключенческую прозу для подростков, я пишу о подростках. Причем «подростки» — это в современных рамках: от 12 до 25–30 лет. Это и определяет аудиторию моих книг, позволяет относить их к «подростковым».
Я не стремлюсь угадать, о чем думают современные подростки, и не пытаюсь мимикрировать под них, я и так во многом сам остаюсь подростком. И эта внутренняя подростковость часто толкает меня на непредсказуемые поступки: мне нравится всё новое и необычное — поездки, встречи со странными людьми. Если кто-то предложит мне в три часа ночи отправиться исследовать какие-нибудь катакомбы или бедные перуанские кварталы — я соглашусь.
Эта внутренняя тяга к приключениям помогает собирать материалы для книг
Например, нужно написать роман, сюжет которого будет разворачиваться в Перу. Или на Сахалине. И я еду туда, хотя мне и на диване хорошо. Куда деваться?
Написать приключенческий роман, не выходя на улицу, тоже, в принципе, возможно — но только это будут совершенно другие истории. Жюль Верн, например, описывал в книгах практически весь мир, хотя самое грандиозное его путешествие — двухнедельная поездка в Соединенные Штаты. А «всего мира» он не видел. Но при этом очень много общался с путешественниками. У Эдгара По похожая ситуация: в его рассказе «Тайна Мари Роже» события происходят в Париже — но в Париже Эдгар По никогда не был. Он совершенно не ожидал, что рассказ когда-нибудь переведут на французский, и поэтому описал город очень примерно. Однако рассказ перевели, французы прочитали и очень удивились: что же это за Париж такой странный?
«Писать приключенческую прозу может любой»
В разговорах о писательском труде, на мой взгляд, слишком много внимания уделяется таланту и вдохновению. На самом же деле это ремесло в чистом виде. Формально писать приключенческую прозу может научиться любой. Дальше возникает вопрос: насколько это будет интересно?
Мне чаще всего интересен не сюжет, а идея, которая лежит в основе книги. Многие мои работы начинаются с загадки: персонажи нашли картину, у которой есть второе дно, или старинную шкатулку ордена августинцев. Но создание этих работ начиналось не с придуманной завязки, а со случайных образов. Например, в моей книге «Истукан» события разворачиваются на одном из необитаемых островов Филиппинского архипелага, где герои пытаются выжить после кораблекрушения. Я придумал эту историю, когда попал на небольшой островок и нашел там истукана, которого неизвестно кто, неизвестно когда и неизвестно для чего сделал. И в голове появилась такая картина: современная семья, не сильно верующая, терпит кораблекрушение и оказывается на этом острове, рядом с этим идолом, которому когда-то поклонялись люди. И пусть эта семья, примерно как Робинзон Крузо, проведет на острове 28 лет, 2 месяца и 19 дней. Мне стало интересно, в какой момент из этого куска камня — истукана — родится некое божество, к которому они начнут обращаться за помощью. И этот образ зарождения религии стал для меня ключевым. Хотя, казалось бы, ничего приключенческого тут нет.
А дальше сюжет рождается сам. На сбор материала я приезжаю не один, а с кучей своих потенциальных персонажей, раскидываю их повсюду и наблюдаю за их реакцией, записываю, кто и что в той или иной ситуации мог бы сделать.
«Главное, чтобы история была хорошо рассказана»
Меня особенно интересует вопрос мотивации. Приключения — это всегда риск. Герои рискуют своей жизнью, иногда жизнью близких. Но ради чего? 150 лет назад — ради золота. Но сегодня, в цивилизованном мире, герои живут в тепле и комфорте. Зачем им заброшенные города инков? Я стараюсь, чтобы мотивация каждого моего персонажа была понятна читателям. Например, в «Тайне пропавшей экспедиции» герои хотели прославиться, совершив научное открытие. В «Городе Солнца» — узнать то, что никому не известно. В «Истукане» у персонажей была одна цель — выжить.

В последние годы наша жизнь сильно изменилась — это неизбежно повлияло на те образы, которые ко мне приходили. Как ни странно, но именно в этот период я написал одну из своих самых добрых книг — «Почтовую станцию Ратсхоф». Это была первая приключенческая книга, в которой у меня никто не погиб. А это нонсенс: я люблю утопить своих героев в болоте. А в «Почтовой станции» даже никто толком не страдает. Самое страшное — девятиклассница, главная героиня, упала с забора и попу ушибла.
Сразу после этой книги, которую я считаю самой доброй, я написал «Зверь 44» — тяжелую и давящую историю. Хотя вдохновляли меня на две эти книги одни и те же идеи. Но в попытке найти инструменты для того, чтобы их реализовать, я пошел совершенно разными путями.

Иногда в процессе работы книги перестают быть чисто приключенческими. В них могут, скажем, появиться элементы антиутопии. Но для меня это вторично. Главное, чтобы история была хорошо рассказана.
Полную запись интервью с Евгением Рудашевским слушайте здесь. Разговор прошел в эфире «Радиошколы» — проекта «Мела» и радиостанции «Говорит Москва» о проблемах образования и воспитания. Гости студии — педагоги, психологи и другие эксперты. Программа выходит по воскресеньям в 13:00 на радио «Говорит Москва».
Обложка: © личный архив Евгения Рудашевского; Tatgynsy, Katrinshine / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе







