Зачем учителя сдают ЕГЭ
Педагоги московских школ рассказали, что им дает проверка Единым экзаменом

На конец марта уже более двух тысяч московских учителей посчитали необходимым пройти Единый госэкзамен — тот, к которому они готовят своих учеников. Корреспондент «Мела» побывала на встрече журналистов с педагогами и руководством Московского центра качества образования, которое и организует эту проверку, и узнала — зачем учителя сдают ЕГЭ.
На встрече с журналистами директор Московского центра качества образования Павел Кузьмин подчеркнул, что учителя идут на сдачу ЕГЭ добровольно: «Если бы это было обязательно, мы бы сейчас говорили не о двух, а о десятках тысяч участников. Две тысячи — это то число педагогов, которые сами захотели сдать экзамен. Как только мы начнем говорить об обязательности, мы сразу загубим эту замечательную инициативу. Никаких карательных или репрессивных мер нет и не будет — это только желание наших педагогов».
«После экзамена я с уверенностью могу сказать, что он был нужен прежде всего мне, — рассказала Анна Митина, учитель истории и обществознания гимназии № 1518. — Только в этих условиях можно оценить реальную обстановку: поставить себя на место ученика и испытать те эмоции, которые переживают ребята».
«Я не считаю, что каждый педагог должен сдавать ЕГЭ на 100 баллов. Но понятно, что если специалист получает средние баллы, это в первую очередь для него определенный звонок, что нужно планировать повышение своей квалификации», — говорит Кузьмин.
Помимо реалистичной оценки собственных знаний, полученный опыт может помочь педагогу скорректировать свою методику подготовки к ЕГЭ, считают участники очередного подобного эксперимента.
«Экзамен, как бы хорошо ты ни был готов, — это всегда тревога, волнение, очень трудно собраться. Только ощутив это на себе, понимаешь важность тайм-менеджмента для ученика. Мне времени хватило с лихвой, но ученику нужно примерно в два или два с половиной раза больше. Я поняла, как важно научить ребенка распределять время грамотно, отделять важное от второстепенного. Умение обращаться с временным ресурсом — залог успеха на экзамене», — поделилась своими выводами Анна Митина.
Московский центр качества образования проводит независимые диагностические работы для школьников с 2010 года, и количество участников с тех пор выросло с сорока тысяч до миллиона. Большая часть диагностик проводится добровольно, по заявке школы, руководство которой ощущает необходимость в объективной экспертной оценке качества образования. Обязательные проверочные работы, которые проводятся сейчас в четвертых и седьмых классах, также появились по коллективной инициативе школ и родителей.
Диагностику для учителей изначально проводить не планировали, но в ноябре 2015 года гимназия № 1518 предложила провести тестирование в формате ЕГЭ среди для педагогов.
Сдать экзамен решились 16 учителей-первопроходцев. Средний результат среди участников — 94 балла, есть несколько стобалльников
Узнав об инициативе коллег, в центр независимой диагностики обратились учителя Государственной столичной гимназии, где желание пройти независимое тестирование вслед за учителями старших классов выразили и преподаватели, работающие с начальными классами и дошкольниками. Им предложили так называемые метапредметные диагностики, сочетающие в себе проверку компетенций по нескольким предметам сразу, а также по таким универсальным учебным действиям, как поиск информации, анализ и структурирование.
«У нас исторически сложилось так, что учитель-предметник считает всегда, что его предмет главный. Из-за этого порой нерационально расходуется время ребенка. Ученик, переходя с одного урока на другой, не понимает вообще, как эти предметы взаимосвязаны, и отсюда возникает непонимание целостной картины мира. Поэтому Москва сейчас делает серьезные шаги по формированию такого метапредметного сообщества учителей», — рассказывает Павел Кузьмин.
Педагогам дошкольных учреждений предлагают проходить метапредметную диагностику для учащихся четвертых классов, а учителям начальной школы — для седьмых.
Тем не менее некоторые учителя начальных классов считают полезным для себя сдать именно ЕГЭ. «Итоговый экзамен демонстрирует результат за все годы обучения, и я увидела для себя, чему нужному для ЕГЭ может научиться ребенок именно в начальной школе», — делится директор столичной гимназии Ирина Патрикеева мнением одной из своих коллег.
В сентябре 2015 у метро «Кантемировская» открылся первый в России Центр независимой диагностики, где в течение всего года любой московский школьник может пройти тренировочные диагностики в формате ОГЭ или ЕГЭ по выбранному предмету. Вскоре появилась новая форма — «семейный» ЕГЭ: центр приглашает приходить сдавать экзамен всей семьей, чтобы родители могли ощутить на себе, каково приходится ребенку.
И учителя, и работники центра акцентируют внимание на психологическом аспекте подготовки к ЕГЭ. «Ученик должен понимать, что оценка — это не приговор, а ориентир для дальнейшей работы», — отметила Анна Митина. В Московском центре качества образования надеются, что вскоре тренировочные диагностики станут для школьников привычным делом, и итоговый экзамен уже не будет вызывать суеверный страх.
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе








