Доктор Спок был кумиром наших мам и пап, а сейчас его ругают. Почему?
История самого неоднозначного американского педиатра

Родителей часто раздирает страх, что они делают для детей недостаточно. Желательно, чтобы у них был кто-то, кто бы мог уменьшить такие тревоги. Таким в своё время был американский педиатр Бенджамин Спок — авторитет в вопросах воспитания XX века, чьи советы сегодня стали резко критиковать, а подчас и вовсе называть вредными. Рассказываем, как менялось мнение о докторе Споке, а психолог Катерина Дёмина объясняет, оправданны ли претензии к нему.
В 40–60-е годы прошлого века именно голос доктора Спока вселил в матерей уверенность в том, что они знают, как воспитывать детей, и могут даже получать удовольствие от процесса. В США его книга «Ребёнок и уход за ним» (1946) уступала по объёму продаж лишь Библии. Идеи Спока не обошли стороной даже тех, кто книгу не читал: их активно транслировали медиа и практиковали педиатры.
Спок предложил матерям набор базовых рекомендаций по уходу за детьми: как кормить, купать, лечить. Он говорил, что в обращении с детьми нужно руководствоваться «здравым смыслом» — ни излишней нежности, ни чрезмерной жесткости. Женщин он призывал чувствовать себя уверенно и расслабленно в роли матерей, потому что ребёнок должен расти в комфортной среде. Его методы учитывали исследования о формировании психики и сексуальности ребёнка, но он никогда не был дидактичным фрейдистом и не критиковал родителей. Споку удалось усмирить вечные родительские баталии и помочь матерям поверить в себя. Пятьдесят лет назад его влияние было сильным, а авторитет казался непоколебимым.

Правда, в конечном счёте все империи рано или поздно ожидает крах — он настиг и мир Спока. Его политические взгляды (поддерживал диссидентов, которые протестовали против войны во Вьетнаме в 1960–70-х годах) повлияли на то, как люди стали воспринимать его советы по воспитанию.
Доктора обвиняли в потворстве вседозволенности — именно оно, по мнению некоторых, породило поколение людей, которые попросту не уважали старших
В конце войны молодёжные протесты частично утихли, но призыв Спока «дать детям больше свободы» все критиковали. Правительство президента Рейгана придерживалось консервативных взглядов, всё больше людей высказывались в защиту «семейных ценностей» и осуждали либерализм.
Помимо политики, на статусе Спока отразилось и подозрение в «научности» его психоаналитических выводов. Фрейдизм в 70-х годах стал мишенью критики феминисток. Ставили под сомнение не только фрейдистские концепции вроде эдипова комплекса, но и его этичность как врача: обвиняли в искажении данных, плохом обращении с пациентами и укрытии домашнего насилия над детьми.
Спок никогда не был последовательным фрейдистом, но во многом опирался на опыт психоанализа, который считал важным для понимания детства. Фрейдистская концепция раннего развития теряла актуальность, больше исследований проводили в области когнитивной психологии. Психологи обнаружили, что дети способны мыслить даже в очень раннем возрасте — и движут ими не инстинкты, а сложный мыслительный процесс.
Это повлияло на женщин, которые были главной аудиторией Спока. В 70–80-е годы женщины стали активно бороться за экономическое и правовое равноправие с мужчинами, а материнство перестало занимать центральное место в жизни. На это же время пришлась сексуальная революция и резкий скачок статистики разводов. К середине 70-х рождаемость достигла абсолютного минимума для Америки. Фокус на проблемах воспитания сместился на проблемы детей, чьи родители в разводе. Поводов для родительских тревог стало больше, а образ семьи потерял привлекательность.

Ситуацию осложнил ещё и приток мигрантов. Европейский образец семьи в послевоенные годы был схож с американским, но в других странах семья строилась по другим моделям. Мигранты из Китая, Латинской Америки и Африки организовывали быт по строгим иерархическим принципам. Поэтому споковская ориентированность на нужды и желания ребёнка казалась им чуждой. Американцы всё меньше верили в существование единственно правильной стратегии воспитания.
Как ни странно, разрушив гегемонию Спока, родители одновременно лишили себя спокойствия, которое им давала его простая концепция «здравомысленного» воспитания. Судя по всему, ждать нового доктора Спока не приходится. Но это не значит, что его подходы к воспитанию не могут вновь стать актуальными. В первую очередь его уверенность в том, что все матери (а сегодня он сказал бы то же самое и об отцах) прикладывают максимум усилий для благополучия своих детей и чаще всего этих усилий достаточно.
На самом деле родители знают больше, чем им кажется, а это знание — само по себе хороший фундамент для воспитания. Главное — не забывать об этом
Сейчас книги Спока тоже критикуют за десятки пунктов, которые не соответствуют современному отношению к младенцам и уходу за ним. Среди замечаний — его критика гибкости режима в уходе за новорождёнными, фраза «Не нужно кормить ребёнка, как только он начнёт хныкать» и высказывания о том, что не стоит слишком быстро и часто брать детей на руки. А ещё он критиковал долгое грудное вскармливание, которое, по его мнению, может привести к сильной зависимости от матери.
Какие ещё есть претензии к Споку и насколько они оправданны
Катерина Дёмина, семейный психолог
Лично я к доктору Споку отношусь с огромным уважением и признательностью. В тот момент, когда родилась моя старшая дочь, мне было 20 лет — это первый ребёнок в моей компании, ни одной семьи с младенцем в пределах досягаемости. Поэтому книга, в которой написано буквально «если ребёнок плачет в промежуток от 18:00 до 19:00 часов, скорее всего, у него колики. Положите малыша животиком себе на колени и нежно похлопывайте по спинке, должно помочь», позволила мне элементарно выжить и остаться в своём уме. Год, напоминаю, 1991-й. Ни интернета, ни соцсетей, даже телефон не у всех.
За что доктора клянут и критикуют сейчас? Фактически за одну лишь фразу: «Попробуйте не подходить к ребёнку сразу, как только он начал плакать. Дайте ему возможность успокоиться самостоятельно. Иногда ребёнок может плакать так сильно, что его рвёт. Спокойно уберите рвоту и выходите из комнаты».
Сейчас это выглядит почти как призыв к инфантициду, убийству детей.
Но почтенный доктор преследовал вполне благую цель: позволить молодым родителям выжить в совершенно новых условиях. Никогда до этого семья с грудным ребёнком не была предоставлена сама себе, просто за отсутствием отдельного жилья. Всегда рядом с юной мамочкой были старшие женщины: бабушки-тётушки, соседки. В резко изменившейся обстановке многие матери быстро истощались, доходили до депрессии, иногда даже до попыток суицида на почве усталости и недосыпа.
Так что доктор Спок хотел как лучше. Получилось, к сожалению, как всегда.
Оригинальный текст: There Used to Be Consensus on How to Raise Kids
Перевод: Анна Ивлева
На обложке: Бенджамин Спок с детьми. Источник: Shaker Heights Library, Local History Collection
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения















