Как устроена работа писателя: разговор с Евгением Рудашевским — автором приключенческих романов

Как писать книги для современных подростков, которые, кажется, вообще не готовы ничего читать? В эфире «Радиошколы» об этом рассказал писатель и путешественник Евгений Рудашевский, автор книг «Тайна пропавшей экспедиции», «Город Солнца» и «Истукан».
«Я пишу приключенческую прозу не для подростков, а о подростках»
Есть мнение, что детская приключенческая литература умерла. Это не так. Изменился формат подобной литературы: писатели прошлого прежде всего создавали образ места, описывали локацию. Например, во многих произведениях Майн Рида практически нет сюжета: он описывает флору и фауну Борнео — и это уже увлекательно. Сейчас такое никто не будет читать. Современному читателю важен психологизм — не важно, взрослому или подростку.
Я давно отказался от попытки ограничить возрастом своего читателя. Я не пишу приключенческую прозу для подростков, я пишу о подростках. Причем «подростки» — это в современных рамках: от 12 до 25–30 лет. Это и определяет аудиторию моих книг, позволяет относить их к «подростковым».
Я не стремлюсь угадать, о чем думают современные подростки, и не пытаюсь мимикрировать под них, я и так во многом сам остаюсь подростком. И эта внутренняя подростковость часто толкает меня на непредсказуемые поступки: мне нравится всё новое и необычное — поездки, встречи со странными людьми. Если кто-то предложит мне в три часа ночи отправиться исследовать какие-нибудь катакомбы или бедные перуанские кварталы — я соглашусь.
Эта внутренняя тяга к приключениям помогает собирать материалы для книг
Например, нужно написать роман, сюжет которого будет разворачиваться в Перу. Или на Сахалине. И я еду туда, хотя мне и на диване хорошо. Куда деваться?
Написать приключенческий роман, не выходя на улицу, тоже, в принципе, возможно — но только это будут совершенно другие истории. Жюль Верн, например, описывал в книгах практически весь мир, хотя самое грандиозное его путешествие — двухнедельная поездка в Соединенные Штаты. А «всего мира» он не видел. Но при этом очень много общался с путешественниками. У Эдгара По похожая ситуация: в его рассказе «Тайна Мари Роже» события происходят в Париже — но в Париже Эдгар По никогда не был. Он совершенно не ожидал, что рассказ когда-нибудь переведут на французский, и поэтому описал город очень примерно. Однако рассказ перевели, французы прочитали и очень удивились: что же это за Париж такой странный?
«Писать приключенческую прозу может любой»
В разговорах о писательском труде, на мой взгляд, слишком много внимания уделяется таланту и вдохновению. На самом же деле это ремесло в чистом виде. Формально писать приключенческую прозу может научиться любой. Дальше возникает вопрос: насколько это будет интересно?
Мне чаще всего интересен не сюжет, а идея, которая лежит в основе книги. Многие мои работы начинаются с загадки: персонажи нашли картину, у которой есть второе дно, или старинную шкатулку ордена августинцев. Но создание этих работ начиналось не с придуманной завязки, а со случайных образов. Например, в моей книге «Истукан» события разворачиваются на одном из необитаемых островов Филиппинского архипелага, где герои пытаются выжить после кораблекрушения. Я придумал эту историю, когда попал на небольшой островок и нашел там истукана, которого неизвестно кто, неизвестно когда и неизвестно для чего сделал. И в голове появилась такая картина: современная семья, не сильно верующая, терпит кораблекрушение и оказывается на этом острове, рядом с этим идолом, которому когда-то поклонялись люди. И пусть эта семья, примерно как Робинзон Крузо, проведет на острове 28 лет, 2 месяца и 19 дней. Мне стало интересно, в какой момент из этого куска камня — истукана — родится некое божество, к которому они начнут обращаться за помощью. И этот образ зарождения религии стал для меня ключевым. Хотя, казалось бы, ничего приключенческого тут нет.
А дальше сюжет рождается сам. На сбор материала я приезжаю не один, а с кучей своих потенциальных персонажей, раскидываю их повсюду и наблюдаю за их реакцией, записываю, кто и что в той или иной ситуации мог бы сделать.
«Главное, чтобы история была хорошо рассказана»
Меня особенно интересует вопрос мотивации. Приключения — это всегда риск. Герои рискуют своей жизнью, иногда жизнью близких. Но ради чего? 150 лет назад — ради золота. Но сегодня, в цивилизованном мире, герои живут в тепле и комфорте. Зачем им заброшенные города инков? Я стараюсь, чтобы мотивация каждого моего персонажа была понятна читателям. Например, в «Тайне пропавшей экспедиции» герои хотели прославиться, совершив научное открытие. В «Городе Солнца» — узнать то, что никому не известно. В «Истукане» у персонажей была одна цель — выжить.

В последние годы наша жизнь сильно изменилась — это неизбежно повлияло на те образы, которые ко мне приходили. Как ни странно, но именно в этот период я написал одну из своих самых добрых книг — «Почтовую станцию Ратсхоф». Это была первая приключенческая книга, в которой у меня никто не погиб. А это нонсенс: я люблю утопить своих героев в болоте. А в «Почтовой станции» даже никто толком не страдает. Самое страшное — девятиклассница, главная героиня, упала с забора и попу ушибла.
Сразу после этой книги, которую я считаю самой доброй, я написал «Зверь 44» — тяжелую и давящую историю. Хотя вдохновляли меня на две эти книги одни и те же идеи. Но в попытке найти инструменты для того, чтобы их реализовать, я пошел совершенно разными путями.

Иногда в процессе работы книги перестают быть чисто приключенческими. В них могут, скажем, появиться элементы антиутопии. Но для меня это вторично. Главное, чтобы история была хорошо рассказана.
Полную запись интервью с Евгением Рудашевским слушайте здесь. Разговор прошел в эфире «Радиошколы» — проекта «Мела» и радиостанции «Говорит Москва» о проблемах образования и воспитания. Гости студии — педагоги, психологи и другие эксперты. Программа выходит по воскресеньям в 13:00 на радио «Говорит Москва».
Обложка: © личный архив Евгения Рудашевского; Tatgynsy, Katrinshine / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть







