1,5 миллиона рублей и стажировки. Как выпускники помогают родным школам и вузам

Сообщества выпускников — таинственная вещь. Они вроде бы есть, но не у всех: по словам экспертов, в них состоят только 10–15% бывших учеников и студентов. «Мел» поговорил с участниками активных сообществ в школах и вузах и разобрался, почему в России они пока важны куда меньше, чем в Европе или США.

Выпускники показывают уровень школы и вуза

В 2018 году выпускница Высшей школы экономики Дарья Ребёнок вошла в список самых перспективных американских предпринимателей до 30 лет, который ежегодно составляет журнал Forbes. Насколько успешную карьеру построит выпускник после вуза, учитывают в международных рейтингах университетов, говорит директор Центра по работе с выпускниками ВШЭ Ксения Марданова.

Например, бизнес-магистратура ВШЭ входит в сотню лучших в мире по рейтингу QS World University Rankings. Трудоустройство — один из пяти критериев, на которых он строится. В мировом рейтинге вуз занимает 82-е место, в России — первое.

Для школ достижения выпускников — тоже важный показатель. Особенно в тех, где применяют методы преподавания и воспитания, которые нацелены на долгосрочную перспективу, говорит педагог московской школы самоопределения имени А. Н. Тубельского Ольга Шавард.

«Самоопределение человека — это процесс, который продолжается всю жизнь. В школе создаются условия для поиска ответов на вопросы „Кто я? Какой я? Какого будущего я для себя хочу и как я могу к нему двигаться уже сегодня?“. Но нередко родители, особенно подростков и старшеклассников, хотят гарантии поступления на бюджет после школы», — объясняет педагог.

В таком случае выпускники, которые, с одной стороны, добились чего-то в жизни, а с другой — поддерживают связь со школой даже спустя много лет, — наглядное подтверждение для родителей, которые сомневаются, стоит ли их ребёнку здесь учиться.

В школах пробуют создавать активные онлайн-сообщества выпускников

Школу Тубельского можно назвать примером школьного сообщества. Она существует 50 лет, многие из её первых выпускников приводят сюда учиться своих детей и внуков. Сегодня здесь преподают 18 учителей, которые сами её окончили. Ольга Шавард — одна из них, в этой же школе учились её дети и внуки.

«Выпускники — невероятный педагогический ресурс. Опыт нашего поколения теперь малоактуален. Поэтому слово выпускников о том, как жить, искать и находить себя в этом мире, значит для современного школьника гораздо больше, чем слово учителя. Старшеклассникам важнее опыт личностного и профессионального самоопределения их поколения, опыт навыков и компетенций XXI века», — считает педагог.

Выпускники устраивают для школьников стажировки в разных компаниях и вузах, чтобы дети могли ближе познакомиться с профессиями, которые им интересны. Например, в редакциях или на киносъёмках.

Они проводят в школе лекции, уроки и мастер-классы, вместе с учениками выходят на сцену в школьных спектаклях и исторических играх.

Выпускники делятся достижениями: присылают бывшим учителям диссертации или опубликованные в литературных журналах стихотворения

В школе Тубельского хотят расширить связи между разными поколениями учеников и создают для этого специальную электронную платформу. «На сайте можно будет онлайн показать результаты нашей работы, расширить связи выпускников со школой», — объясняет Ольга Шавард.

Например, на сайте ученик сможет найти человека, который уже отучился в вузе, куда он собирается поступать, или ездил в страну, где он хотел бы постажироваться. Ответы на интересующие вопросы легче получить у «своих» — тех, кто учился в том же месте и принадлежит к тому же сообществу, считают в школе. Там же будут публиковаться интервью с выпускниками, где они расскажут, как учились и строили карьеру.

Новая электронная площадка не будет дублировать социальные сети, где выпускники создают группы для личного общения. На сайте смогут общаться ученики разных лет, которые оканчивали школу с разницей в десятилетия и не были связаны в соцсетях.

В конце 2018 года на реализацию проекта «Реверс-контакт» школа получила грант на всероссийском конкурсе «ТОПшкола», который организует «Рыбаков Фонд». Если поддерживать выпускников в развитии школ, то новое поколение детей вырастет в этой традиции и продолжит ее, считает сооснователь и президент фонда Екатерина Рыбакова.

«Главный результат работы школы — это успешные и благодарные выпускники, а вовсе не баллы ЕГЭ и не статистика поступлений. Мы уверены, что именно они — сердце школьных сообществ. Когда выпускник приходит в школу, всё меняется. Дети видят, какие люди её заканчивали, им становится любопытно, они находят для себя живой пример. Учителя видят результат своей работы — и это очень мощный мотиватор для них. Родители меньше тревожатся из-за будущего детей, из-за их успеваемости», — говорит она.

Платформы вроде той, которую хотят создать в школе Тубельского, — популярная форма объединения выпускников. Например, на сайте Ассоциации выпускников СПбГУ можно найти однокурсника по факультету или году выпуска.

«В России университет — поставщик услуг, а не сообщество»

Мировой опыт показывает, что всего 10–15% выпускников готовы участвовать в жизни альма-матер после получения диплома. В том числе делать пожертвования независимо от того, получат ли они что-то от университета взамен. Ещё около 20% — это люди, равнодушные к университету, говорит Марина Ступникова, заместитель директора Эндаумент-фонда НИУ ВШЭ.

В Ассоциации выпускников Санкт-Петербургского университета состоит более 6,5 тысячи человек. При этом на информационную рассылку о событиях, к которым вуз готов их привлекать, подписаны более 40 тысяч бывших студентов.

Сегодня университеты стремятся «раскачать» нейтральное сообщество — основную массу выпускников, которые, как правило, ожидают от университета каких-то бонусов в обмен на своё участие. А то и полностью теряют с ним связь.

«В России университет воспринимают только как поставщика образовательных услуг, а не как сообщество, которое определяет твоё будущее и образ мышления. В Америке, например, сообщество выпускников топового вуза — своего рода элитарный клуб, членом которого быть престижно. Такое отношение воспитывается с детства, дети мечтают поступить в те же вузы, где учились члены их семьи», — считает директор Центра по работе с выпускниками ВШЭ Ксения Марданова.

Читайте также

Секс, молчание и маскулинность: как живут ученики элитных школ

Насколько крепким будет сообщество выпускников, зависит от специфики вуза. «Небольшим профильным университетам, у которых есть своя объединяющая поколения идея, требуется меньше усилий, чтобы создать крепкое сообщество выпускников, чем очень крупным вузам или молодым университетам с короткой историей», — рассказывает Марина Ступникова.

В Высшей школе экономики, где порядка 60 тысяч выпускников, по этой причине решили создавать сообщества по профилям. Например, среди работников банковской сферы или медиакоммуникаций. Похожий принцип работает в МГУ им. М. В. Ломоносова, где крепкие сообщества выпускников создаются на уровне факультетов, и в СПбГУ.

«Люди проще объединяются по интересам, специальностям, а в большом университете десятки направлений», — согласен Александр Архипов, исполнительный директор Ассоциации выпускников СПбГУ. Другой критерий, по которому в вузе объединяют выпускников, — переезд за границу. В октябре 2019 года университет впервые проведёт «Реюнион» — встречу-воссоединение — бывших студентов СПбГУ в Берлине. Специально для тех, кто скучает по вузу, но по каким-либо причинам уехал из России.

На Западе выпускники финансируют вузы после учёбы

14% всех добровольных пожертвований в Америке идут в пользу учреждений образования. Среди филантропов и выпускники вузов. В западных университетах есть специальные отделы, которые работают с сообществами выпускников и предлагают жертвовать средства на те или иные нужды альма-матер.

Этот процесс называется фандрайзингом. Например, в Оксфорде только за него (не считая другой работы с выпускниками) отвечают порядка 400 человек. В среднем западном вузе фандрайзингом занимается пять-шесть сотрудников.

Пожертвования составляют порядка 5–10% от всего бюджета университета

Как правило, деньги, которые привлекают фандрайзеры, собирают в эндаумент-фондах. Это целевой капитал, который вуз передаёт в управление специальной компании. Она их инвестирует, а вуз от инвестиций получает доход и использует его на свои цели.

У Оксфорда, например, один из самых больших среди британских вузов эндаумент-фонд — более шести миллиардов фунтов стерлингов. Добровольные взносы и средства, которые вузу отходят по завещанию, — второй по значимости источник доходов британского университета.

Традиция привлекать выпускников к финансированию вуза в англосаксонских странах появилась несколько веков назад. Высшее образование там было платным. Университеты сами стали предлагать выпускникам жертвовать средства: чем больше образованных людей, тем больше развито общество и страна в целом. Так оплачивали обучение талантливых студентов из бедных семей или их стипендию. Позже стали собирать деньги на исследования или нужды самих вузов.

У российских вузов тоже есть свои эндаумент-фонды. У Фонда целевого капитала ВШЭ всего семь эндаументов. Один из них существует полностью благодаря выпускникам. Его создали члены Клуба дарителей — сообщества из 50 выпускников вуза, которые добились серьёзного положения в обществе.

Их минимальный взнос составил порядка ста тысяч рублей, максимальный — около полутора миллионов. По прогнозам, по итогу 2019 году благодаря этому эндаументу вуз сможет получить порядка миллиона рублей. При этом специально фандрайзингом в вузе не занимаются.

«Российские университеты пока не готовы инвестировать в отделы, которые бы занимались фандрайзингом систематически и профессионально. Да и профессии такой пока у нас в России нет, в отличие от США, Великобритании или Европы», — говорит Марина Ступникова.

Фото: Unsplash