3 способа защитить детей от ненужной информации

Когда родители нынешних школьников были маленькими, их мамы и папы могли волноваться за всё что угодно, кроме детской информационной безопасности. Да, дворовые друзья могли внезапно научить паре шокирующих выражений. Но против обсценных словечек были особые папины приёмы, а вопрос деторождения, кажется, не мог так же сильно травмировать юный ум тогда, как, например, теперь вечернее шоу «Пусть говорят».

Сейчас мы наконец-то перебираемся в информационное общество, однако почему-то не учим младших ориентироваться в потоках текстов, образов и звуков. Информация обладает большой силой, она может формировать взгляды, травмировать, закладывать ценностный фундамент. Кроме того, в новом мире есть вполне реальные опасности, угрожающие эмоциональному благополучию любого человека с вайфаем. Троллинг, буллинг, киберсталкинг — это то, с чем дети сталкиваются, не выходя из квартиры.

С одной стороны, мы должны многое показывать и рассказывать. Водить мышкой по экрану и обучать, что делать, если о тебе пишут гадости «ВКонтакте», как вести себя с троллем, как невзначай не написать кому-то в интернете свои паспортные данные и номер социального страхования.

С другой стороны, нормальный родитель должен позаботиться о цензуре. Потому что тот поток, который льют некоторые каналы, просто опасен для психики любого человека, не говоря уже про детей. Дети доверчивы и едят всякую лабуду с разных сайтов, обходя блокировки и родительский контроль. Потому что мы подчас устанавливаем двойные стандарты: стесняемся поговорить с ребенком про секс, но зато разрешили выбирать самому мультики на «ютубе». Вы вообще видели, чем он там занимается в этом «ютубе»?

Даже отложив всякие ханжеские разговоры про секс-просвет и пропаганду, как насчет формирования эстетических канонов?

Что ваш ребенок считает, например, хорошим текстом? И что — красивым изображением? Он умеет отличать авторитетные источники от тех, которые после первого предложения нужно срочно помещать в черный список сайтов? Вы уверены, что делая доклад к уроку обществознания, он не сошлется на ресурс потомственного ясновидящего?

Проблема мощная, а те решения, которые нам предлагают сверху (смотри«Закон о защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию»), создают новые проблемы и вопросы. Скажем, какого черта эти люди, вот с такими прическами и выражениями лиц, решают, что мой ребенок должен, а что не должен смотреть?! Достаточно бросить взгляд на законотворцев, чтобы понять, что их ценности и эстетика не имеет ничего общего с тем, что хотелось бы привить ребенку.

Ну хорошо, следуя закону, книгоиздатели промаркировали книги возрастным значком. Как бы предполагается учить детей при работе с информацией смотреть на пометку на обложке: «Смотри, тут „12+“, а тебе еще 10. Не трогай, сын, этого Жюля Верна». Маркировка не только вызвала много споров и нареканий, но и сказалась почему-то не на канале «ТВ3», а на невинных книгоиздателях и библиотекарях.

Издатели, перестраховываясь, завышают рекомендованный возраст, лепят на книги для 12-летних «16+», а библиотекари и вовсе норовят упрятать Драйзера от греха подальше

Пока родители в сети обсуждали, насколько насильственные действия совершает стража с семейством Чиполлино, и в какой маркировке нуждается Джанни Родари, дети посвятили свое время более интригующим вещам: 30% детей до 16 лет заходили на сайты, посвященные сексу, наркотикам, способам самоубийства, а каждый четвертый ребенок старше 11 лет просматривал страницы экстремистского содержания.

Любая культура не берется из воздуха, она передается сверху вниз. Культура работы с информацией тоже не возникает сама по себе только оттого, что мы живем в 2016 году. Брошенные перед компьютером дети, могут научиться вытаскивать из него вирусы и всякую любопытную ерунду, однако успешное плавание по волнам трафика требует подготовки. Эта подготовка складывается из нескольких этапов.

1. Забота о безопасности ребенка в сети

Предполагается, что вы пустили ребенка за компьютер, оборудованный антивирусом, специальным ПО. Во всяком случае, там не всплывают окошки с мигающими приглашениями в сауну. А если ребенок пытается ввести в поисковик слово «модельки», имея в виду самолеты, ему не выползут все эскорт-агентства вашего города.

Этот пункт также означает, что вы время от времени обращаете внимание, где серфит ребенок. А сам он в курсе, кто такие педофилы и почему они могут представляться десятилетней Маришкой с бантиками. Он знает, что переходить по ссылкам из спам-рассылки — не самая лучшая идея.

Ребенок делится своими паролями только с родителями, а не с прикольными ребятами, с которыми вчера познакомился в чате. У вас есть четкие договоренности насчет выкладывания личной информации в интернет, а из странички в соцсетях вашего ребенка нельзя понять номера телефонов, квартиры и банковского счета отца. В некоторых школах уже проводят лекции, посвященные кибер-травле и поведению с интернет-троллями. Но пока ваш сын не начал учить вас поведению в дискуссии с кремлеботами, поговорите с ним сами. Например, о том, что все, что он скажет в сети, будет навечно выбито в «гугле». Или о том, как вести себя с кибербулли: сделать скриншот, рассказать родителями, забанить обидчика.

2. Медиаобразование

Когда человек читает художественную книгу, он понимает, что имеет дело с вымыслом. Медийные же вымыслы выдают себя за реальную картину жизни. Если у вас круглосуточно работает новостной канал, то в мире вашего ребенка круглосуточно будут падать самолеты, устраиваться демонстрации, а главы правительств станут беспрерывно собираться на переговоры. Если вы подключены к «Диалогам о рыбалке», то в мире вашего ребенка будет довольно широкое место отведено различиям нахлеста и блесны. Истерические интонации человека, который рассеивает радиоактивный пепел из ящика, ребенок воспринимает как обоснованное изложение событий.

Дети немного похожи на бабушек. Последним кажется, что если текст набит шрифтом Times New Roman, то это достаточное основание ему доверять. Первые думают, что если кто-то овладел правописанием настолько, что смог написать три абзаца, значит, он точно ерунды не скажет. А уж если дяде кто-то аплодирует в студии, то дядя молодец.

Кто-то должен рассказать вашим детям, что наложенный закадровый смех — это не синоним успеха

Медийную подготовку могут провести только родители, объяснив, а лучше показав на примерах, несколько базовых вещей. Например, что сайт, передача или статья могут быть недостоверны. Они могут искажать факты по разным причинам: интересы рекламодателей или владельцев СМИ, идеология или низкий уровень работников. А еще — для разжигания холивара, накрутки лайков и прочих прагматичных вещей. Возможно, разговор про холивары с младшешкольником вам покажется несколько преждевременным, но это точно та работа, которая не пропадет даром. Считайте, что занимаетесь формированием критического мышления. Почаще спрашивайте его: «Какие факты тут приводятся? Зачем нам это подают в такой манере? Есть ли другая точка зрения?» Можно вообще прямо указать младшему источники, которым вы доверяете. Потому что в современном мире ничто не скажет больше о дремучести человека, чем фраза «Я это в интернете читал».

Наверняка в скором времени появится какой-то предмет вроде «медиаобразования». Чем больше информации, тем сложнее критически ее воспринимать. Пусть мы и сами плаваем в «пузырях мнений», а объективная реальность у каждого своя, все равно неплохо бы объяснить всем своим членам семьи такую вещь: если в качестве аргумента журналист приводит пять восклицательных знаков, то ему не нужно верить на слово.

3. Формирование модели «на вырост»

Медиапродукция, рассчитанная на то, чтобы ее купили взрослые детям, старается намекнуть на быстрое интеллектуальное развитие. То, что рассчитано именно на детей, сделано с учетом самых невзыскательных потребностей. Например, детям младшего возраста недоступны тонкие остроты, зато они дико рады, когда кто-то падает в дерьмо лицом. Существует множество мультфильмов, наполненных скатологическими подробностями и юмористическими полетами в бездну.

Есть, конечно, люди, которые предпочитают укрыть детей толстым одеялом от всего безобразия. Они возмущаются голливудскими стандартами мультипликации, показывают только «старое советское» или вообще ничего не показывают, просто читают Библию себе тихонько при свечах.

Это, конечно, не выход.

Рано или поздно любой ребенок откроет для себя удивительный мир, который был закрыт от него фанеркой

Мир, в котором кто-то поскальзывается на банановой кожуре, летит головой в навоз, пукает и превращается в блин под асфальтоукладчиком. «Мы не должны говорить: «Если тебе нравится размазывать какашки, давай сделаем это вместе. Мы должны дать модель «на вырост», вот суть воспитания, — считает психолог и педагог Ирина Беляева. — Я уже молчу про образ взрослого».

То есть мы должны тянуть его к чему-то большему, чем то, что ему нравится, формировать определенный уровень восприятия. Вместо мультика с навозом, возьмите и почитайте ему кусочек из Рабле, расскажите про карнавальную культуру. Сводите в музей или хотя бы покажите ту анимацию, которую сами считаете шедевром. Огромный пласт мировой культуры оказывается невостребованным, потому что медиапродукции очень много.

Слишком легко занять ребенка, усадив его перед телевизором с каналом «Какая-то мельтешащая фигня идет подряд»

А дети формируют свое представление о правильном и не очень и из той мельтешащей фигни тоже.

Сегодня почему-то считается, что всякие поющие зеленые покемоны — это нормально, а зато на «Томе Сойере» стоит маркировка «12+» — значит, более младшим детям он опасен или вреден. На самом деле наоборот. Переживая в книгах тревожные моменты, ребенок лучше справляется со своими страхами, учится управлять эмоциями. Во время чтения сложной книги, человек растет. Но у него нет времени на книги, потому что еще не кончилась передача для ребят «6+».

Понятно, что допуск мы должны организовывать по мере готовности ребенка, а это довольно индивидуальная вещь. Но ясно одно: родительская цензура не должна иметь к этим цифрам на книжках отношения. Ответственность за то, как ребенок справляется с поступающей информацией, лежит на близких взрослых.