«Подай мне, Геннадий, свежих оладий»: как научиться любить и запоминать правила русского языка

«ЗапечатлЕЛ, как я ЕЛ?», «Дорогая Эмма, у меня дилемма» — вот некоторые примеры того, как просто и легко можно запоминать правила. Придумывает такие штуки Анна Беловицкая, автор блога о русском языке «Котограмота». И да, в главной роли учителей на весёлых картинках с правилами выступают коты и лев.

«Что бы такого придумать, чтобы исправлять ошибки, не обижая людей?»

Я не учитель русского языка, как многие думают, а просто педагог и любитель русского. Окончила Московский гуманитарный педагогический институт (сейчас он входит в состав Городского педагогического университета), факультет романо-германской филологии, преподаю французский и английский.

В школе я работала четыре года, и «Русский язык в котах» начала рисовать уже после того, как уволилась. Одной из причин, по которой я ушла из школы, была нехватка времени на рисование и другое творчество.

Я продолжила общаться с бывшими учениками. Естественно, многие из них пишут с ошибками — и мне хотелось их поправить, но в то же время не быть занудой.

Да и взрослые люди часто пишут с ошибками. Сейчас я уже понимаю, что это нормально, но так было не всегда

Мне хотелось найти какую-то волшебную палочку, чтобы можно было исправлять ошибки, не обижая людей. Показывать, как правильно, и помогать запоминать. Так я стала рисовать котов в картинках: это же и визуальная составляющая, и юмор можно подключить. Почему именно коты? У нас всегда дома были коты и кошки. Самая первая картинка, которую я нарисовала, была «Не ложись на бочок» (это игра слов «бАчок — бОчок»). У нас тогда была кошка, которая правда любила спать на туалетном бачке, я ей даже матрасик сделала. На картинке кошка-полицейский говорит ей: «Не ложись! Штраф». Потом я нарисовала «Куда вы едите?» — на ней кот ест сосиску в ухо. Многие пишут «едите» вместо «едете», не понимают, что это разные глаголы.

Я самоучка, просто очень люблю рисовать. Интересно сравнивать своих первых нарисованных котов и нынешних — они так изменились! Вообще, котов рисовать несложно, это такой образ, который мы рисуем с детства. И, конечно, фраза «Тренируйся на кошках» отлично к моим картинкам подошла.

«Дорогая Эмма, у меня дилемма»

Сначала я выкладывала картинки только в своём дневнике на творческом форуме. Мои подписчики там поддержали идею и просили зарисовать те или иные ошибки, так набралось около 35 картинок. Кроме дневника, я выкладывала их ещё во «ВКонтакте», и они там спокойно лежали год.

А потом кто-то — видимо, очень читаемый — увидел, перепостил, и коты разлетелись по всей сети. Просыпаюсь я спокойно утром, а мне скидывают посты на «Пикабу» и где-то ещё, а там мои коты выходят в топ, набирают тысячи лайков и перепостов во «ВКонтакте». Правда, никто не указал, откуда эти картинки и кто автор. Но тогда для меня не было целью заявить о себе, даже не все картинки были подписаны моим копирайтом. Скорее мне хотелось, чтобы побольше людей вообще узнали про них и, собственно, про правила написания. Меня аж трясло в тот день, когда осознала, что их увидели десятки, даже сотни тысяч людей. Тогда я ещё просто жила в своей коробочке и не была готова из неё выходить.

И, в общем- то, даже была рада, что все видят котов, а не меня

Уже потом поняла, что упустила момент: надо было, конечно, сразу подсуетиться. Не для того, чтобы сказать: «Здравствуйте, это я, любите все меня», — а просто потому, что люди не знали о продолжении серии с котами. У меня, например, на одну тему несколько картинок, а многие паблики давали только одну, не охватывая всё правило.

Потом пошли книги, и я уже стала писать всем, что я автор, маячить везде. Но люди и сами начали меня находить. Мне писали издательства, от многих я даже отмахивалась, потому что тогда ещё не представляла книгу именно текстом. Видела своих котов только милыми весёлыми открытками, которые можно аккуратно показать или подарить человеку, не обидев при этом.

И такие открытки напечатали в типографии в Киеве. Потом сделали и книги — такой альбом с картинками, без текста. И тетради были, и футболки с котами. Но про них мало кто знал. А потом, года три-четыре назад, мне написала редактор издательства «АСТ». Я к тому моменту уже подумывала, что хочу сделать что-то и про английский язык, у меня накопилось много всего, чем я хотела поделиться. И тут мне пишут: «А не хотите сделать английский язык в котах?» Говорю: «Именно этого я и хочу!» Мы очень хорошо сработались, сделали две серии книг: с котами («Грамотные коты»; в новых изданиях название менялось) и енотами («Еноты-полиглоты»). И про русский, и про английский. Все картинки, даже про русский язык, я рисовала заново. Более двухсот иллюстраций получилось.

В картинках, которые я делаю для «Котограмоты» (kotogramota в Instagram), тот же принцип с ассоциациями, но их пока нет ни в одной книжке. Например, «Дорогая Эмма, у меня дилемма», «МОКрые мОкасины», «Подай мне, Геннадий, свежих оладий», «В ветреНый день одну Н сдуло». Про Геннадия и Эмму мне часто пишут: «Я теперь никогда не забываю, как правильно, все время в голове эта фраза».

«Это ориентировано на меня»

Конечно, я использую свои книги на уроках английского. Помню, на одной из встреч с читателями меня как-то спросили: «На кого это ориентировано?» Я ответила: «Это ориентировано на меня». Потому что делала именно то, чего самой не хватало в работе. Просто как-то поймала себя на мысли, что каждому ученику указываю на одни и те же ошибки, объясняю одно и то же, а в учебниках этого нет. А теперь открыла книжку, пальчиком ткнула: «Вот видишь, лев в воду попал!» Всегда с картинками, с ассоциациями. И это работает.

Много отзывов приходит на книжки про русский язык, люди пишут, что коты помогают запомнить. А ещё вызывают интерес у детей. А то часто родители жалуются, что дети не хотят учиться. Всё они хотят, просто подход нужен, адекватный их потребностям. Все эти отзывы меня очень вдохновляют придумывать и рисовать дальше.

Был такой случай: на одном конкурсе, чуть ли не всероссийском, мои картинки вручали в качестве призов. Естественно, нигде не указали автора, но мне было обидно скорее не это, а то, что картинки перекрасили и половина методической ценности пропала. У меня же не просто так нет розовых пони и всех красок, все цвета продуманны, я знаю, что и как нужно выделить, чтобы это осталось в голове.

«Я считаю так: если не просили, то исправлять не надо»

Мои картинки появились как такой способ исправления, когда ты вроде бы не вмешиваешься, но и мимо ошибок пройти просто так не можешь. Вообще, я считаю так: если не просили, то исправлять не надо. Но если прям очень хочется, можно спросить: «Вам указывать на ваши ошибки?» Иногда я пишу кому-то: «Вы обратите внимание, это вот пишется так».

Всегда нужно понимать, о каких именно ошибках идет речь. Если человек просто хочет что-то объяснить или поделиться и делает это не слишком грамотно, но всем всё понятно — отлично. Но если это, например, СМИ, тут ситуация совершенно другая. Или если кто-то регулярно допускает одну и ту же ошибку, можно спросить: «А ты знаешь, что правильно вот так?» Бывает, люди говорят: «Да, я знаю, но мне так не нравится». Главное — не стыдить: так мы точно не добьемся того, что человек станет грамотным. Каждый имеет право на ошибку. Если чужие ошибки очень мешают, можно сказать человеку о своих чувствах, найти выход.

Вообще, если мы знаем что-то в одной области, то, скорее всего, не знаем чего-то в другой. Я часто замечаю, что многие образованные люди, например учёные или медики, допускают ошибки. И что? Зато они рассказывают мне то, чего я не знаю. И они же меня никак за это не стыдят.

«Перестаём учить, натаскиваем на тесты»

Причин, по которым я ушла из школы, было много. Главным стало то, что я зашла в тупик, не могла развиваться дальше. Мне не подходили окружение и принципы, которые были в школе на тот момент. А к тому, чтобы если не бороться с системой, то хотя бы не дать ей себя сломать, я не была внутренне готова. Все эти бумажки, требования. Помню, как на педсовете я услышала: «Перестаём учить, натаскиваем на тесты», — прямо вот так, потому что ЕГЭ, и «работаем на престиж школы». Тогда окончательно поняла, что мне здесь делать нечего, потому что я хочу работать на детей.

А в школе в принципе было очень мало людей, которые разделяют мои взгляды и применяют их в работе, но благодаря им, особенно завучу начальной школы, я так долго продержалась. Мои коллеги к детям относились не очень. Например, когда у нас был конкурс чтецов во время недели английского языка, в нём участвовала моя ученица, робкая и замкнутая. Но она осмелилась, выучила, вышла и рассказала. Конечно, не так блистательно, как уверенные в себе дети, и председатель мне потом сказала: «Нет, ну мы не можем всем грамоты выдавать. Вот мы дадим ей грамоту, а потом нас вынесут на городскую олимпиаду, и какой результат она покажет, что у нас будет по цифрам?» Но я же знаю, что для этой девочки это был огромный шаг, колоссальный прорыв! И я ей не дам грамоту?! Скажу, что плохо прочитала стих? Конечно, накупила всем своим и грамоты, и призы. Мне плевать на цифры, но мне не наплевать на детей. Я решила, что вне школы помогу детям больше, чем внутри неё.

Ещё один фактор — мне в принципе не подходит то, что нужно каждый день ходить в одно и то же место. Репетиторство дало важную для меня смену обстановки: разные маршруты, разные подъезды и коды на домофоне.

«В школе учат, совершенно забывая о том, кто такие дети»

Я считаю, что, во-первых, ориентировка в школе должна быть на детей. Не на какие-то придуманные стандарты и не на знания — когда нам пытаются впихнуть их как можно больше. Нужно научить этими знаниями пользоваться и добывать их. Столько всего сегодня можно найти в сети, если уметь это делать и проверять. Нужно научить детей знать свои сильные и слабые стороны, понимать, какими возможностями они обладают и как их использовать. А также, конечно, учить общаться. С другими и с собой.

Еще есть такая глобальная проблема, связанная с физиологией, — детям просто физически в школе тяжело. Сорок минут они должны сидеть в одной позе и внимать. Условия обучения не соответствуют их реальным потребностям. В основном их учат терпеть, подчиняться и переставать слушать себя.

И меня, конечно, неприятно удивляет, что в век информации, в век возможностей сорок минут урока дети переписывают правила с доски. Причём они могут даже не понимать, что там написано. В школе учат, совершенно забывая о том, кто такие дети, как они устроены, какие у них потребности и возможности. Просто какое-то потребительское отношение.

И такое же отношение к учителям — как к дешёвой рабочей силе. На их потребности тоже никто не обращает внимания

Я считаю, что, кроме других адекватных условий работы и требований, у учителя обязательно всегда должна быть психологическая поддержка, потому что выгореть можно по щелчку пальцев. Если ты хочешь вкладываться и придумываешь что-то — сгораешь моментально, потому что все мысли уходят туда, на себя мы забиваем. У нас же как: сперва думай о родине, а потом о себе.

А думать надо о человеке. О том, которым сам являешься, и о ребёнке, который внутри каждого.

За помощь в подготовке материала благодарим наших стажёров Полину Долгую и Ульяну Ненажную.