
Вопрос. Я хочу поменять крестного своей дочери. Как можно это сделать?
Ответ. Магистр богословия, священник Антоний Бондарев:
Крестные родители (или восприемники) — это те, кто берет на себя ответственность за духовное воспитание ребенка во время таинства крещения. Они произносят за младенца крещальные обеты и читают «Символ веры», а при крещении взрослого становятся свидетелями искренности его намерений.
Упоминания о восприемниках встречаются уже во II веке у Тертуллиана. Изначально их роль сводилась к подготовке человека к крещению, но с V века они стали участвовать в самом таинстве. Первоначально это касалось лишь тяжелобольных, которые физически не могли подтвердить свою веру.
Церковь видит в крестных не просто формальных участников обряда, а наставников, ответственных за религиозное и нравственное развитие крестника. Поэтому восприемником не может быть человек:
- не исповедующий христианскую веру осознанно,
- чей образ жизни противоречит церковным нормам.
К сожалению, даже самые теплые связи между кровными и крестными родителями могут разрушиться. Однако это не отменяет духовной ответственности восприемника перед крестником, ведь их связь освящена в таинстве и выходит за рамки мирских конфликтов. Невозможно отменить таинство, а в совершенном таинстве невозможно вычеркнуть участников этого священнодействия. Поэтому, отвечая на вопрос, могу категорично утверждать, что в рамках таинства поменять крестного нельзя.
Однако, если крестный не выполняет своих обязанностей по нравственному воспитанию ребенка или отпал от веры, вы можете сами взять на себя его обязанности.
У вас есть вопрос, на который вы хотите получить ответ специалиста, а не случайную выдачу поисковика? Задайте его в форме ниже, постарайтесь указать как можно больше полезной информации. Мы поговорим с экспертом и опубликуем ответ на сайте через 2-3 недели. Это анонимно — не стесняйтесь спрашивать о чём угодно. Проверить, не отвечали ли мы на подобный вопрос ранее, можно, изучив подборку самых популярных вопросов читателей «Мела».
Фото: © MaksLogvinov / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе







