«Я сама сдала на 100, и у меня 8 стобалльников». Интервью с учителем старой школы, которую не бесит ЕГЭ

А вы согласны с позицией автора?

Анастасия Широкова

25.06.2026

Елена Черкасова — учитель русского и литературы в московской школе № 2087. В этом году она подготовила по своим предметам 8 стобалльников, среди которых есть даже десятиклассница. «Мел» обсудил с Еленой любовь к ЕГЭ и сложность этой работы. А еще узнал, почему она отговаривает от экзаменов тех, кто хочет поспорить с классиками типа Толстого и Пушкина.

«Я — поклонница ЕГЭ»

И это не просто красивые слова. Я готовлю выпускников к этим экзаменам с 2005-го, сама сдаю их каждые два года и считаю, что это — мощный инструмент, который помогает детям систематизировать знания, углубиться в предмет, качественно подготовиться к проверке и, самое главное, поступить в престижный вуз.

Поэтому к ЕГЭ я отношусь положительно. И не соглашаюсь с дилетантами, считающими, что экзамены превратились в натаскивание на нужные баллы и в шаблонную работу, с которой справится любой, кто захочет и сможет выучить схемы для вопросов и подтянет теорию.

Всё это — не единственный залог успеха. Например, в моем случае самое важное — вера учеников в меня, в учителя. Мои дети доверились мне, они поверили в мой метод преподавания, откликнулись на мою любовь к филологии, сами влюбились в язык. И получили высокие результаты.

В 2026-м у меня 8 стобалльников. 4 по русскому и 4 по литературе: из них одна десятиклассница и две девочки, ставшие 200-балльницами

Сейчас они еще с нетерпением ждут результатов по английскому, и, может быть, так случится, что они станут трехсотбалльницами — держим кулачки за них.

А вообще, у нас в корпусе для 9–11-х классов всё дышит ЕГЭ и царит экзаменационная атмосфера. Но это не значит, что 100 баллов для нас самоцель. Это просто следствие нашей качественной подготовки. И не думайте, что мы занимаемся только натаскиванием, вообще нет.

Дети не заперты в ЕГЭ-клетке, мы не ограничиваемся только экзаменами. Наши ученики живут полной жизнью, и мы не сходим с ума от экзаменов, а, наоборот, понимаем, что ЕГЭ — путь падений и взлетов. Всё как завещал Толстой: ты падаешь, разбиваешь колени в кровь, но идешь дальше. Мы просто очень-очень трудоспособные и в лучшем смысле слова тщеславные. Потому что достигнет цели и получит награду только идущий и работающий.

Моя главная награда — момент, связанный с двухсотбалльницей этого года, Мариной. Она вышла из аудитории после экзамена по литературе и сказала: «Елена Михайловна, знаете, я довольна тем, что написала. Я довольна. Я такая молодец у вас — я всё сделала». Сначала мы с ней посмеялись, но потом стали волноваться: листали чаты, читали обсуждения ЕГЭ в соцсетях и думали, были ошибки в тестовой части или нет. Пока все нагнетали, мы терпели и ждали.

«Я тоже ошибаюсь и показываю детям свои бланки ответов, чтобы они меня проверили»

Вот несколько моих секретов подготовки.

Я педагог старой школы, поэтому для меня знания, умения и навыки — не пустые слова. Так что сначала мы с детьми работаем над знаниями, затем — над умением владеть ими, а на ЕГЭ они выходят уже с навыками выполнения заданий.
Из первого пункта следует второй: если ребенок получил навык сдавать ЕГЭ, он умеет грамотно пользоваться временем и распределять его между заданиями. Особенно это касается ЕГЭ по русскому и литературе: в первом требуется написать одно сочинение, а во втором — 5, из них 4 небольших и одно — полноценное сочинение-рассуждение.
Чтобы получить за развернутые ответы максимум баллов, школьник должен не только всё идеально решать, но и знать критерии оценивания этих ЕГЭ. Поэтому в начале подготовки к экзаменам мы ищем документы на сайте ФИПИ (Федерального института педагогических измерений), изучаем демоверсии, спецификации, кодификаторы, разборы нашего любимого Дощинского (составитель ЕГЭ по русскому языку) и подчеркиваем все важные пункты в критериях оценивания сочинений. Цветными карандашами — так веселее.
Как я говорила, я тоже сдаю ЕГЭ, и в этом году я написала экзамен в начале года, стала стобалльницей и показала ребятам свои сочинения, поделилась с ними впечатлениями. И это классная работа, потому что у детей есть возможность посмотреть на разные варианты написания сочинений, разобрать вместе мои ошибки, если они есть — а они бывают из-за невнимательности или невозможности, например, найти причинно-следственную связь в задании ЕГЭ по русскому № 24. Зато с ним справляются математики, у которых всё хорошо с логикой, и я прошу их объяснить всем алгоритмы выполнения этого номера или же придумываю лайфхаки для своего типа мышления.
Если я сделала ошибку, как было несколько лет назад, я показываю детям свой бланк с ответами и прошу найти место, где я просчиталась. И ребята очень ценят эту честность, в том числе благодаря ей они включаются в процесс.
Мы часто делаем работу над ошибками. С согласия выпускников прошлых лет я распечатываю их сочинения и даю детям на проверку, они выступают в роли экспертов, находят или не находят ошибки, подчеркивают хорошие моменты. Конечно, сначала я даю детям рабочие клише, чтобы на ЕГЭ они не паниковали, но потом они уходят от шаблонов, и я наслаждаюсь сочинениями своих учеников, потому что там есть такие авторские сокровища словесности и подбора выражений… Просто языковые удачи.
Бывают моменты, когда я говорю: «Ребят, мне очень интересно ваше мнение / Я не понимаю, почему здесь так». Это моя небольшая хитрость, после которой дети искренне спрашивают: «Ого, Елена Михайловна, а вы не знали? Давайте покопаемся». И мы во всём с ними доходим до самой сути, как писал Пастернак.
Если говорить о ЕГЭ по литературе, есть дети, которые признаются, что вообще не понимают поэзию, и хотят научиться ловить ее настроение и состояние лирических героев. И я перепечатываю стихотворения, прошу ребят принести цветные карандаши, чтобы выделить в стихах гласные, согласные, научиться определять размер. Они так радуются, когда у них всё получается и они наконец отличают анапест от амфибрахия. А потом мы разбираем всё глубже, погружаемся в ключевые мысли и слова, поэтому у меня все дети знают, что, например, Анна Ахматова и Сергей Есенин любили деепричастные обороты, а у кого-то мы их совсем не найдем. Это, кстати, и для ЕГЭ по русскому полезно — для заданий на синтаксис и пунктуацию особенно.
А для сочинений по литературе я советую работать с художественными деталями. Сразу скажу, что это не что-то из разряда «сколько пуговиц было на камзоле у…». Речь о литературном приеме, о деталях психологических, пейзажных, интерьерных, отображающих состояние героев и их настроение, авторскую позицию, важную для экзамена. Например, широкие туфли Обломова, его необъятный персидский халат — детали. Они говорят о широте души героя и ни в коем случае не о его лености. Или количество ступенек по пути Раскольникова к старухе-процентщице. Каждая ступень — это шанс. Шанс одуматься. Вот и думайте теперь сами, какая на самом деле глубокая работа проводится при подготовке к ЕГЭ.
Да и вообще, я убеждена в том, что невозможно стать личностью, если ты не читал Пушкина, Гоголя, Гончарова, Достоевского и Толстого. И если ты не пострадал вместе с ними и заодно не выстрадал свое.

Я бесконечно рада за своих учеников, потому что стать стобалльником ЕГЭ по русскому языку и литературе — значит прежде всего любить родное слово. Эта любовь рождает глубину мысли, развивает умение размышлять. И дети после такого способны встать за слово, познать его, прикоснуться к его тайне и… вдохновиться. Поэтому я и считаю, что 100 баллов на ЕГЭ получают те, кто смог соединить знания, вдохновение и силу воли. Когда это объединяется, ты не становишься представителем «поколения ЕГЭ», как сейчас говорят.

ЕГЭ тебя не уродует, а делает тебя личностью.

О ЕГЭ по русскому — 2026

ЕГЭ по русскому — очень сложный. Как филолог я бы сказала, что он еще и очень субъективен в оценивании, как и литература. Поэтому я учу детей «подстраховывать» экспертов. Я всегда говорю, что у нас есть декабрьское сочинение — для свободы творчества и для высказывания своего мнения и растекания мыслью по древу. На ЕГЭ у нас нет такой возможности, потому что нужно писать всё четко, ясно и по делу. Но хорошо. Со знанием.

Поэтому за 10–11-й классы у меня есть возможность напитать душу ребенка литературой, и это для меня как бальзам на душу — когда я читаю сочинение по русскому и вдруг вижу литературный аргумент. Значит, у ребенка уже есть знания и фундамент внутри, что очень важно.

Правда, в этом году были ситуации, когда детям казалось, что тексты не соответствуют указанной в задании для сочинения проблеме, поэтому им было трудно написать рассуждение. Но как проверяющий эксперт скажу, что лично у меня в 2026-м не было работ, где я бы обнулила баллы за авторскую позицию и ее понимание. Всё равно все смогли сформулировать ее.

У нас, у экспертов, нет шаблона, и, мне кажется, среди коллег нет тех, кто не способен понять ученика и его ход мыслей, поэтому авторская позиция не обнулялась. Пусть она у кого-то была сформулирована философски — и это шикарно. Кто-то сделал это с речевыми и грамматическими ошибками, но был понят — и это главное. Конечно, в этом году на ЕГЭ тексты были сложные, но они философские и очень интересные. Их нужно было просто внимательно прочитать. И я своих детей учу перечитывать, подчеркивать слова и те самые детали, которые подсказывают нам позицию автора.

Проблема скорее была связана с умением найти свой аргумент — с этого года для своего тезиса нельзя использовать зеркальный аргумент. То есть он не должен быть похож на тот, который писатель использовал в тексте. Ребята, к сожалению, зеркалили. И очень жаль было обнулять их аргументы.

А о том, что лучше не спорить с позицией автора — да, лучше так не делать. Я даже ребятам, сдающим литературу, говорю, что, если они хотят подискутировать с Пушкиным, Достоевским и другими писателями, не предлагающими ничего крамольного, им лучше ЕГЭ не сдавать.

Я даже одной стобалльнице написала под сочинением однажды: «Саша, может быть, лучше не сдавать литературу?»

И она записала мне кружочек в Telegram, когда узнала свои баллы, показав мне это сочинение и посмеявшись.

Мы так учимся, что в конце концов дети перестают спорить. И это не плохо. Знаете, когда-то в вузе профессор сказала мне, что, если слово Достоевского вошло в человека, оно, помимо нашей воли, начинает метаморфозы и духовные изменения. И я тоже в это свято верю.

«Радуюсь не за себя, а за своих учеников»

Когда я узнала о результатах своих детей, прыгала от счастья и рыдала вместе с ними. Они были на консультации по английскому в школе, и я услышала этот крик счастья — на всю школу. Я добежала до ребят и столько всего испытала — это состояние, когда ты рад не за себя, а за своих детей.

Сопричастность их становлению — великое счастье.

Какие мои планы? У меня в следующем году 11-й класс, и у меня замечательные дети, поэтому очень хочу, чтобы мои ребята тоже были успешными, но чтобы для них ЕГЭ не становился стрессовой ситуацией. Хочется, чтобы для них это всё просто стало шагом вверх, прочной ступенькой к их будущей жизни, потому что всё-таки ЕГЭ — это поступление в вуз. И хотелось бы, чтобы нам покорились все ведущие университеты России.