Жизнь на Венере, сериал «Чернобыль» и лекции по артхаусу: как в ТюмГУ перестроили систему высшего образования

С 2015 года в Тюменском государственном университете проводится эксперимент по внедрению системы индивидуальных образовательных траекторий: студенты сами выбирают курсы, которые хотят изучать в следующем семестре — от «Экономики семейных отношений» до «Химической криминалистики» и основ продвижения в Instagram. О том, как это работает и для чего нужно, «Мелу» рассказал заместитель директора Института биологии по научной работе ТюмГУ Дмитрий Кыров.
Кто это придумал?
В течение 2015 года около 100 преподавателей из нашего университета проводили регулярные стратегические сессии, обсуждая варианты того, как можно изменить весь университет и сделать его более современным. Развитие индивидуальных траекторий сразу стало одним из главных направлений, которое мы разрабатывали, потому что понимали: каждый абитуриент, поступив в университет, должен иметь возможность выстраивать собственный вектор развития, выбирать предметы и проявлять свою индивидуальность.
Как начиналось?
В 2017 году мы запустили проект ИОТ в тестовом режиме, в нем участвовало около 800 студентов. В этом году число тех, кто учится по новой системе, перевалило за 8200 (всего в ТюмГУ учится 15 200 человек). За два года мы примерно поняли, как это должно работать, а именно: на первом курсе студенты изучают общеобразовательные дисциплины («ядро»), профессиональные (мейджор) и выбирают по два дополнительных курса (элективы). «Ядру» отводится примерно 4/5 всего учебного времени. Этот блок разделен на восемь курсов: «Россия и мир», «Философия», «Иностранный язык», «Управление проектами», «БЖД и физкультура», «Принципы естественно-научного познания (химия, физика, биология, экология)» и «Цифровая культура».
Таисья Погодаева, проректор университета:
«Мы понимали, что то, как устроена образовательная деятельность в университете, не отвечало ни глобальным трендам, ни ожиданиям студентов, ни запросам работодателей. Образовательные программы были полностью сконцентрированы в профильных институтах, кафедры вели бесконечную борьбу за нагрузку и наполняли учебные планы множеством курсов, в результате чего студенты перегружались, а дисциплины по общекультурным компетенциям были сведены до минимума. Нельзя было обойтись тривиальными мерами, требовались кардинальные смелые решения».
Были попытки менять содержание модулей по естественным наукам в рамках курса «Принципы естественно-научного познания». Например, мы приглашали биохимика из Казанского университета, чтобы он рассказал о том, как создаются лекарства. А в прошлом году физик читал лекции об атомной энергетике, как раз тогда все смотрели сериал «Чернобыль».
Что такое элективы?
Обязательный элемент нашей новой системы — элективы, то есть отдельные курсы по самым разным дисциплинам, от фотоискусства до астрофизики. Независимо от выбранного факультета студенты каждые полгода выбирают по два электива и сдают по ним зачеты. У обладателей хороших зачеток есть преимущество: они могут первыми выбирать самые популярные элективы (сейчас их около 600).
Электив — это разработанный преподавателем или сторонним специалистом (инженером, врачом, режиссером) курс из лекций, семинаров или лабораторных занятий, посвященный одной теме. Каждый преподаватель нашего университета может вести по два таких курса в год (дополнительно к основной нагрузке). Я преподаю биологию, и мои элективы базово тоже биологические. Но не совсем. Первый называется «Экология человека» — он о том, как работает наш организм. Мы разбираем темы, связанные со здоровьем в самом широком смысле, медициной, социальным поведением, стрессами.
Второй электив мы разработали вместе с Надеждой Федоровой — филологом. Он называется «Проблемы межпланетных коммуникаций». Тема, конечно, очень экспериментальная и сразу мало кому понятная. Но зато очень интересная. Потому что там есть и культурология, и астробиология, и много чего еще. Мы ведем его вдвоем, по очереди: я рассказываю о возможности молекулярных биологических процессов на других планетах, о том, что происходит с человеком в космосе, а Надежда объясняет теорию информации, обсуждает со студентами фильмы про инопланетян, то есть задает культурный контекст.
Список самых популярных элективов в ТюмГУ:
- Фото- и видеоискусство
- Психология общения
- Психика и мозг
- Кинотекст: от сериала к артхаусу
- Психология общения
- Основы токсикологии и химическая криминалистика
- Instagram: основы продвижения в цифровом пространстве
- Стресс в нашей жизни
- Пол и гендер
Зачем это нужно студентам?
Два года назад наш университет полностью перешел на новую систему. Все, кто к нам поступает, должны пройти базовые дисциплины. К примеру, поступает человек в Институт биологии, а ему начинают рассказывать о связи биологии и современной философии. Получается такой вау-эффект.
Студентов, которые в старших классах школы уже были погружены в современный биологический контекст, — один из тысячи. А остальные погружены в медиасреду, в научпоп. Поэтому мы пытаемся заинтересовать их наукой через актуальную повестку, рассказать о чем-то знакомом и уже потом перейти к академической программе. Чтобы лекция была не просто скучной парой, а поводом для обсуждения с однокурсниками.
В этом году я, например, начинал курс биологии в «ядре» с рассказа о том, что на Венере обнаружили жизнь. И в течение всего семестра торпедировал студентов этой темой. Вопрос происхождения жизни — очень полезный вопрос, потому что внутри него можно проследить связь физики, химии и биологии и человека. А два года назад мы активно разбирали эксперимент китайского ученого по редактированию генома эмбрионов — обсудили, какие технологии он применял, допустимо ли это с этической точки зрения.
Зачем это нужно преподавателям?
Когда мы только начинали внедрение ИОТ, была масса революционных мыслей, мы собирались придумать систему, которая полностью изменит подход к высшему образованию через несколько лет (так оно и происходит).
Коллеги меня поначалу все время спрашивали: «Какой вообще в этом смысл?» На мой взгляд, это очень важный процесс, интересный, который двигает меня вперед и развивает как преподавателя, дает возможность общаться с новыми людьми — экономистами, юристами, физиками, химиками. Но возникает вопрос про разрушение традиций, про то, что непонятно, кем студенты будут после этого — биологами или философами.
Но тем не менее у нас получилось перевернуть эту картину мира. Сначала была небольшая команда — всего четыре биолога, сейчас нас уже 10, включая заведующих. Они втянулись, почитали, увидели, что с текстами, подготовленными для электива, можно будет выйти на любую аудиторию. И они постепенно включаются в освоение новых форматов взаимодействия со студентами. Для меня же главное — это эксперимент. Я и на первом курсе (в базовых дисциплинах), и в элективах постоянно ставлю над собой эксперименты. Для меня это очень удобный формат для педагогического роста.
Татьяна Аудучинок, студентка третьего курса бакалавриата Института филологии и журналистики ТюмГУ:
Я, откровенно говоря, до сих пор не очень понимаю, зачем нам было еще раз изучать физику и химию. Мы немного изучали высшую математику, это было интересно, но в то же время непонятно. Я получила по ней зачет, все хорошо, но я очень рада, что она закончилась, потому что в моей профессии она точно не пригодится.
С другой стороны, может быть, и хорошо, что на первом курсе были все эти общеобразовательные предметы, чтобы понять, как все это работает. А уже потом нам начали внедрять профильные предметы, и с каждым годом их становится все больше и больше. Сейчас я стараюсь делать упор именно на те предметы, которые как-то связаны с журналистикой.
Из элективов на первом курсе я выбрала «Экологию человека» и «Власть рекламы, искусства и связей с общественностью», в первом семестре второго курса — «Интернет-продвижение проектов» и «Основы копирайтинга», а весной — «Экономику семейных отношений» и «Гармонию межличностных отношений» — именно с этого электива у меня появился интерес к изучению психологии. Поэтому на третьем курсе я записалась на несколько элективов по психологии: «Основы общей психологии» и «Конфликтология».
Еще были элективы, связанные с журналисткой, например «Четкая дикция и уверенная речь» и «Новости на телевидении». Несмотря на то что мой профиль — это тексты, мне всегда было интересно, как работает телевидение, потому что в детстве я хотела работать ведущей новостей. Весной у меня будет электив про русский язык и критическое мышление.
Если бы меня попросили выбрать между классической и экспериментальной системой, я бы выбрала экспериментальную. Потому что три месяца потерпеть физику и химию — никаких проблем, это не одиннадцать лет в школе. Но зато здесь есть возможность выбрать именно то, что интересно тебе. Либо выбрать какой-нибудь предмет, о котором ты ничего не знаешь, и он тебе понравится. И со временем начнешь его изучать более глубоко — у меня так произошло с психологией. Эта направленность на интересы студентов — очень большой плюс.
Благодарим за помощь в подготовке материала начальника управления индивидуальных образовательных траекторий ТюмГУ Надежду Фёдорову и менеджера Проектного офиса ТюмГУ Марию Косицыну.
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть












