«То, как учили нас, возможно, уже не работает на современных детях»
Лучший директор США Эрик Шенингер — о главном конфликте в образовании и современных технологиях

В преддверии международной конференции #EdCrunch-2017 Диляра Шарипова поговорила с экспертом Международного центра лидерства в образовании (США) Эриком Шенингером. Он рассказал, что нужно делать, чтобы в школе было комфортно и интересно всем (не без помощи современных технологий).
Наша школа прекрасно справляется с обучением взрослых, но не детей. И это главная проблема современного образования. До этого мы самозабвенно готовили детей к миру, который больше не существует. Дети просто не понимали, зачем им учить то, что они учат, и как это поможет им в будущем. По сути, всё, что мы делали раньше, было только ради того, чтобы дети ходили в школу. И всё.
Наша школа в Нью-Джерси (New Milford High School) стала одной из самых первых в штатах, где детям разрешили приносить на уроки свои гаджеты, а преподавателей учили, как использовать современные технологии в обучении. Мы изменили интерьер классов и закупились специальным конструктором Snap Circuits. Секрет нашего успеха не был на самом деле таким уж большим: у вас могут быть все технологии мира, но если структура занятий не будет меняться, ничего не изменится.

Но современные технологии — это лишь небольшая часть, которая может сделать обучение интереснее. Очень важно, чтобы дети могли на практике (за пределами школы) применить полученные знания. Дети любопытные: они быстро впитывают информацию, хотят общаться, сотрудничать.
Эрик Шенингер с 2004 по 2014 год возглавлял школу New Milford в Нью-Джерси и стал лауреатом американской премии «Лучший директор». Школа стала одной из первых в штатах, в которой стали использовать в обучении современные технологии.
Когда у детей есть право выбора, они видят смысл в том, что они изучают и зачем они это делают. В общем-то, взрослые хотят того же самого. Поняв ценность того, что мы изучаем, и как это пригодится нам в будущем, мы получим ключ к успеху. И совсем не важно, в Америке мы или в России. Нам всем важно, как школьные знания помогут нам стать лучше: стать успешным человеком, надёжным мужем, заботливой женой. Да даже просто начать делать лучше то, что мы делаем.
У каждого ребёнка есть потенциал. И задача учителя — раскрыть его, развить талант ребёнка. Я бы хотел, чтобы у моих собственных детей был такой учитель, который бы смог не только донести до них, что учёба — да, это не легко, но при этом объяснить, как преодолеть все трудности. Одно из главных качеств учителя, на мой взгляд, — быть чутким, сопереживать, понимать чувства тех, с кем работаешь, не важно, школьник это, студент или взрослый человек.
Нужно понимать, что то, как учили нас, возможно, уже не работает на современных детях
Сегодня преподаватели должны брать на себя риск, не бояться нового и понимать, что мир, к которому мы сейчас готовим детей, невероятно сильно отличается от того мира, к которому готовили нас.
Моя мечта — открыть с нуля школу, которая бы ориентировалась на желания и интересы учеников, преподавателей и вообще всего общества. Проследить, как обучение в такой школе отразится на учениках, и использовать её как пример для всего мира, благодаря которому учителя захотят пересмотреть свои взгляды на школьное образование.

Да, современные технологии могут пугать нас. Но глядя на то, что происходит в мире, как быстро он меняется, мы должны, наконец, перестать бояться выходить за рамки привычного и нешаблонно мыслить. На конференции #EdCrunch я не хочу говорить просто обо всех этих блестящих идеях, которые хорошо звучат в теории. Я хочу показать, как это выглядит на практике. Преподаватели могут научиться использовать технологии эффективно и поменять качество образования в лучшую сторону. Это и есть профессиональное развитие. Я работаю с преподавателями в Америке и за границей и всегда говорю им: «Я хочу, чтобы вы работали лучше, а не больше, и тогда вы сможете добиться результатов».
Международная конференция по новым образовательным технологиям #EdCrunch пройдёт 25–27 сентября в МИСиС и в Центре международной торговли.
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе





