«Заставь чиновника богу молиться, он и себе лоб расшибет, и детям»

Представитель РПЦ и журналист спорят, нужно ли преподавать православную культуру в школах

Обложка: Картина Василия Пукирева "Дьячок объясняет крестьянам картину Страшного Суда".

От редакции

03.12.2016

Возможное появление в школьной программе предмета «Православная культура» стало одной из самых обсуждаемых тем недели. Одна из самых развёрнутых дискуссий случилась в фейсбуке корреспондента издания «Коммерсантъ» Александра Черных. Его основным оппонентом стал представитель Синодального отдела РПЦ по образованию Роман Войтишко.

По мнению разработчиков курса «Православная культура», выпускник девятого класса обязан «знать названия семи Вселенских соборов и описывать принятые на них решения», «ориентироваться в православном календаре (месяцеслове)», «перечислять двунадесятые, переходящие и непереходящие православные праздники» а также «перечислять и описывать виды церковных звонов и колоколов». В результате у выпускника должно сформироваться «мировоззрение на основе православной духовно-нравственной традиции» и «готовность к сознательному самоограничению в потреблении жизненных благ».

На эти требования обратил внимание у себя в фейсбуке Александр Черных. В комментариях пользователи раскритиковали предложения авторов курса и выразили обеспокоенность тем, что их детей заставят учить основы православия, даже если они выросли в семье атеистов или представителей других конфессий. В дискуссию активно включился представитель Синодального отдела РПЦ по образованию Роман Войтишко.

«РПЦ сделала свой курс. Кто мешает это сделать другим?»

С 2015 года в 33 школах Москвы проходит пилотный проект по изучению «Основ духовно-нравственной культуры народов России». Родители школьников могут выбирать между двумя учебниками — «Православная культура» и «Истоки» (пособие, разработанное на основе «истоковедения»). Последний Войтишко назвал «жуткой кашей» и объяснил, что в РПЦ разработали свою программу, чтобы «создать условия для выбора»:

«Курс „Истоки“ с нашей точки зрения неприемлем, мы предложили свой вариант. Кто мешает это сделать другим? Или мы должны быть загнаны в гетто и ждать с моря погоды? Вот повторю, кто мешает создавать другие курсы? Это запрещено? Это не предусмотрено процедурой? Есть политический запрет? Нет же. И то, что мы предложили свой курс, может быть вполне стимулом для других авторов. Мы же не можем писать программы за сторонников других мировоззренческих систем».

«Вот вам выбор из откровенно православного учебника и замаскированно православного»

Александр Черных обратил внимание на то, что первоначально курс ОРКСЭ («Основы религиозных культур и светской этики») предполагалось ввести «из культурных соображений» — чтобы дети лучше понимали сюжеты картин, архитектуру: «Церкви предлагали улучшить курс МХК, но она упиралась и требовала именно отдельный предмет. Получила. И теперь говорит уже про „мировоззренческие“ курсы. А мировоззрение — это уже не культура. Мировоззрение — это дело семьи». Выбор между разными учебными программами Черных назвал иллюзорным:

«Можно сколько угодно говорить, что „будет много курсов“, „будет факультатив“ — в реальности все будет как в Москве: вот вам выбор из откровенно православного учебника и замаскированно православного. Потому что заставь чиновника богу молиться, он и себе лоб расшибет, и детям. А самое главное — все прекрасно понимают эту ситуацию, но зачем-то пытаются соблюсти приличия».

А Путин сказал «православие и Россия неразделимы»

Доказывая необходимость преподавать основы православия в школах, Войтишко цитирует закон об образовании, в котором говорится, что образование — это единый процесс воспитания и обучения, а воспитание, в свою очередь, должно создавать условия для самоопределения и социализации «на основе социокультурных, духовно-нравственных ценностей». А затем приводит слова Владимира Путина, который сказал: «На протяжении всей истории России православие играло важнейшую роль в жизни страны, поэтому православие и Россия неразделимы».

Как традиционные ценности вредят воспитанию ребёнка

Духовно-нравственные ценности, о которых говорит Войтишко, Черных называет «мифическими» и ставит под сомнение то, что эти ценности основанны именно на православной системе:

«Вы говорите это как аксиому. А на самом деле, это просто теория, которую очень легко раскритиковать. Вы дадите мне список этих „православных ценностей“ — а я на каждую приведу вам по примеру из реальной жизни, которые говорят о том, что ничего „традиционного“ в них нет», — пишет Черных. Он называет РПЦ «одной из многих религиозных организаций» и предлагает ей ограничиться воскресными школами.

«Гетто» для православных налогоплательщиков

Войтишко считает, что уроки религии в школах (обычных, а не воскресных) — это право православных налогоплательщиков:

«Люди с православным мировоззрением, платя существенные налоги в бюджет страны, имеют право на то, чтобы государство учитывало их мнение в распределении этих налогов (в том числе и в образовании). Это ведь базовый принцип свободного демократического общества. Или вы для православных предполагаете какое-то поражение в правах, загон их в свое „гетто“ (мол, сидите у себя на приходах и не высовывайтесь за рамки воскресных школ)?». Возможность воспитывать детей с учётом мировоззрения родителей должны быть, по мнению Войтишко, и у представителей других религий, и у равнодушных или атеистов — «курсов может быть много и разных».

Черных отмечает, что ущемлением прав православных налогоплательщиков мог бы быть, например, запрет на обучение в государственных школах, носить кресты, строить храмы или заниматься определенными профессиями:

«У „православных“ есть точно такие же права, как у всех граждан. Но вы хотите большего. Если „православные люди“ хотят, чтобы их деньги тратились в соответствии с их „мировоззрением“ — они могут платить церковную десятину. Они могут тратить свои деньги в соответствии со своим мировоззрением. Но государственные налоги платят все граждане — и верующие, и нет. Поэтому довольно странно, когда верующие собираются указывать, как именно тратить налоги, собранные со всех — и атеистов, например, и агностиков, и мусульман, и язычников».

Журналист обратил внимание, что Войтишко называет церковные школы «гетто» и «загонами»:

«Это не гетто — это ваша зона ответственности. Если вы считаете ваши школы загоном — то зачем вы хотите превратить общие школы в такой же загон? <…> А если родители туда почему-то не ведут детей — это уже проблема не общества, а конкретной религиозной организации».

К дискуссии подключились и родители. Сразу несколько человек предложили церкви преподавать основы православия «у себя дома».

«Что вам мешает подобные занятия/факультативы проводить в стенах соборов, монастырей и т.д? Приглашайте и проводите, — предлагает Katerina Bo. — Зачем Вы посягаете на то, что по-определению должно быть секулярным и свободным от любых идеологий!».

Родителей беспокоит не только сам факт уроков православия, но и то, как они проводятся. «Ребята, пока вы доказываете, что православие — это отличная для школьников вещь, его преподают ТАК, что детей от православия ТОШНИТ! Потому что это скука и профанация, весь этот предмет. Вы — РПЦ и Минобраз — этого хотели? Чтобы детей тошнило от православия? У вас получилось!», — пишет Анастасия Кузина. В 2015 году департамент образования Москвы запустил в 33 школах пилотный проект по изучению «Основ духовно-нравственной культуры народов России», и Анастасия Кузина — мама ученицы одной из таких школ.

Выпускница частной православной школы Александра Виграйзер утверждает, что эффективность подобных курсов — обратная. «На входе есть 100 процентов православных детей, а к выпуску 95 процентов атеистов и агностиков и 5 процентов хоть немного верующих», — расскаызывает она.

29 ноября стало известно, что в российских школах может появиться предмет «Православная культура», рассчитанный на все время обучения — с 1-го по 11-й класс. Позже Ольга Васильева заявила, что этот курс направлен на доработку и будет лишь факультативным для изучения.

В конце июля Российская академия образования предложила МГПУ провести экспертизу примерного образовательного курса «Основы православной культуры». Ранее этот курс был одним из модулей «Основ религиозной культуры и светской этики» (ОРКСЭ), который можно было выбрать для изучения в четвертом и пятом классе.

В августе ректор МГПУ Игорь Реморенко заявил, что в учебную программу российских школ не будут вводить предмет «Основы православной культуры», так как на экспертизе Российской академии образования он получил негативные отзывы.