«Папа девочек — слабак и марионетка в их руках». Правила воспитания Басты с комментариями его жены Елены

Нам нравится разговаривать с мужчинами о детях — ведь даже брутальные рэперы оказываются трогательными и нежными папами. Но на этот раз мы решили дать слово обоим родителям — Василию Вакуленко, больше известному как Баста, и его жене Елене. Они воспитывают двух дочерей — Марию (9 лет) и Василису (5 лет), и только что выпустили детскую книгу о летучей мышке Бэлле, которую писали всей семьёй.

1. Я не хочу казаться детям лучше, чем я есть на самом деле. Я человек тысячи противоречий — не самый лучший на Земле. Но для меня важно быть перед ними честным, открытым, показывать себя таким, какой есть. Потому что это залог доверия. Я никогда не обманывал своих детей и не обманываю. У меня даже в песне есть: «Утром папа говорит о совести и порядке, а вечером маме рассказывает про взятки». Родители часто рисуют детям одну картину мира, а потом обманывают, лгут, изменяют друг другу. Дети всё это чувствуют. В воспитании главную роль играет личный пример, и я хочу показать дочерям, что такое преодоление. Детей возможно и уболтать, и уговорить, но в 13-15 лет они столкнутся с глобальным отрицанием, конфликтом, потерей идентичности, отсутствием взаимопонимания с окружающим миром. И если между вами нет честности и близости, вы не сможете в этот момент стать для ребёнка другом и поддержать его.

2. Детство — не самая счастливая пора моей жизни. Поэтому я должен сделать всё, чтобы мои дети были счастливы. Если бы мне предложили вернуться в детство, я бы не согласился. Нас с братом воспитывала бабушка. Любимый мною человек. Человек железной дисциплины. Когда она заходила в комнату, все затихали. Но во время моего взросления, с 7 до 15 лет, я не совсем понимал, кто я, куда идти, на какие эмоциональные маяки опереться. Мама много работала, а мне был нужен друг — просто человек, который был бы рядом, несмотря ни на что. Я с раннего возраста всё понимал: знал, как манипулировать, как обманывать, как быть удобным своим родителям, как быть милым. Поэтому я умоляю своих девочек так не делать, пытаюсь докопаться до их сути — и помочь им быть по-настоящему счастливыми.

Елена: Мне кажется, Вася — прекрасный отец, который старается даже больше, чем возможно. Не хочется ни с кем сравнивать, но я вижу, как отцы себя ведут в других семьях, и Василий делает гораздо больше «среднего».

3. Я должен до 12-13 лет вложить в их голову мысль, что они не «пупы земли». Ребёнок привязан к своему эго просто по причине рождения. Он делает это не потому, что плохой, а потому что у него нет другого опыта. Цель его существования — максимально притягивать внимание к себе. Но если это не побороть в себе, то будет и одиночество, и инфантилизм, и эгоцентризм. Сейчас много говорят о том, что мы упустили молодёжь. Но это не мы в целом, а конкретные люди! Конкретные родители упустили своих детей: ни музыка, ни кино, ни окружающий мир не могут подействовать на то, что было заложено родителями. Просто взрослым очень удобно перекладывать ответственность на других. В этом смысле мы все инфантильные. Мы — русские люди — не умеем смотреть на себя. Мы способны скорбеть обо всём вокруг, о детях, о берёзках, а к себе критически подойти не можем. Потому что исторически в России было минимально личностное участие, всегда считалось, что «мы — целое». И это большая ошибка, потому что каждый ответственен сам за себя.

4. Дети нуждаются в том, чтобы в их жизни участвовали постоянно. Они должны знать, что когда я прихожу домой, мы садимся за стол, даже если все уже поели. Лена их собирает, и мы просто садимся и сидим вместе. Они должны понимать, что есть система. Сама по себе система не несёт никакой смысловой нагрузки, но это очень важный ритуал: поцеловать перед сном, поздороваться утром. Я физически контактирую с ними, обозначаю, что я рядом. Когда я где-то далеко, обязательно выхожу на видеосвязь. Когда я долго в туре, Лена рассказывает, что папа сейчас работает. Это объяснение — важный момент, чтобы они понимали, как я участвую в их жизни. Объяснения делают это участие более осознанным.

Елена: Это человек со своим мнением во всём. Но я за долгие годы совместной жизни поняла, что «инструкцию» к детям мужчинам можно давать ненавязчиво и с любовью. Нельзя говорить: «Ты ничего не понимаешь». Мне нравится выражение: семья — это телега, где мама, папа и дети — это её колеса. И если одного колеса нет, то телега будет хромать.

5. Написать сказку — самый хитрый приём, который я придумал как родитель. В какой-то момент я понял, что моё присутствие в их жизни уменьшается. Что я слишком часто объясняю своё отсутствие работой, что я «отец, который ради детей работает круглосуточно» — в общем, вся эта бравада взрослых. Я понял, что надо что-то делать, потому что перестал чувствовать нашу близость. Я приходил домой, мы культурно здоровались — и каждый продолжал жить своей жизнью. Я такие вещи остро чувствую и переживаю. И тогда я стал сочинять сказку, чтобы снова завоевать своих дочерей. Как когда-то мои мама и дедушка рассказывали нам с братом невероятные истории. Каждый вечер ровно в восемь я приходил домой и рассказывал им новую историю про летучую мышку Беллу, необыкновенную, ни на кого не похожую. Если я был на гастролях, Лена включала им аудиозапись с моим рассказом. И так полгода! Это было очень тяжело, я ведь не писатель. Мне приходилось писать в телефоне десятки памяток с именами героев и их характеристиками. А потом мы решили сделать книгу — и это стало нашим общим делом, всей семьи. Девочки принимали участие на каждом этапе — это нас очень сблизило.

6. Я снимаю перед женщинами шляпу — у них адский труд. Я часто вижу, как Лена устаёт физически. Я несколько раз оставался один с девочками — и это очень тяжело! Я-то хитрый, я папа-праздник. Мама в этом смысле мне проигрывает, потому что берёт на себя тяжёлую ежедневную рутину. Она следит за всем — от питания до школы. Я же про погулять, сходить в ресторан, купить подарок. Но я стараюсь объяснять дочерям, что мама делает тяжёлую работу, чтобы у нас всё было. Что она прикладывает очень много усилий.

Елена: Многие мамы, уставшие после целого дня с детьми, говорят отцам: ну-ка иди к детям. Это какой-то советский подход. Мне хочется, чтобы муж общался с детьми с лёгкостью и радостью. Чтобы это не было обязанностью, которая не нравится. Поэтому всегда можно придумать приятное совместное времяпрепровождение. Конечно, мне бы хотелось, чтобы разделение в нашей семье было равноправным. Но ведь тогда и мне придётся взять на себя часть обязанностей, за которые сейчас отвечает муж. Да я и не сторонник того, чтобы подрезать крылья человеку — если он взлетает, тянуть его к земле нечестно. Представляете, если бы я ему сказала: «А давай ты всё бросишь и сядешь дома с детьми!». Он бы не написал столько отличных песен. Тем более, что у Васи отлично получается быть папой-праздником.

7. Папа двух девочек — слабак и марионетка в их руках. Я вот заходил проверять ночью, как они спят — и заметил, как моя старшая дочь выросла. Нашёл фотографию, как мы с ней спим вместе одинаково — руки за голову… Меня это ужасно трогает. Если моя дочка болеет, меня это мучает. Я не могу выносить их плач вообще. Я, человек со сложной внутренней организацией, эмоционально всё это переживаю. Я по жизни человек, который должен всё контролировать, но иногда сложно отстаивать поставленные мной же задачи в воспитании дочерей. Они это понимают — знают, что ради них я готов быть слабым. Я никогда на них не кричу. Бывает, правда, повышаю громкость. Они ведь постоянно существуют в одном звуковом фоне, поэтому иногда просто не слышат меня, и тогда приходится добавлять немного громкости. Стоит мне чуть громче заговорить — и сразу все прижимают ушки.

Елена: Фраза «я расскажу папе» у нас дома работает. Он может разозлиться, выдать им тираду, после которой они задумаются. Он умеет как-то выкрутить ситуацию так, что она позволяет ребёнку увидеть свои поступки со стороны. Привести такой пример, что они всё поймут. При этом не унижая и не обижая их, ни в коем случае. Он авторитет для детей — так сумел себя поставить. Но, конечно, большая часть рутины проходит мимо него — папа подключается в более глобальных вопросах.

8. Есть вещи только для взрослых. Например, плохие слова. Глупо говорить детям, что мата не существует — они всё равно его услышат. Зато можно объяснить, что они пока не умеют такими словами пользоваться. Я старшей дочери так объяснил: предложил ей сесть за руль машины. «Вези меня», — говорю. И она: «Ну как я повезу, я же водить не умею». И вот тут я ей сказал, что есть такие взрослые слова — они как эта машина, которой ты не умеешь управлять. И она всё поняла. У меня часто спрашивают: «У вас есть такие грубые песни, как вы их будете объяснять детям?». Да никак не буду, потому что есть взрослая музыка и фильмы, отношения, жизнь. Я в их возрасте прекрасно понимал, где и что можно говорить, а где — нельзя. Спасибо бабушке и дедушке, которые объяснили мне простые нормы морали.

9. Я отношусь к себе с огромной иронией и транслирую это детям. Я выношу мусор, езжу в метро, ни с одним человеком в жизни не общался, как с низшим по уровню. Для меня каждый интересен и важен — меня мама так научила. Я к своей популярности отношусь как к какому-то чуду, а не плоду безумного таланта. Мы над этим все шутим дома. Василисе вообще это не нравится — даже фотографироваться. А Маша на шоу «Голос» ходила со всем классом! Ни у одной из дочерей я не замечал чувства эксклюзивности и принадлежности к миру «звёзд». Я очень много говорю с ними о достатке. О том, что они имеют и какова цена этого. Что значит социальное неравенство. О том, что деньги — это не первой важности вещь.

10. Любовь к детям — выше морали. Когда у меня родились дети, я понял, что бог точно есть. Я понял, как относится бог ко мне — так, как я отношусь к своим детям. Это для меня как человека религиозного, который постоянно ставит вопрос о присутствии бога в жизни, очень важно. Это безусловная любовь, и ничего ты не сможешь с этим сделать. Естественно, если твой ребёнок совершит преступление, он должен понести наказание, но я буду тем человеком, который всегда останется рядом, что бы ни случилось. Я встречал людей, которые отказывались от своих детей за то, что они совершили проступок… Мне жаль этих людей. Жаль. Я причинил много боли своей матери. Но она никогда меня ничем не попрекнула. Она говорила: «Делай, как чувствуешь». И её система сработала! То, чем я занимаюсь всю свою жизнь, — это исправление диссонансов. Думаю, через это я смогу прийти к пониманию своих детей и принятию их такими, какие они есть.

Елена: Недавно я прочитала книгу Януша Корчака «Правила жизни» — и она произвела на меня большое впечатление. Я поняла, что есть безусловная любовь к детям, которую невозможно в себе насильно взрастить. Ощущение, что тебе дали священный сосуд, в котором живёт отдельная личность. И ты должен осторожно охранять его, довести до взрослой жизни и передать свой опыт. Мы ведь все родом из Советского союза, где читали Спока и о личности ребёнка никто не задумывался. Очень сложно это побороть в себе — желание, чтобы дети были удобными. Особенно в рутине. Но так не бывает. Я ловлю себя на этом и пытаюсь в корне изменить своё отношение к детям. Научиться жить с ними в сегодняшнем дне, не думая о будущем, которое неизвестно, и не таская за собой груз прошлого, которого уже не изменить. И это даёт мне силы, потому что я больше не отвлекаюсь на лишнее.