Ученые Сеченовского университета предложили новую теорию развития преэклампсии через конфликт иммунных систем матери и плода
Врачи предположили, что преэклампсия становится результатом нарушения адаптации между организмами матери и плода
Специалисты Сеченовского университета впервые предложили рассматривать преэклампсию, одно из наиболее опасных осложнений беременности, как результат нейроиммунного конфликта между организмами матери и ребенка. По мнению исследователей, новая концепция может стать основой для разработки более точных методов прогнозирования, диагностики и лечения этого заболевания. Об этом со ссылкой на пресс-службу вуза сообщает ТАСС.
До сих пор преэклампсию в основном связывали с нарушениями работы плаценты, однако точные механизмы возникновения этого состояния до конца оставались не изученными. Российские ученые предложили новый взгляд на развитие болезни, в основе которого лежит взаимодействие иммунной системы женщины с белками, связанными с формированием нервной системы плода.
Исследователи считают, что ключевой период может приходиться на 22–24-ю недели беременности — время активного формирования коры головного мозга ребенка. На этом этапе некоторые белки, участвующие в развитии мозга плода, могут попадать в кровоток матери. Иммунная система женщины может воспринимать их как чужеродные структуры и запускать чрезмерную защитную реакцию.
В результате образуются иммунные комплексы, которые способны повреждать внутреннюю оболочку сосудов — эндотелий. Это приводит к развитию системных нарушений, характерных для преэклампсии, включая проблемы с сосудистой системой.
«Через призму нейроиммунного конфликта матери и плода преэклампсию еще никогда не рассматривали. Это позволит, глубже изучив особенности белков-маркеров, создать мультимодальную тест-систему для диагностики преэклампсии — универсальный инструмент прогнозирования, диагностики, стратификации рисков, системы контроля и маршрутизации беременных с комплексной оценкой нейрогенного, иммунного и сосудистого компонентов патогенеза», — пояснила аспирантка кафедры акушерства и гинекологии № 1 Сеченовского университета Иоанна Манагадзе.
По словам академика РАН, профессора кафедры акушерства и гинекологии № 1 Сеченовского университета Ираиды Сидоровой, при таком подходе преэклампсия становится результатом нарушения адаптации между двумя организмами — матери и плода. «Возникает эффект „мать против плода“, а именно против разрушающего действия полуаллогенных структур головного мозга плода, и „плод против матери“, то есть против действия ее агонистических противомозговых антител. Так что преэклампсия — это конфликт матери и плода, нарушение адаптации, ключевых законов репродукции, биологических законов жизни человека», — отметила ученая.
Авторы работы считают, что чрезмерная активация иммунной системы матери может отражаться не только на течении беременности, но и на дальнейшем развитии ребенка. По данным исследователей, у детей, чьи матери перенесли преэклампсию, может быть повышен риск ряда неврологических и психических нарушений.
Среди возможных последствий ученые называют более высокую вероятность СДВГ, РАС, ДЦП, шизофрении, тревожно-депрессивных расстройств, когнитивных нарушений и снижения интеллектуальных показателей.
Исследователи полагают, что новая модель может изменить подход к лечению заболевания — перейти от борьбы с последствиями и симптомами к воздействию на механизмы, которые запускают развитие преэклампсии.
В качестве перспективных направлений профилактики и терапии ученые рассматривают несколько подходов. Среди них — восстановление работы гематоэнцефалического барьера, который в норме защищает мозг и препятствует попаданию определенных веществ в кровоток, чтобы предотвратить проникновение белков мозга плода в организм матери.
Еще одним направлением может стать укрепление сосудистой стенки за счет воздействия на рецептор VEGFR2, участвующий в регуляции сосудистых процессов. Кроме того, ученые рассматривают возможность создания вакцины на основе антител к нейроспецифическим белкам плода. «Это настоящий вызов для современного акушерства — предстоит создать наносистему, которая будет доставлять к плаценте молекулы, способные распознать белки плода в кровотоке матери, обезвредить их и предотвратить гиперактивацию иммунной системы», — подчеркнула Манагадзе.
По мнению авторов концепции, дальнейшее изучение нейроиммунного взаимодействия матери и плода может помочь создать комплексную систему оценки рисков, которая позволит заранее выявлять женщин с высокой вероятностью развития преэклампсии и выбирать для них индивидуальную тактику наблюдения и лечения.
HenadziPechan / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
АндрейАбсолютно согласен! Надо ещё и математику убрать, а то учат детей думать и раскладывать по полочкам! И читать и грамотно общаться сейчас не в моде. Есть же нейросеть! И комментарии поможет написать! Отправлять в школу только на физкультуру, труды и ОБЗиР. А все остальные предметы платно и по желанию! Хотя и эти три предмета требуют особой подготовки, поэтому их надо тоже по желанию, а лучше вообще платно!
«Врачей жалко. А вас, тварей, нет». Честный монолог учительницы о том, что стоит за особым статусом педагогов
Виктория Ильина«Короткий ответ: никак» — пожалуй, самая спорная рекомендация статьи. Да, признание родителей не изменит прошлого, а разговор не гарантирует извинений. Но это не значит, что о пережитом нужно молчать. Между «устроить суд истории» и «закрыть тему» есть третья возможность: спокойно рассказать, что помнишь, что чувствовал и как это на тебя повлияло. Не ради мести или покаяния, а чтобы назвать пережитое своими словами и обозначить границы. Родители могут искренне не помнить — но статья лишь предполагает это, не зная обстоятельств конкретной семьи. Избирательность памяти сама по себе не доказывает ни забывчивости, ни правоты одной из сторон. Почему же защитная версия взрослых считается вероятной, а желание выросшего ребёнка высказаться объявляется попыткой «переписать детство»? Забыть старые обиды по приказу невозможно. Молчание не означает, что проблема решена. Исследования также показывают: пережитое в детстве насилие связано с повышенным риском повторения жестокого или пренебрежительного обращения со своими детьми. Поэтому очень важно не «оставить родителей в покое», а осмыслить свой опыт и не передать его дальше. Разумеется, разговор стоит подготовить и вести без оскорблений. А вот объявлять молчание универсальным способом исцеления — безответственно, важно не просто прекратить разговоры о прошлом, а именно разобраться, как не воспроизвести пережитую несправедливость уже в отношениях со своими детьми.
Родители били меня в детстве, а теперь говорят, что ничего не было. Почему они так делают?
Юрий НикольскийПолвека сохраняю вес. Утром встаю на весы. Если вес выше той отметки, что установил полвека тому назад, то в этот день пищи на четверть меньше предыдущего дня. Ем по 6 раз в день, йогурт за час до сна. Не редко толстеют в годы, когда перестают расти — здесь уменьшаются затраты, а привычка есть столько же сохраняется. Второй период после окончания учёбы — начинается спокойная жизнь. Третий период — организм стареет, то новые клетки образуются всё реже. Сейчас потребляю пищи в 3 раза меньше чем полвека тому назад. Для женщин ещё есть периоды, связанные с беременностью.
Дело не в гормонах: 10 ошибок, из-за которых вы не можете похудеть







