Российские библиотеки могут потерять 15% своих собраний из-за законодательных ограничений
Согласно совместному докладу Минцифры, книгоиздателей и торговых сетей, российские библиотеки могут лишиться значительной части своих собраний из-за законов о нежелательных организациях и иноагентах. Публичные и научные библиотеки рискуют потерять 10-15% фондов, а муниципальные — 50-70%. Об этом пишет РБК.
Под угрозой удаления оказались книги, которые:
- писались иноагентами;
- затрагивают тематику ЛГБТ (движение признано экстремистским и запрещено в России);
- содержат пропаганду чайлдфри и упоминание запрещенных веществ;
- создавались при поддержке организаций, признанных нежелательными.
Нежелательными признаны и некоторые крупные научно-образовательные организации. Например, из библиотек могут изъять труды ученых, которые работали во всемирно известных, но запрещенных теперь в России университетах.
Авторы доклада предложили сохранить в библиотеках произведения, которые имеют просветительский характер в сферах, далеких от политики. Также Минцифры призвали вывести из-под ограничений книги, которые были изданы до признания организации нежелательной. Такие меры помогут сохранить значительную часть фонда, поскольку за счет этих организаций спонсировалось издание классики русской литературы — в том числе Александра Пушкина и Михаила Лермонтова.
Сейчас произведения авторов-иноагентов могут распространяться исключительно с соответствующей маркировкой и возрастным цензом «18+». Но в докладе подчеркивается, что статус иноагента присваивается за политическую деятельность, а не за литературное творчество, которое само по себе может не содержать запрещенный контент. Кроме того, некоторые иноагенты участвовали в издании книг в качестве переводчиков, иллюстраторов или авторов предисловий. Минцифры указали на необходимость вывести из-под ограничений книги, изданные до включения иноагентов в реестр, — при условии отсутствия в них запрещенной информации.
LADO / Shutterstock
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе







