Ректор Института Пушкина: русский мат может исчезнуть, перестав быть отдельным лексическим слоем языка
Мат может перестать быть отдельным лексическим слоем русского языка из-за нецензурных слов в речи блогеров и политиков. Такое мнение высказала ректор Государственного институт русского языка им. А. С. Пушкина, ее слова приводит РБК.
Как отметила Наталья Трухановская, со временем нецензурная лексика в русском языке может перейти в категорию нейтральных ругательств, потому что мат становится менее табуированным и более распространенным. «Я не знаю, в силу каких общественно-политических или общественно-социальных причин вдруг стало можно выражаться так публично. Отсюда и пошло широкое распространение употребления этой лексики в нашем языке», — подмечает она.
Трухановская считает, что для поддержания уровня языковой культуры у людей должен быть образец правильной речи. По ее словам, во времена СССР таким примером было телевидение: «Все смотрели телевизор и понимали, как правильно надо говорить. Понятно, что нереально всем блогерам запретить употреблять обсценную лексику. Может быть, мы пойдем по пути других языков. Например, в немецком есть бранная лексика, но нет лексики ненормативной, нет такого лексического слоя, как мат».
Эксперт также отметила, что выбор лексики должен соответствовать речевой ситуации: «Если я приду на рынок и начну покупать огурцы, пользуясь словами Пушкина, наверно, я буду выглядеть очень неестественно. Но если я приду в парламент или в университет на лекцию к студентам и начну общаться в том речевом коде, в котором только что покупала огурцы на рынке, это тоже будет странно».
Трухановская предположила, что тяга публичных людей к использованию нецензурной лексики в последние годы может быть связана с остротой момента и всплеском агрессивности. «Очень хотелось бы, конечно, чтобы те люди, которые являются лидерами общественного мнения, держали себя в руках, помня о том, что это пройдет, а в языке, в сознании, к сожалению, что-то закрепится», заключила она.
Ekateryna Zubal/ Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе






