
«Мел» вместе с компанией Hasbro запускает рубрику: «История одной игры». В ней мы будем рассказывать о том, как появлялись настольные игры и какой путь преодолевает идея, пока не становится всемирно любимым развлечением. В первом выпуске — история настольной игры «Дженга»: жаркая Африка, промозглая Великобритания, Канада, США и суахили. Поехали!
Африка
История «Дженги» начинается с подарка. В далёком 1974 году семья Лесли Скотта привезла ей на 18-летие набор брусков из города Такоради. Лесли тогда как раз окончила школу в Гане, и ей нужно было как-то скоротать время с младшим братом. Они начали строить из брусков башню и назвали игру «Блоки из Такоради».
Смысл игры был прост: бруски составлялись по три штуки в ряд, пока рядов не получалось восемнадцать. Затем дети по очереди тянули за блоки до тех пор, пока башня не разваливалась. Кто нарушил покой постройки — тот и проиграл. Всё просто.
Спустя несколько лет семья Скоттов привезла ещё несколько наборов брусков и научила всех своих друзей играть в «Блоки из Такоради».

Великобритания
Лесли поступила в Оксфордский университет, чтобы стать преподавателем, но быстро разочаровалась и полностью посвятила себя предпринимательству. На протяжении следующих пяти лет она показывала игру коллегам и друзьям, пока один из них, в 1982 году не убедил её попробовать продавать игру в Великобритании.
Сначала Лесли доработала правила — теперь бруски нельзя было просто убирать в сторону, а нужно было ставить на верх башни, что, конечно, усложнило игру. Кроме того, она поменяла название. «Блоки из Такоради» казалось ей слишком длинным названием, поэтому она взяла слово из своего родного языка, суахили, и окрестила игру «Дженга» — что в переводе означает «строить».

Затем Лесли связалась с компанией Кэмпхилл, которая давала работу инвалидам, и попросила их произвести пятьсот коробок с игрой. Она отвезла их на Лондонскую выставку игрушек и попробовала продать. Дела шли не очень хорошо, поэтому Лесли решила пойти в банк и взять кредит. Банк согласился, Лесли запатентовала игру и правила и начала продавать «Дженгу» в торговых центрах. Дело было перед Рождеством, поэтому запасы распродали максимально быстро. Но этого всё равно не хватило, чтобы покрыть ссуду. Тогда Лесли попробовала выйти на американский рынок, но и это не увенчалось успехом. Банк требовал свои деньги, и Лесли пришлось продать собственный дом, чтобы удержаться на плаву.
Канада и США
В 1983 году Роберт Греблер, брат американского друга Лесли, нашёл у себя дома коробку с «Дженгой». Он попробовал поиграть, и ему она очень понравилась. Спустя год, когда его дела в бизнесе пошли плохо, он вспомнил о Лесли и предложил ей отдать ему права на игру в обмен на свою помощь в продаже «Дженги» на территории Канады и США. Затем он собрал партнёров, и они договорились о передаче прав на международное распространение игры в обмен на процент с продаж, который должен был уходить Лесли, в Великобританию.
В феврале 1985 года Роберт Греблер организовал первый в истории турнир по «Дженге» в Монреале. Турнир имел ошеломительный успех, и Греблер осознал, что без помощи крупной компании игрушек ему не обойтись. Тогда он встретился с Халом Россом, который тогда работал обычным продавцом в компании Irwin Toy. Это была крупнейшая канадская компания-производитель игрушек, можно сказать, монополист на рынке. Росса впечатлила игра, но он заявил, что с таким названием её никто не купит. Однако Лесли Скотт настояла, чтобы игра называлась именно «Дженга» и никак иначе.
Затем компания Irwin Toy подписала контракт с американской компанией Schaper Toys. Последнюю в 1986 году выкупила компания Tyco Toys, которой должны были перейти права и на «Дженгу», но тут в дело вмешался Стивен Хассенфелд, совладелец компании Hasbro. Ещё в 1985 году он посетил Канадскую выставку игрушек и впервые увидел там «Дженгу», которая принадлежала Irwin Toy. Стивен понял, что эта игра обязана выпускаться именно его компанией. Поэтому в процессе передачи прав от Irwin Toy к Schaper Toys, а затем к Tyco Toys, он перехватил права на неё. С тех пор Стивен Хассенфелд лично присматривал за тем, чтобы игру правильно продавали и ни в коем случае не меняли название.

От подарка к мировой известности
Стоит сказать, что компания Hasbro первой стала использовать ольху для производства брусков для «Дженги». В конце ХХ века ольху вообще не считали за дерево, называя «сорняком» и вырубая в массовых масштабах. Только спустя десятилетия производители открыли удивительные свойства ольхи и стали использовать её для строительства домов, мебели и, собственно, брусков «Дженги».

За три десятилетия своего существования «Дженга» превратилась из простого подарка в игру международного уровня, по которой проходят соревнования и ставятся рекорды (которые, кстати, попадают в книгу рекордов Гиннеса). Вот некоторые из них.
- Самая высокая башня — 397 сантиметров (чуть выше, чем одноэтажный дом).
- Самое быстрое строительство — 23,5 секунды от начала до полной башни.
- Самая масштабная покупка — 125 коробок с игрой были куплены за один раз в розничном магазине.
Фото: iStockphoto (Ekaterina Minaeva), giphy.com
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026








