Печорин — red flag, у Обломова — депрессия: как современные школьники воспринимают классику

О депрессии, панических атаках, выгорании и ОКР, пожалуй, знает сегодня каждый подросток. И эти знания и опыт дети переносят на литературных героев. Наш блогер, учитель и автор телеграм-канала о литературе «Хваля и умиляясь», рассказывает, как знание психологии влияет на восприятие произведений Толстого, Достоевского, Чехова и других классиков.
Ушла эпоха: школьницам больше не нравится Печорин! Помню, как зачитывалась «Героем нашего времени» и сочувствовала этому безнадежно запутавшемуся в себе человеку. А мои ученицы говорят, что Печорин — один большой red flag (то есть худший кандидат для романтических отношений). Поспорить с ними сложно.
Такие red flag'и, то есть токсичные и неэкологичные по отношению к другим действия, они видят не только в Печорине, но и в других героях школьной классики. Правда, Андрея Болконского всё еще любят — ура, они не безнадежны!
На мой вопрос о том, почему Обломов лежит на диване, ученики говорят: «А у Обломова депрессия! Ему просто надо к врачу». В ограниченности и «футлярности» Беликова видят психическое расстройство в разных вариантах: то тревожное, то паническое, то ОКР. И зачем про него читать? Странный он какой-то — ясно же, что не в себе.
Педагоги тоже подливают масла в огонь. Один очень уважаемый мной коллега, известный учитель-блогер, дает открытый урок на тему «Абьюзивные отношения в драме „Гроза“». Вроде бы звучит интересно и свежо, детям должно понравиться. Но это то, чего я никак не могу принять, какой-то перебор. Как будто голыми руками грубо прикасаются к открытой ране. Хотя, чего уж греха таить, я и сама не могу удержаться от подобных психологических интерпретаций. Не могу избежать каких-то смелых, пылких (коллеги бы, возможно, сказали «притянутых за уши») теорий. Одна из находок — Базаров и стадии принятия неизбежного авторства американского психолога Элизабет Кюблер-Росс. Смотрите: пытаясь осознать свою влюбленность к Одинцовой и неприменимость нигилизма к реальной жизни, герой проходит все стадии — отрицание, гнев, торг, депрессию и принятие. И это даже можно подтвердить текстом произведения!
А где-то с психологией преподавать школьную классику проще. Раз Достоевский выкручивает психологизм на максимум и идет в глубины человеческой души, то и мы пойдем. И ошибочность теории Раскольникова через когнитивные искажения прекрасно объясняется, ведь герой считает, что он сможет помочь миру и себе, если кого-то убьет. В тексте романа видно, что герой мыслит нелогично, с ошибками мышления и без привязки к реальности.
В общем, вроде бы и полезна психология на уроках литературы. Но как будто здесь что-то не так. Наверное, меня смущает, что вместо сочувствия и проживания жизни героев происходит называние того, что с ним происходит. А терминами и диагнозами подменяются те чувства и эмоции, которые мы испытываем, читая книгу. Хотя, может быть, и не нужно оно, это проживание? Здоровее (психически) будем.
А что думаете вы?
P. S. Кстати, сейчас главный краш русской классики, по мнению учеников, — это Разумихин! И с детьми, пожалуй, можно согласиться. Потому что он пытается выбраться из бедности (никого при этом не убивая!), развивает свои бизнес-идеи, вытягивает друга из бездны, спасает его семью. А еще он человечный, смешной и очень сильно влюблен в Дуню. Один сплошной green flag!
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Обложка: РИА Новости; Rashad Ashur / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026









