Социальный педагог: как он может помочь ребенку

Мы знаем, чем занимаются учителя. Примерно представляем себе, как работают психологи. А что делают социальные педагоги? С какими детьми работают и как им помогают? Рассказывает социальный педагог «Детской деревни SOS Кандалакша» и приемный папа Виктор Радаев.
В моей практике был такой случай: девочка попала в приемную семью в возрасте 2 лет, потому что ее родной папа отбывал наказание в местах лишения свободы. Всё это время они с отцом поддерживали связь, созванивались. Папа присылал девочке игрушки из дерева и открытки. У ребенка сформировался образ отца.
Через 10 лет папа вышел на свободу и приехал встретиться с дочкой. Она увидела совсем другого человека — не того, которого представляла. Испугалась, заперлась в туалете. А потом отец через суд решил забрать дочку. И суд принял его сторону, несмотря на то что нормальных условий для жизни ребенка у него не было и девочка хотела остаться в приемной семье. Тут мне пришлось подключаться: вместе с юристами мы обжаловали решение суда и добивались того, чтобы выслушали мнение ребенка.
Решение суда в итоге удалось отменить. Девочка осталась в привычных и комфортных для себя условиях. Сейчас она уже взрослая, и жизнь у нее сложилась хорошо. Она стала успешным человеком. Папа, к сожалению, рано умер.
Социальный педагог — специалист, который работает с детьми и подростками, имеющими сложности в социальной адаптации, воспитании, обучении. Как правило, социальные педагоги должны обладать профессиональными знаниями в смежных профессиях: социологии, возрастной психологии, правоведении.
Мы поддерживаем детей и подростков в сложной жизненной ситуации и стараемся создать благоприятные условия для их развития. А еще социальные педагоги защищают интересы и права детей (как в ситуации, описанной выше), а также помогают им в самореализации. Я и мои коллеги работаем в школах, в центрах по работе с детьми и подростками, в медицинских центрах, в ювенальных инспекциях, а также в центрах социальной адаптации.
В «Детской деревне SOS» социальный педагог прежде всего защищает права детей и помогает тем, кто оказался в трудной жизненной ситуации. Мы знаем, что нарушение привязанности и негативный опыт семейной жизни могут стать причиной поведенческих и эмоциональных расстройств. С детьми, которые столкнулись с такими ситуациями, мы работаем самыми разными способами: это и экспертный прогноз, и социальная терапия, и групповая поддержка, и игровая коррекция.
А еще мы помогаем детям с последствиями комплексной психотравмы. Детская психотравма — это негативное событие, которое ребенок воспринимает как жизненно важное. Ее формирование может быть обусловлено разными причинами и факторами, сопровождаемыми стрессами и переживаниями. Например, пожар, конфликты в семье, горе утраты родных, предательство друзей.
С приемными семьями мы работаем по запросу. Обычно я начинаю знакомство с ребенком с самых простых вопросов: «Как у тебя настроение?», «Как дела дома и в школе?». Иногда дети охотно отвечают, порой говорят шаблонными фразами, а то и просто молчат. У меня есть пластмассовые фигурки, которые я предлагаю расставить. Так мы проецируем ситуацию из жизни на игру.
Один мальчик на нашей встрече взял две фигурки и изобразил, как одна фигурка обижает другую
Так удалось вывести ребенка на разговор и узнать, что одноклассники его дразнят. И из-за этого он отказывается ходить в школу. Моя задача как социального педагога — решить ситуацию в школе: связаться с учителем, донести до нее информацию о проблеме, чтобы она наладила отношения в группе. Если у ребенка появилась психологическая травма, с этим работают психологи. Я не должен копать глубоко. Я занимаюсь внешним разрешением ситуации, а более глубокую работу проводят другие специалисты.
Я сам приемный отец — у меня трое детей, из них два подростка со сложным поведением. Иногда кажется, что прогресс очень маленький, мы двигаемся по миллиметру. Сейчас мы всё время на связи с сыном. Если взял подростка, надо всё время быть с ним на связи — пока не появится тесного контакта, остальные задачи решить невозможно. Если удастся создать такие условия, в которых ребенок будет чувствовать, что говорить правду безопасно, появятся контакт и доверие, с ним можно будет договориться. Это всё происходит постепенно, тут необходима длительная терпеливая работа.
Конечно, к нам приходят дети травмированные, которым нужно оказывать помощь и поддержку. Очень важно, чтобы ребенок видел заботу со стороны взрослого. Она может заключаться даже в мелочах: «иди поешь», «оденься теплее». Мы учим ребят жить по правилам, поощряем позитивное поведение, признаем их успехи, показываем на личном примере, что могут быть здоровые отношения в семье, где есть любовь и взаимоподдержка.
В «Детских деревнях SOS» приемные родители с теплотой и любовью заботятся о детях. Здесь у семей есть поддержка специалистов благотворительной организации «Детские деревни SOS» — психологов, педагогов, репетиторов, дефектологов.
Каждый первый ребенок из семей, которые находятся на сопровождении в программах «Детских деревень SOS», нуждается в помощи специалистов: 60% детей нуждаются в регулярных занятиях с психологом, 35% — с репетиторами, а 16% — с логопедами. Всю помощь детям мы оказываем бесплатно. Благодаря этому у них появляется возможность реализовать свои мечты. Присоединяйтесь к нам и помогайте вместе с нами!
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Фото: KonstantinChristian / Shutterstock / Fotodom
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026







