«Больно было читать о похожих историях»: мама погибшей девочки — о комментариях к своему интервью

Неделю назад на «Меле» вышло интервью с нашим блогером Милой Новиченковой, в котором она рассказала о гибели своей дочери-подростка. Этот материал вызвал большой отклик у читателей, и Мила решила поблагодарить всех, кто выразил поддержку. И ответить на критику.

Это пост благодарности всем, кто оставил свои комментарии в ответ на мою историю о гибели дочки. Комментариев было больше сотни — под текстом на сайте, в телеграм-канале «Мела» и мне напрямую в личные сообщения. В большинстве были слова поддержки, большое спасибо вам за это. Это невероятно, когда твою боль, которую большинство мам в такой ситуации прячут, опасаясь порицания, вдруг неожиданно разделяет такое количество людей.

Похожие истории

Очень больно было читать о похожих историях: «Всё было хорошо, но вдруг… Мы так ничего и не поняли». Неожиданность и непонимание произошедшего — это самое страшное, с чем остаются близкие, которые через это прошли. Из этого неведения вырастают обвинения в адрес родителей, хотя эмоциональная безопасность детей — это общая ответственность всех, через кого проходит линия жизни ребенка. И не в последнюю очередь — работающих с детьми профессионалов, перед глазами которых проходит множество детских историй — радостных и трагичных. Возвращаясь назад, я бы хотела вот о таком опыте и связанном с ним советах слышать на родительских собраниях, а не о вечных шкафчиках и отступах в тетрадях. Страшно, что только тебя в тот момент удивляет, что «с тихими из благополучных семей — как обычно»…

«Всё нормально»

Страшно было прочитать сообщение мамы, чей ребенок сейчас озвучивает нежелание жить, а школьный психолог, как и в моём случае, выдал заключение «Всё нормально». Я сама не консультирую такие случаи, передала контакты центров, где есть такой опыт.

Что ты чувствуешь?

Одна мама написала, что, посмотрев мои заметки на «Открытом сердце», вместо нашего обычного родительского «Не переживай» стала спрашивать у дочки, что она чувствует и как хочет, чтобы мама ей помогла. Итог — снятие тревоги и благодарность подростка. Понимание ребенка, что мама поддержала. Такого вопроса не было в детстве у большинства из нас. Мы привыкли его задавать немного в другом ключе — «Как ты себя чувствуешь?» в адрес тех, кто заболел. Привыкли спрашивать «Как дела?» (и получать в ответ дежурное «Нормально»). Но в обычной жизни спросить, что чувствует человек, или заметить и назвать его чувство, для нас сегодня в новинку. Это одна из тех вещей, которые я поняла, погружаясь в психологию после гибели дочки. Надо не только спрашивать о чувствах другого, но и делиться тем, что чувствуешь сам (а).

Имею право

Ну и главный вопрос, имею ли я право помогать другим родителям подростков, будучи мамой, чей ребенок погиб в результате самоубийства. На мой взгляд, имею. И вот почему.

• Я любила дочку и, действительно, делала для нее очень много. Мне нечего стыдиться и прятать этот случай несчастного стечения обстоятельств. Люблю до сих пор. Любовь сильнее смерти.
• Всё, что мне писали в комментариях под грифом «а надо было…» — всё это у нас было. Эти советы примерно везде одинаковы, я много такого читала, будучи мамой. Чтобы их правильно применять, нужен опыт и практические навыки, которого сейчас у родителей нет. Попробовав из этого многое, я на практике понимаю, что и почему пошло не так. Этот опыт бесценен. Теперь практический навык у меня есть благодаря новому образованию. Я могу и хочу этим поделиться, чтобы с другими такого не случилось.
• Сейчас все говорят про токсичность, границы, отстройку и лишь отдельные голоса начинают говорить, что человеку для счастья обязательно нужны другие люди. Разделяя тему важности границ, тем не менее, я хочу помогать строить мосты между родителями и подростками. Внешний человек с моим опытом бесценен как помощник на этом пути.

В заключение еще раз повторю цитату «Эмоции тебя не убьют, но их подавление может». Меня спросили, как после такого можно жить дальше? Можно, если вокруг есть те, кто поддерживает, разделяет твою боль, не винит и не боится с тобой говорить о той, которой уже нет. Всё это — тоже жизнь. Есть смысл ее дальше жить, если можешь хоть что-то сделать, чтобы мир стал более уютным местом для других родителей и детей. Иначе, действительно, зачем?

Фото: Ground Picture / Shutterstock / Fotodom