«Дети без интереса к жизни уже в 11 лет». Репетитор — о работе в детском доме

Большинство из нас не представляют себе, что происходит за стенами детских домов. Наш блогер Марина Суслова рассказывает, как учила сирот, с какими сложностями столкнулась и что этим детям нужно на самом деле.

Я три года была репетитором в детском доме, занималась с детьми со 2-го по 9-й класс. Дети постоянно менялись: кого-то забирали из детского дома, кто-то выпускался из школы, кто-то говорил, что подтянул все хвосты и больше не нуждается в помощи. Были постоянные ученики, с которыми я занималась по несколько месяцев, были временные — на несколько занятий. О постоянных я расскажу в других постах подробнее, сейчас хочу поговорить о тех, кто приходит ненадолго. Временные бывают двух типов:

• «У него совсем всё плохо, позанимайтесь с ним, пожалуйста». Как вы уже догадались, такого ребёнка приводят воспитатели. Раз его сумели привести, значит, он не особо бунтарь. Он отсидит занятие, возможно, даже порешает задачи и, может быть, что-то запомнит. Но ему это не так уж нужно — сам он не придет, напрягаться на занятиях не будет. Его могут загонять еще и еще, но без желания не будет прогресса. В школе он будет всё так же пассивен и два часа в неделю ничего не изменят.
• «Я не понял тему, можете мне объяснить?» Эти дети сами учатся неплохо. Пропустили или не поняли тему, не могут разобраться, но понимают, что разобраться надо. Они приходят с конкретным вопросом, быстро схватывают объяснение и уходят. Прекрасные умные дети. Возможно, вы удивитесь, но такие тоже есть в детских домах.

Был у меня девятиклассник, которого заставляли ходить достаточно долго. Впереди у него были экзамены, а он совсем не хотел заниматься. Как-то раз на мой вопрос «ну как же ты собираешься выпускаться», он ответил «да директриса всё равно договорится». После этого мы перестали встречаться. Зачем я должна тратить свои силы?

Был шестиклассник с потухшими глазами, его интересовали только компьютерные игры (в детском доме — один компьютер на всю группу). Его тоже заставляли заниматься долго, я пыталась заинтересовать парня программированием, он вроде как увлекся, но в итоге все занятия бросил. Потерянные дети, дети без интереса к жизни уже в 11 лет.

Дети, привыкшие, что за них всё сделают. Дети, не знающие, что может быть другая, лучшая, жизнь

К сожалению таких в детдоме большинство. Хотя и среди «домашних» детей, с которыми я занималась, таких было достаточно. Меня часто спрашивают, отличаются ли детдомовские дети. Я считаю, что нет. Еще спрашивают, не трудно ли мне заниматься с «несчастными сиротками». Для человека, ни разу не бывавшего в детдоме, он выглядит примерно так: ты заходишь, к тебе несется толпа детей с щенячьими глазами, которые кричат «мама» и «забери меня». Они выглядят как тот мальчик из песни «одиноко без тебя, одиноко», понятно, что оттолкнуть и пройти мимо них совершенно невозможно. Но в реальности всё не так.

Ни один человек не может страдать вечно, психика просто не справится. Детская — тем более. Да, у этих ребят были трудные времена, но сейчас они приняли новые условия существования. Так что если ты пришел в обычный детдом к обычным детям, ты и увидишь там обычных детей. Они будут заняты своими делами, в лучшем случае — поздороваются. Они будут смеяться и шутить по укромным уголкам, жаловаться на злую училку или на то, что им не разрешают хранить в детдоме кетчуп.

Никто не будет бросаться к тебе с криками «мама». Один 13-летний мальчик, правда, разок предложил его усыновить. Без тоски в глазах, а с посылом: «да, было бы здорово». Я отшутилась, сказав «зачем мне еще один балбес дома, мне мужа хватает». Мы посмеялись вместе. Никаких обид или печали.

Дети не глупые: они понимают, что люди просто так не усыновляют детей

И еще — этим детям не нужна ваша жалость. Чего-чего, а жалости они получают слишком много, только её они и видят. Быстро в итоге привыкают к мысли, что они в какой-то уникальной ситуации и все им должны. Кто-то приезжает и красит детишкам забор, другие один раз приедут, поразвлекают и больше не появляются, третьи дарят то игрушки, то технику. И все эти люди детишек жалеют. Правда, жалости этой хватает ровно на 18-ть лет, пока ребенок не вырастет, не повзрослеет.

А как он должен взрослеть? Вот так внезапно взять на себя ответственность за свою жизнь, осознать, что тебя больше никто не жалеет и 10 подарков на новый год не будет, не будет даже одного. Вот и получаем ужасную статистику по выходцам из детдомов. Жалея их, вы делаете им только хуже.

Детям в детских домах по-настоящему не хватает возможности повзрослеть и личного пространства. Им не разрешают, например, хранить свои продукты. Можно принести и съесть сразу. Но если с чипсами так получится, то банка кетчупа за раз не уйдет, даже если поделиться со всеми. Так что ты не можешь пробовать и выбирать, какая еда тебе нравится больше. Хотя, казалось бы, это какая-то элементарная вещь. Куда-то сходить после школы тоже нельзя, даже просто погулять с одноклассниками. В том детдоме, в который я ходила, детям гулять разрешали, но воспитатели брали ответственность на себя: если с ребенком что-то случится, виноваты будут они. Дети гуляли и калитка была не заперта. Но всё равно ограничений по перемещению у них намного больше, чем у домашнего ребенка.

Кроме личных вещей у людей еще есть личные отношения со взрослыми. Значимый взрослый вникает в твои проблемы, помогает их решить, направляет и контролирует. Задает границы дозволенного, расширяет границы по мере твоего взросления. В детдоме есть только замученный бюрократией воспитатель — один на всех. Он вникает в проблемы и старается, но не может справиться со всеми делами и вникнуть во все мелочи.

Ни один театр, ни одна экскурсия не дадут детям личного внимания от взрослых. Очень часто я видела, что дети дружат с охранником — это человек, который не особо занят, и с ним всегда можно зайти поболтать, он не прогонит. Они цепляются к любому взрослому, который готов делиться с ними жизненным опытом и просто разговаривать о всяких мелочах. Кто знает, может быть охранник внесет наибольший вклад в развитие личности и самостоятельности некоторых детей.

Иллюстрация: Alphavector / Shutterstock / Fotodom