Не знала, кем стать, и пошла в авиацию. История выпускницы, которая работает бортпроводницей

Бесплатные перелеты, красивая одежда и макияж и не такие уж сложные обязанности (ну подумаешь — бутерброды раздать) — в обществе есть стереотипное представление о работе бортпроводников. На деле же это тяжелый труд. О решении отучиться на бортпроводника и сложностях своей работы нашему блогеру Галине рассказала Ирина Лейманова.
Я никогда не мечтала быть бортпроводницей. Вообще не знала, кем хочу и быть и чем заниматься. Мы как-то с подружками в 11-м классе начали болтать про авиацию, и я решила почитать, как работают бортпроводники, где этому учатся. Я несколько дней смотрела видео, листала статьи, погружалась в эту сферу и в итоге решила — это моё
После школы пошла учиться: обучение длится, как правило, 1,5-2 месяца. Учиться можно в «школе бортпроводников» — здесь ты можешь заплатить, получить диплом, а потом самостоятельно искать работу. А еще можно сразу обратиться в авиакомпанию и заключить контракт: компания оплатит твою учебу, но после ты должен отработать определенный срок без права на увольнение. В моем случае — 2,5 года. Это как целевое обучение в вузе.
Учеба мне давалась нелегко. Пары каждый день с 9 утра до 6 часов вечера. Информации очень много. Мы обычно пару дней проходили теорию, на третий — сдавали экзамен. То есть учиться надо беспрерывно — отсидел пары, приехал домой, заучиваешь то, что прошли сегодня, потом спишь, просыпаешься и снова на учебу. Сил в это время не хватает вообще ни на что.
После прохождения обучения надо сдать итоговый экзамен по билетам, а через два дня — еще один, уже в Росавиации (он нужен для получения свидетельства бортпроводника). Кстати, на втором экзамене задания были гораздо проще — похоже на сдачу теории в автошколе.
Еще месяц ты просто ждешь, пока сделают свидетельство и другие документы, работать без которых ты не имеешь права. Я сдала экзамен 15 сентября, а полетела только 11 октября. Первый месяц мы летаем в статусе «бортпроводник-стажер»
Четкого графика вроде «с понедельника по пятницу работаю, а в субботу и воскресенье отдыхаю» у нас нет. Авиакомпания распределяет рейсы в зависимости от твоих часов в воздухе. Никто нас не спрашивает, когда и куда мы хотим полететь. Тебе могут поставить какой-то рейс, откуда-то снять. К примеру, я могу сегодня полететь в дневной рейс до обеда, а завтра — уже в ночной.
В месяц нам нельзя летать больше 90 часов. Если выходишь за эти рамки, это называется «переналет», считается нарушением правил Росавиации. Если будешь летать больше 90 часов, тебя могут лишить свидетельства. За сутки разрешено производить четыре взлета и посадки. Например, из Москвы мы вылетаем в Волгоград, прилетаем обратно в Москву, потом вылетаем в Чебоксары, например, и возвращаемся в Москву. Это называется «четверки». В день можем летать до 12 часов. Если больше — снова «переналет».
Конечно, работа эта не очень простая. И на здоровье отражается — у меня болит спина, например, потому что таскаю тяжелые сумки, у коллег — варикоз, есть проблемы со сном. От людей тоже устаешь — иногда приходят заранее негативно настроенные, а тебе с этим работать. Мало кто читает правила перелетов заранее: пассажиры приезжают в аэропорт и начинают возмущаться, хотя на этапе покупки билетов у нас прописаны и правила перевоза багажа, и выбора места. Но некоторым хочется поскандалить. К сожалению, мамы с детьми — тоже отдельная история. С ними часто приходится решать конфликты и находить общий язык.
Но жестких случаев у меня еще не было. Часто людям на борту становится плохо — тут надо оперативно реагировать. Недавно меня напугали криком о помощи — у мужчины будто онемели конечности. Я готовилась уже делать СЛР (сердечно-легочную реанимацию), зрелище было жуткое, но в итоге все обошлось: оказалось, из-за грыжи зажало нерв в шее и получилась такая вот картина.
Но бортпроводник должен быть готов к таким и не только ситуациям. Быть жизнерадостными, спокойными, уметь разруливать конфликты — это наша работа. Еще в авиации важно быть отзывчивыми и всегда готовым помочь — какой бы у тебя плохой день не был, как бы себя не чувствовал. Улыбаться и помогать надо всегда. Но я люблю свою работу. И рада, что выбрала это направление.

Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе







