«Хорошо, когда страшно». Зачем школьникам Стивен Кинг — мнение учительницы английского

До недавнего времени считалось, что детская литература — жанр, в котором не должно быть ничего страшного и пугающего, а вот морали и умных советов лучше добавить побольше. Сейчас многое меняется. Наш блогер Дарья Андреева уверена, что ужастики — отличный способ мотивировать ребенка не только читать, но и изучать иностранные языки.
Изучение иностранного без чтения невозможно. Но как мотивировать ребенка читать на английском, если он и на русском-то отказывается это делать? В битве «смартфон — книжка» среди детей (и не только) телефоны всегда одерживают победу. Конечно, существует множество способов увлечь ребенка чтением: инсценировки, иллюстрации, видеосопровождение и прочее. Но мой опыт говорит о том, что самое главное — это увлекательное содержание. Вне зависимости от того, на каком языке читаешь.
За годы моего преподавания я обнаружила, что дети часто охотнее читают и обсуждают именно страшилки. Жанр, естественно, вызывает волнение и чувство любопытства. Даже тем школьникам, которые не любят ужастики, всегда интересно узнать, что произойдёт в конце. В качестве дополнительного бонуса — полезные жизненные уроки, которые часто в таких рассказах встречаются, плюс навык борьбы со своими страхами.
Конечно, в мои намерения не входило заваливать детей страшными вещами
Просто мы вместе поняли, что это интересный способ попробовать погрузиться в чтение, а после — обсудить всем вместе историю.
Все началось на моих частных занятиях с ученицей 8-го класса. Девочка попросила подготовить для урока что-то из сочинений Стивена Кинга, так как ей очень нравились его произведения. Я загорелась этой идеей, нашла захватывающие отрывки в оригинале, сделала упражнения. Разумеется, ученица была в восторге, а я решила принести эти разработки на урок к целой группе (правда, к ребятам постарше). Не было никаких викторин или тестов. Я просто хотела, чтобы они читали — ради удовольствия и освоения нового языка. После первого месяца периодического чтения они привыкли к стилю Кинга и наслаждались его честностью как писателя. Сработало на ура! В ход повествования были вовлечены абсолютно все. Браво мастеру (это я про Стивена, конечно)!
Кстати, про кошмары: детей, порой, не столько пугает сюжет, сколько объём книги
Подростки иногда паникуют, если вы вручаете им толстую книгу и отказываются даже начинать чтение. Многие из детей, у которых я преподавала, читали плохо. Некоторые читали только тексты в учебнике по английскому. Но когда мы начали читать Кинга, я поняла, что это мой способ сказать: «Я тебе доверяю. Я верю в тебя. Я знаю, что ты можешь это сделать».
Люди, которые любят ужастики, знают, какие сильные эмоции вызывает этот жанр. Все тело напрягается, а мозг ищет освобождения от стресса — то есть концовки. Это очень помогает ребенку дойти до финала и дочитать-таки тот толстый том, за который он взялся. А это как раз та мотивация, которая мне была нужна.
Я приносила отрывки или короткие истории самых разных жанров, которые обсуждали мои ученики. Вскоре я обнаружила, что они были наиболее вовлечены, когда мы обсуждали именно те темы, которые они встретили в страшных рассказах. Они высказывались на английском активнее, страх ошибки пропал, потому что ученики были по-настоящему увлечены историей, обсуждениями, кто там прячется в чулане или стоит наверху лестницы,.
Интересно, что в каждой страшной истории после того, как смывается налет ужаса, ребенок замечает основную суть. «Сияние» Кинга — история семьи, борющейся с зависимостью. «Франкенштейн» заставляет читателей сомневаться в истинном злодействе. «Серафина и чёрный плащ» (отличный вариант для детей начальной школы!) учит искать красоту внутри, социальной ответственности и дружбе.
Все мы когда-то были маленькими и чего-то боялись: змей, монстров, пожаров, воров, соседской собаки или темноты. Наши дети также каждый день сталкиваются со своими страхами. Они открывают аккаунты в социальных сетях и видят протесты, беспорядки и изображения людей, которых они считают монстрами. Позволить нашим ученикам бояться и дать им возможность не только встретиться лицом к лицу с этими страхами, но и открыто обсудить то, что заставляет их бояться, — это одна из самых важных вещей, которые мы можем для них сделать как учителя, помимо, конечно, практики чтения.
Я твердо верю, что страшилки служат отличным многофункциональным средством в обучении. Эти истории не только пробуждают интерес к чтению, но и заставляют детей самим задуматься о том, кто такие настоящие монстры.
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Иллюстрация: Talirina / Bibadash / shutterstock / fotodom
Популярные комментарии
ОльгаЧто значит стукачество? Я считаю так: если тебя никак это не касается, то об этом рассказать должны участники. Макисмум, что должен сделать ребенок — рассказать об этом родителям, чтобы взрослые люди уже решали надо ли доводить ситуацию до сведения школьной администрации. А если ребенка избили, унизили или регулярно оскорбляют, то он имеет полное право и даже должен рассказать об этом взрослым: учителю и родителям. Потому что дети сами не разберутся — это все миф, что они могут и должны разобраться сами. Может именно это учительница и имела в виду, когда говорила, что дети должны ей все рассказывать? А родители сделали из мухи слона?
Учительница поощряет стукачество в классе. Стоит ли запрещать ребенку доносить на других?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям







