«Взяли кредит на ремонт, а дом сгорел»: как из семей дети попадают в социальные центры

У большинства детей, которые оказываются в социальных учреждениях, есть родители. Почему же их разлучают с семьёй? Случаи бывают самые разные. В блоге фонда «Константа» рассказали две истории, которые, к счастью, закончились хорошо.
У Натальи обычная семья: она работает санитаркой в городской больнице, муж — оператор в котельной. У них двое детей. Живут не богато, но на еду хватает. Семья купила дом на материнский капитал и взяла потребительский кредит на косметический ремонт и покупку мебели. Наталья с мужем вложили в жилье все душу и деньги. Казалось, всё начало налаживаться. Но вмешались непредвиденные обстоятельства.
«В 2021 году наш дом внезапно загорелся после резкого хлопка в духовке. Позднее мы узнали, что произошла утечка газа. Дом сгорел за считаные минуты, мы не успели оттуда ничего спасти. Так мы с двумя детьми оказались на улице. Без одежды, документов, средств к существованию. И с обязанностью платить еще пять лет ежемесячный платеж по кредиту», — вспоминает Наталья.
Администрация выделила семье маневренное жилье, но чтобы туда переехать, надо снова делать ремонт и покупать мебель. Понятно, что в семье с невыплаченным кредитом денег на очередной ремонт и покупку мебели нет. На помощь пришел фонд «Константа»: НКО купила в квартиру холодильник, газовую плиту и мебель, продукты, а детям — новую одежду. Благодаря помощи неравнодушных и без того нелегкая судьба семьи стала чуточку лучше.
А ведь эта история могла закончиться хуже — по статистике министерства социальной защиты, в 2019 году 476 детей стояло на учёте в региональном банке данных. У большинства из них есть родители, которые по разным причинам не могут сами заниматься воспитанием детей.
Случаи бывают совершенно разные — пожар, утрата близкого человека, потеря работы, проблемы со здоровьем — всё то, что подрывает моральное и материальное состояние родителей, и как следствие, в перспективе может возникнуть риск попадания детей в социальные учреждения.
Другой подопечной фонда была Анна. Она работала дояркой в колхозе. От работы семье предоставляли жилье. Зимой Анна попала в больницу, муж её бросил, а дети попали в социально-реабилитационный центр, ведь их не с кем было оставить. Жизнь в центре была похожа на детский оздоровительный лагерь, но это место, конечно, не заменило детям дом.
После выздоровления Анна решила полностью поменять свою жизнь. Она принялась за ремонт ветхой квартиры, которую купила несколько лет назад на материнский капитал. Там не было ни отопления, ни нормальных полов. «Когда я вышла из больницы, решила восстановить это жилье. Фонд „Константа“ помог: оплатил ремонт печи, работу электриков, купил обои и краску. Я сама клеила и красила стены. Государство мне тоже помогло: привезли канцтовары для детей и продукты», — рассказывает Анна.
Её куратор от фонда Юлия Любишкина поделилась, что по женщине было видно, что «она любит своих детей и очень хочет их вернуть». У нее все получилось: спустя полгода работы специалистов фонда и усилий Анны ей вернули детей. Она сама вспоминает тот момент, едва сдерживая слезы: «Не описать словами, как я рада, что дети вернулись домой, что они снова со мной!»
Фонд помогает нуждающимся решать жилищно-бытовые сложности: ремонтирует аварийные печи, заменяет неисправную электропроводку, оказывает вещевую и продуктовую помощь, проводит консультации профессиональных юристов, психологов и других, необходимых для решения проблем конкретной семьи, специалистов. Помогая семьям справиться с кризисом, сотрудники НКО сохраняют семьи, дети растут с родителями.
Фонд работает с 2011 года и за эти годы помог тысячам семьям: 7192 ребенка остались в родной семье и не попали в детский дом, 94 ребенка обрели приемных родителей, 187 — вернулись из детских домов к родственникам. Поддержите фонд удобным для вас способом!
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Иллюстрация: shutterstock / Naumova Marina
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе







