5 книг, которые захочется и стоит перечитать

Есть книги, к которым хочется постоянно возвращаться. И для каждого они свои: кому-то хочется простых и лёгких историй, кому-то, наоборот, интереснее вчитываться в сложные тексты. Наш блогер Анжелика Хмелевская рассказывает о пяти книгах, которые она всё время перечитывает.
Хороша та книга, которая снова и снова будет помогать переосмысливать собственные жизненные ситуации. Возвращаясь к уже прочитанному произведению, мы можем заметить оставленные ранее без внимания смыслы и научиться лучше понимать поступки не только героев, но и окружающих нас людей. Разберем пять книг, в которых всегда можно найти что-то новое и актуальное здесь и сейчас.
1. «Консуэло» (1843 год), Жорж Санд
Классический роман французской писательницы, несмотря на обилие философских отступлений, легко воспринимается в любом возрасте. Пока юные читатели наслаждаются честной, отважной и доброй певицей Консуэло и её любовной историей, взрослые могут поразмыслить над такими непростыми темами, как истинное искусство, религия, предательство и революция. Интерес к произведению возрастает благодаря появлению некоторых исторических личностей. В их числе — композитор Йозеф Гайдн и итальянский композитор и педагог Никола Порпора. И ещё «Консуэло» показывает культуру Италии, Чехии, Австрии и Пруссии середины XVIII века.
«Растения созданы, чтобы произрастать на одном месте, люди же — чтобы двигаться и общаться друг с другом. Будь я цветком, я хотела бы расти в этом цветнике — здесь хорошо, но я женщина и не желала бы жить в келье, запертая в каменной громаде».
2. «Поющие в терновнике» (1977 год), Колин Маккалоу
Эта книга о несчастье. В полвека, описанного в саге, вошёл рассказ о трёх поколениях семьи Клири. Мы начинаем с нелегкого детства главной героини Мэгги, изучаем её общение с родителями и братьями, проходим все этапы становления личности. Вместе с ними переживаем счастье и горе, рутину и минуты спокойствия. А затем наблюдаем, как это влияет на судьбу девушки и её отношения с собственными детьми. Маккалоу все время ставит персонажей перед жестоким выбором, по правильному ли пути идут герои — решать вам.
«Каждый поёт свою песенку и уверен, что никогда мир не слышал ничего прекраснее. Неужели ты не понимаешь? Мы сами создаем для себя тернии и даже не задумываемся, чего нам это будет стоить. А потом только и остаётся терпеть и уверять себя, что мучаемся не напрасно».
3. «Унесённые ветром» (1936 год), Маргарет Митчелл
От прочтения исторического романа-эпопеи возникают весьма неоднозначные чувства. На протяжении 12-ти описанных лет Скарлетт О’Хара то влюбляет в себя читателя своей силой воли и безграничной заботой о родных, то эгоизмом и алчностью заслуживает его ненависти. Любовная драма, гражданская война и дальнейшее восстановление Юга, размышления о прислуге и ценности родного края — лишь малая часть поднятых в книге проблем, умело заправленных уместным юмором.
«И предупреждаю вас — я вовсе не так добр. Я соблазняю вас шляпками и разными безделушками и толкаю в пропасть. Постарайтесь не забывать, что я ничего не делаю без умысла и всегда рассчитываю получить что-то взамен. И всегда беру своё».
4. «Анна Каренина» (1877 год), Лев Толстой
Немалая часть аудитории знакомится с известной на весь мир историей лишь в интерпретации режиссеров, а зря! Мораль «сей басни» весьма разнообразна — с каждым прочтением вам будут открываться всё новые детали повествования, черты героев и посылы автора. Сюда органично вписываются быт и нравы столичной и провинциальной жизни, размышления о вечном и настоящем человеческом счастье. Можно сказать, что здесь нет главных и второстепенных персонажей, «плохих» и «хороших». Все они — личности со своими принципами убеждениями.
«Он старался вспоминать лучшие минуты с нею, но эти минуты были навсегда отравлены. Он помнил ее только торжествующую, свершившуюся угрозу никому не нужного, но неизгладимого раскаяния. Он перестал чувствовать боль зуба, и рыдания искривили его лицо».
5. «Блокадная книга» (1977), Даниил Гранин и Алесь Адамович
Эту книгу не просто читать, не говоря уже о том, чтобы перечитывать. Но к ней стоит возвращаться. Реальные истории обычных людей, оказавшихся в заточении почти на 900 дней — тяжелейшая документальная хроника с воспоминаниями блокадников. Дневники, написанные в то нелёгкое время, и рассказы ветеранов расскажут о грудном ребёнке, пьющем молоко лежащей рядом мертвой матери, голодной семье, которой предстоит съесть собственных домашних животных, ну и, конечно, неизвестном прохожем, помогающем встать упавшему от бессилия человеку. Читать это горько и больно, но книга стоит того, чтобы к ней возвращались.
«Он сидел в вестибюле, не топившемся, холодном. Человек этот было малограмотный, но убежденный, всем малодушным он говорил: „Да неужели мы Ленинград отдадим? Мы никогда не отдадим“. А сам затягивал пояс туже и туже, худел и худел. Принимал анализы, выполнял свои обязанности и всех ободрял: „Подождите еще немножко! Отстоят Ленинград. И все мы будем живы“. И вот однажды сотрудники пришли: что-то Соловьева не видать? А он как сидел на своем посту на табуретке, так и умер. Так и умер, крепко веря в обязательную победу, в то, что Ленинград обязательно освободят».
Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Иллюстрация: Shutterstock (telinunu)
Популярные комментарии
Сергей ГлушковО-о-о-ха-ха-ха-ха… Тщеславие, гордыня и глупость, — вот итог 11-летнего обучения в Российской школе! Разницы в науках МГУ и периферийного вуза нет, бла-бла-бла журналистика одинакова и в Москве, и в Папуа Новой Гвинеи. И дальнейшая судьба зависит от корочки диплома на 0,1℅.
«Проходной балл — 303 из 300»: итоги приемной кампании в вузах и прогноз для абитуриентов-2027
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе
Юлия ЛанговаяНекоторые общественные деятели абсолютно не разбираются в уровне сложности олимпиад, которые засчитываются за БВИ, если предлагают их комбинировать с ЕГЭ (ЕГЭ + Олимпиада). Более того они даже не представляют, как организована подготовка Олимпиадников к таким Олимпиадам. Вот поинтересовались бы, посетили сборы, в которых участвуют эти одаренные дети.
Что может измениться в правилах поступления в вузы к 2027 году и при чем здесь скандалы приемной кампании – 2026








