7 малоизвестных усадеб вокруг Москвы: едем в гости к Пришвину, Блоку, Менделееву и другим

Мы не раз писали о том, где и как путешествовать в Москве и около: рекомендовали Остафьево, Середниково, Васильевское, Кусково и Архангельское, Марфино, Быково и Большие Вяземы. Сегодня мы расскажем о менее известных, но не менее прекрасных местах.
К Пришвину в Дунино
В 1946 году Михаил Пришвин купил дом в деревне Дунино близ Звенигорода, недалеко от Москвы-реки — бывшее имение Миловидово с прилегающим к нему живописным парком. В 2020-м тут, в доме Пришвина, открылся его музей. В 1941 году в Миловидове был военный госпиталь, и после войны дом был в полуразрушенном состоянии: зияли дыры, не было окон. Зато рядом были липовая и еловая аллеи, старый яблоневый сад, а лес начинался сразу за домом. Пришвин восстановил дом и зажил жизнью писателя, путешественника и охотника; он описал окрестности Дунина во множестве очерков. После его смерти сюда стали приходить поклонники писателя, и возник музей на общественных началах.

По завещанию жены писателя дом перешел государству и по решению Министерства культуры РСФСР стал отделом Государственного литературного музея. Тут много памятных мест, связанных с текстами Пришвина: леса, которые он исходил и где знал все грибные и ягодные места, его любимые деревья и поляны. Тут можно пройтись Пришвинской тропой — вверх по течению Москвы-реки.
Музей открылся для посетителей 2 июля 2020 года. График работы: вторник — воскресенье с 11:00 до 18:00. Касса закрывается в 17:30. Сейчас посещение музея возможно только по предварительной записи: записывайтесь по телефону +7 495 695-53-08 или по почте ex@goslitmuz.ru.
К Блоку и Менделееву в Шахматово и Боблово
Шахматово и Боблово — две усадьбы в Солнечногорском районе, связанные с именами Александра Блока и Дмитрия Менделеева: они были соседями, и семейства дружили. Сегодня это Государственный мемориальный музей-заповедник Д. И. Менделеева и А. А. Блока, недалеко от деревни Тараканово. Музей-заповедник включает три усадьбы: Шахматово, Боблово и Тараканово.
Шахматово, где Александр Блок проводил каждое лето с 1881 по 1916 год, было куплено А. Н. Бекетовым — дедом поэта. Небольшое имение расположено на холмах Клинско-Дмитровской гряды; сохранились пруд и парк. Окрестности усадьбы очень живописны — долины, села, холмы и виды кругом прекрасны; понятно, отчего здесь хотелось жить. Деревянный усадебный дом в 1910 году был перестроен Блоком по собственному проекту, а в 1921 году усадьба была сожжена крестьянами.

Сегодня главный дом Шахматова восстановлен по рисунку и письмам Александра Блока, фотографиям Владимира Бекетова, родственника поэта и воспоминаниям биографа семьи Марии Бекетовой. Речки Лопасня и Сестра текут в низинах окрестных долин, и, в общем, в Шахматово стоит съездить даже ради пейзажей. В усадьбе Тараканово находится церковь Михаила Архангела, в которой венчались Александр Блок и Любовь Менделеева.

В Боблове сохранился парк времен Дмитрия Менделеева, в нем хороша вязовая аллея. Рядом — руинированные аллеи усадьбы Новое; остатки усадебного парка вполне романтичны — во всяком случае, птицы поют там, как и сто лет назад весной.

Музей-заповедник работает со вторника по воскресенье с 09:00 до 17:30; касса — с 09:00 до 17:00.
К князьям Долгоруковым в Волынщину-Полуэктово
В Рузском районе находится имение с необычным названием: Волынщина-Полуэктово. Ладно Волынщина, типичный деревенский топоним, но почему Полуэктово? Это старинное двойное название усадьбы восходит к XV веку: тогда усадьбой владел внук воеводы Боброка— боярин Полуэкт Волынский, погибший в боях с татарами. Вообразите, какая старина!

Впрочем, построек XV или хотя бы XVII века тут не сохранилось — зато основной усадебный ансамбль относится к екатерининскому позднему классицизму XVIII века. В то время князь Долгоруков, в будущем московский губернатор, получил Волынщину в приданое за Анастасией Волынской — да-да, наследницей старинного рода.

Действующего музея тут нет, и усадьба не в лучшем состоянии — зато среди остатков парка (сильно пострадавшего при затоплении Озернинского водохранилища) сохранился крайне необычный ансамбль — круглый курдонер (парадный двор) формируют классицистский дворец и четыре флигеля, расположенных сегментами. Это очень редкое решение для русской усадьбы — по такому принципу, например, выстроен королевский дворец Амалиенборг в Копенгагене. Можете представить себя Андерсеном, идущим на прием к датской королеве, а можете просто полюбоваться обелисками — такой приметой XVIII века, частой в усадьбах военных героев.
К Нарышкиным и Строгановым в Братцево
В красивейшей долине реки Сходни на северо-западе Москвы стоит усадьба Братцево — классицистский дом с элементами палладианского стиля. Ею владели Романовы, Зубовы, Хитрово, Нарышкины, Строгановы, Апраксины и Щербатовы.

Усадьба известна c XVI века: в XVII в имении построили церковь Покрова Пресвятой Богородицы и барский двор с хозяйственными постройками. Деревянный дом сгорел во время Отечественной войны 1812 года, и новое, каменное здание возвели в 1815 году, тогда же разбили парк в английском стиле с беседкой, каменным мостом и каскадом прудов. Кстати, усадьба была знаменита уникальным собранием «странных экспонатов» вроде петербургской Кунсткамеры; коллекция не сохранилась.

Последним владельцем усадьбы был директор Исторического музея князь Борис Щербатов, он добровольно передал имение советской власти.
К Эмме Банзе и Роберту Герману в Виноградово
Обычно мы отправляемся в хорошо сохранившиеся и ухоженные имения и усадьбы, ставшие музеями или санаториями. Вокруг Москвы (и во всей России) они скорее исключение из правил: тут немало старинных усадеб и построек пребывают в состоянии распада — разрушаются, если их не реставрировать и не поддерживать. Общественные организации сражаются за сохранение культурного наследия, усадьба Виноградово в районе Долгопрудной аллеи в черте современной Москвы — еще один образчик того, что должно быть сохранено.

Усадьба известна с XVII века — почти сто лет селом Дубровка на Долгом пруду владели Пушкины, в том числе упомянутый в «Борисе Годунове» Гаврила Пушкин. С тех времен в имении сохранились Долгие пруды, устроенные для разведения рыбы и других хозяйственных нужд: по прудам в 1900 году получила название платформа Долгопрудная Савёловского направления — от нее происходит название современного города Долгопрудный. В XVIII веке село купил генерал-прокурор Александр Глебов, женатый на кузине Елизаветы Петровны (он был лишен должности за взяточничество). Не знаем, на украденные или на свои, но при нем в Виноградове был выстроен каменный дом в классицистском стиле, разбит регулярный парк, построена новая церковь Владимирской Богоматери.

После Глебовых имением владели Бенкендорфы, тут бывали Державин, Карамзин, останавливался Крылов.
В 1905 году усадьбу сожгли крестьяне. После этого земля перешла Эмме Банзе и ее зятю Роберту Герману: при них появился новый деревянный усадебный дом, а на парадном дворе появилось бревенчатое здание с башенкой — дом Германа. Глава страхового общества «Якорь» не успел пожить в выстроенном им доме, в Первую мировую он отдавал усадебный дом под госпиталь для раненых.
Сегодня усадьба разрушается на глазах. Может, если вы приедете к красивейшим прудам и увидите, как покосилась башенка на доме Германа, мы сможем привлечь внимание к гибнущему памятнику русской культуры?
На обложке: Усадьба Шахматово. Фото: Wikimedia Commons / Вадим Разумов / CC BY-SA 4.0
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
Анна ТДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения








