«Это был труп русской классики, до смерти замученной на школьных уроках»
5 интересных русских книг о школе и учителях
Совсем скоро все будут собираться в школу. Учебный год начнётся не только для школьников, но и для учителей. Пока же у них есть ещё почти целый месяц, чтобы собраться с силами. Учитель словесности Анастасия Серазетдинова выбрала пять книжек российских авторов про учителей и школу. Чтобы вдохновиться к началу учебного года.
1. «Учитель Дымов» Сергея Кузнецова
Андрей Дымов — главный редактор модного журнала, однажды понимает, что хочет быть учителем, как его отец и дед. Пусть зарплаты в школе «нищенские» и «дауншифтингом» это всё нельзя назвать («надо для этого хотя бы в теплые страны уезжать»), Андрей чувствует себя абсолютным счастливчиком — ведь рядом есть умные люди, с которыми интересно жить.
«Андрей, перевозбужденный и не спавший всю ночь, увидел повешенную на толстой ветви тополя женскую фигуру. Она была закутана в белый саван, покрытый черным бисером слов, и струйки крови — или красных учительских чернил? — стекали по её голым мёртвым ногам. Это был труп русской классики, до смерти замученной на школьных уроках. <…> А ты тоже воплощение России сегодня. Когда все социальные утопии захлебнулись, ни коммунизма, ни капитализма, ни либерализма… когда Россия не знает, куда идти, ты отправляешься в провинцию, чтобы учить детей подлинным основам русской культуры. Потому что только в этом спасение».
2. «Самая высокая лестница» Юрия Яковлева
Нина Михайловна — маленькая седая учительница, обладающая невероятной смелостью. Но эта смелость нужна ей не для того, чтобы снять Верхолаза с верёвочной лестницы цирка (хотя и это она может). Нина Михайловна знает, что самое страшное в жизни ученика — сломать ему крылья. И она этого не допустит.
«Они прошли полбульвара, прежде чем Нина Михайловна заговорила:
— Я в детстве собиралась стать артисткой цирка.
Верхолаз резко повернулся к своей спутнице и выкатил на неё глаза.
— Честное слово, — сказала она, — я училась в цирковом училище. Но один раз оступилась и… упала.
Через несколько шагов она сказала:
— Вот стала учительницей. Тоже хорошая работа.
— Сломали ногу? — спросил Верхолаз.
— Нет, — учительница покачала головой, — хуже. Я стала бояться высоты.
Всё, что говорила Нина Михайловна, никак не укладывалось в голове Верхолаза. Но последние слова поразили его ещё больше. Он вдруг представил себе учительницу на узкой верёвочной лестнице, которая раскачивается под куполом цирка.
— Как же вы полезли сегодня?!
— Когда боишься за другого, забываешь о собственном страхе.
— Вы боялись, что я сломаю ногу?
Учительница внимательно посмотрела на своего ученика и покачала головой.
— Я волновалась: вдруг ты испугаешься и станешь бояться высоты».
3. «Когда отдыхают ангелы» Марины Аромштам
Маргарита Семёновна (или Марсём) — молодая учительница, которая учит детей читать не только с помощью пальцев рук, но и ног. Она уверена, что в педагогике не бывает чего-то незыблемого. В её кабинете висит портрет Януша Корчака, она внимательно смотрит на детей, а они честно в неё влюблены.
«Дети — не фарфоровые пупсики, — сказала Марсём. — Они люди. И, как люди, вызывают в нас самые разные чувства. Нам может быть с ними хорошо, а может быть — противно. Мы хотим, чтоб было интересно. В этом наша учительская корысть. Наш разумный эгоизм. Но вопросы профессионализма не связаны с любовью».
4. «Дневник директора школы» Александра Попова
Александр Евгеньевич — директор физико-математического лицея № 31 города Челябинска. Директор действующий и мощный. Он знает, как разговаривать не только с учениками, но и с учителями. Его лицей знаменит, а он — настоящий педагог. Однажды Александр Евгеньевич начал вести дневник и уже не смог остановиться.
«2 октября. В школах могут висеть портреты политиков, но в детском возрасте. В нынешнем виде они не имеют никакого отношения к образованию. Суббота».
«13 октября. Часто слышу, что дети не читают классику. А вы её запретите, изымите с полок. Главное — сами читайте втихаря. Результат не заставит долго ждать. Среда».
«7 апреля. Каждое утро, ещё до всех, беру ключи от классных комнат и иду писать на черных досках белым мелом волшебное слов „Жить!“ Четверг».
5. «Начальник» Евгения Гришковца
Владимир Лаврентьевич, или Влдимр Лаврентич — преподаватель кружка фотографии. Дети зовут его Начальником, мечтают о том, чтобы он величал их «дядями», вместе ходят в закрытый клуб любителей сложного кино и пьют чай в каморке. Владимир Лаврентьевич настоящий, честный, слегка суровый, но он любит свое дело, детей и готов делиться этой любовью.
«И первое достижение, какое у нас было в жизни — это то, что один азартный, весёлый, умный, взрослый человек называл нас «дядя». Он оказал нам доверие! Он доверил нам время своей жизни, своей надежды, свою профессию, свои представления о том, как и что… Если можно говорить об учителях… Если бы у меня спросили: «Был ли у вас учитель?» Я бы сказал: «Был».
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
АнастасияДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения
