Истории отчаянных людей: поступить в универ через 30 лет после школы
«Я получил диплом в 50 лет, чтобы закрыть гештальт»

Решиться вновь (или впервые) стать студентом, когда тебе за 50 лет — сложнее. Во-первых, попробуй вспомни школьную программу. Во-вторых, быть «возрастным» студентом тоже испытание. Элоиза Шевченко собрала истории людей, которые поступили в вуз в зрелом возрасте — ради новой работы, новых знаний и просто корочек.

Я окончил журфак в 2017-м, но поступил туда ещё в 1988 и никогда с тех пор не забирал документы. Можно сказать, я «самый долгоиграющий» студент. Могу заявку в книгу рекордов подать! С 4 курса меня отчислили — не успел сдать один зачёт. Потом дважды восстанавливался, но всё не получалось. При этом по специальности я никогда не работал: начал в банке, потом занимался документооборотом. Сейчас у меня своё предприятие —клининговые и курьерские услуги.
У меня было несколько «звоночков». Во-первых, сначала мы с моей старшей дочерью (ей 24) собирались окончить вузы вместе, но она взяла академ и ушла из своего. Говорю ей: «Как ты меня подвела!» Хотя у неё ещё лет 20 есть, чтобы меня переплюнуть. Во-вторых, мой бывший однокурсник, а теперь преподаватель журфака Григорий Прутцков, издал книгу с большим списком выпускников. Знаете, когда я эту книгу листал, дошёл до буквы С и не нашёл своей фамилии. Как-то грустно мне стало. Последней каплей стал сон, приснилось, что моя младшая дочь спрашивает: «Пап, а чего ты универ-то не окончил?!» Проснулся, пошёл в вуз и написал заявление на восстановление.

Кроме заявления, писал слезные письма декану и ректору Садовничему. Мол, не губите, сжальтесь, дайте закончить. Летом сказали: мы получили просьбу, если восстановим — сообщим. Уже осень, известий никаких, ну, думаю, всё, это конец. Пойду заберу документы и поступлю в какой-нибудь другой институт. На всякий случай звоню на журфак, а мне говорят: «Ты куда пропал? Если через пару дней не появишься, мы тебя снова отчислим». Отвечаю им: «Да что ж вы делаете!» — и побежал. Меня восстановили, но пришлось пересдать 25 предметов.
В общении с однокурсниками вообще не ощущал разницы. Прекрасные ребята! Если возникали вопросы — помогали: они всё-таки более мобильные. Какие-то предметы давались легче, какие-то сложнее. Что-то они уже изучали не один год, приходилось догонять. Прутцков, мой бывший сокурсник, так интересно лекции читал! Когда я увидел его на лекции, был в восторге. В общем, получал огромное удовольствие, в том числе и от экзаменов, но, признаюсь, чувствовал себя школяром. Когда общаешься с преподавателем в коридоре, всё нормально, а когда экзамен, я сижу по другую сторону стола от преподавателя, сразу какая-то паника. Ощущение, что вернулся в свои 20 лет. Хотя даже и от этого я получал удовольствие.
Я получил диплом, чтобы закрыть гештальт. Журфак до сих пор вызывает приятный трепет. Люблю это место и считаю его лучшим учебным заведением на земле. Вряд ли диплом и само образование мне пригодится, но это незаконченное дело, которое столько лет не давало мне покоя. Каждую весну думал о нём. Просто я с самого начала неправильно расставил приоритеты. Надо было не зарабатыванием денег заниматься, а всё-таки окончить учёбу.

Я устроился работать воспитателем в кадетском классе, поэтому и пошёл получать высшее образование. У меня есть среднее специальное (в 1993 году я окончил музыкальное училище), но после нигде не учился. Четыре года я отработал в школе, а потом поступил в государственную противопожарную службу, там и служил до самой пенсии, а потом работал культорганизатором в министерстве обороны.
Когда я устраивался в школу, директор задал мне вопрос: а если придётся, вы пойдёте получать высшее? Я говорю: «Если надо — пойду». Не стал ждать, когда меня спросят ещё раз, взял и поступил. С методикой преподавания и детской психологией у меня проблем не было. Просто время сейчас такое — положено высшее образование.

Читайте также
7 причин не спешить поступать сразу после школы. И 7 гифок, которые точно в этом убедят
За почти 30 лет знания улетучились, чтобы поступить на заочное, пришлось серьёзно заниматься. Специализацию в педе я выбрал свою же — музыку. Все однокурсники моложе меня как минимум в два раза, но я общительный, легко нахожу общий язык. Они понимают, что я уже не мальчик, уважают, я с высоты своего возраста уважаю их. Понятно, что некоторые грамотнее меня: у них всё свежее в голове, а я во многом на старых дрожжах выезжаю.
В вузе больше всего люблю хор и сольфеджио, но не все предметы даются так легко, как молодым. Работа с детьми в школе занимает много времени, приходишь домой просто без сил. Хоть и говорят, от сессии до сессии живут студенты весело, — веселья-то маловато. Есть предметы, к которым я ещё даже не прикасался. Уже надо бы, сессия скоро. Нам, например, преподают историю русской и зарубежной музыки. Я люблю историю, но не в таких же объёмах! Каждый преподаватель почему-то уверен, что его предмет самый нужный и надо дать максимум. Педагоги, кстати, делают скидку на мой возраст, но всё равно бывает сложно.
Больше всего меня поддерживает супруга. Правда, она и поддевает: «Я тебе говорила учиться вместе со мной!». Она окончила режиссёрскую академию, меня тоже туда брали туда, но я опоздал с подачей документов.

Высшее образование — это, можно сказать, инициатива моего руководства. И учусь я там же, где работаю. Больше 20 лет назад я окончила Московское медучилище № 7, много лет проработала фельдшером. А с 2010-го работаю в учебно-методическом отделе Сеченовки, занимаюсь образовательными программами. Так как наш университет участвует в проекте 5-100 (государственная программа поддержки крупнейших российских вузов — прим. ред.), руководство решило, что сотрудники, у которых среднее образование, должны получить высшее на базе своего университета. Специальность тоже за меня выбрали — «Менеджмент». Поступления в классическом понимании по сути не было. Между мной и университетом заключили договор, посмотрели оценки из диплома училища.
В нашей группе 24 человека, большинство девушки. «Возрастных» студенток три — все сотрудницы учебного управления.
Самой старшей нашей студентке 71 год. Остальные в основном младше
У нас дружный коллектив, никаких возрастных преград нет, девочки очень отзывчивые, если что, приходят на помощь.
Снова начинать учиться было сложно. Например, в училище высшую математику и философию нам вообще не преподавали. Помню, начинается лекция по высшей математике, у меня сердце упало и я подумала: «Ну всё, бесполезно, можно просто встать, сказать «спасибо, до свидания». После лекции я с подругой подошла к молодому преподавателю, она нас успокоила. Посоветовала всё внимательно записывать, а на экзамене спрашивала строго по билету. Я сдала на «удовлетворительно» — и очень довольна.
С нас требуют действительно серьёзно. Сидим за партами, во время сессии тянем билет, отвечаем. Меня очень поддерживает семья: дочь, супруг, все помогали мне готовиться. После учёбы продолжу работать в своём университете. Вообще, мне интересно учиться, узнавать что-то новое, общаться с молодёжью, сидеть за партой. Только не математика.

В университете я учу то, чем, на самом деле, занимаюсь всю жизнь. Когда-то я окончил техникум по специальности техник-электрик, но никогда им не работал. Занимался программным обеспечением, а сейчас изучаю в вузе бизнес-информатику. Я давно хотел, чтобы у меня было высшее образование. В школе был отличником, но так сложилось, что я не пошёл в 10 класс — отчасти по глупости, отчасти из-за обстоятельств. Два раза пытался получить высшее, но бросал. Это уже третья попытка.
Получить высшее я хочу по трём причинам. Во-первых, это статус. Во-вторых, это козырь в поиске работы, если вдруг что-то случится. У человека с высшим образованием больше шансов найти хорошее место. И в-третьих, новые профессиональные навыки.
Изначально я поступал в МЭСИ, там были вступительные тесты, ЕГЭ писать не пришлось. Но пока учился, МЭСИ слился с Плехановской академией. Учимся мы онлайн, в основном самостоятельно. С одногруппниками можно общаться в чатах или по почте, но особой необходимости нет. Поначалу были базовые предметы: математика, русский, физкультура. Интересно стало, когда пошли прикладные предметы, где рассказывается о том, с чем реально сталкиваешься в работе. Мне нравятся предметы базы данных, анализ данных, языки программирования, архитектура предприятия. Я сам всё это использую, для меня это не теория, а практика.
Я учусь всю жизнь и люблю это делать, поэтому мне не тяжело. Спокойно решаю задачи, сдаю экзамены и зачёты. Проблема одна — дефицит времени. У меня несколько детей, работа, ради учёбы приходится гнаться за временем.
Популярные комментарии
ОльгаНекоторые родители не умеют быть родителями. Потому что не понимают, что детей любят просто так, а не за что-то. А дети вообще не обязаны соответствовать ожиданиям родителей.
Я разлюбила своего единственного сына. Почему я вижу в нем только недостатки?
HelenВыбирать нужно не школу, а учителя. Мой младший сын пошел учиться в очень хорошую школу, недалеко от дома, бытовые условия шикарные. Все условия прекрасные были. Но в первом классе уже пришлось нанимать репетиторов русского, языка и математики. И всё четыре года постоянно репетиторы. По окончании 4класса, он единственный сдал все впр на отлично и единственный, который был зачислен в математический класс. Кроме того, он единственный смог поступить в математический лицей, претендентов было 23 человека из школьного потока. Теперь в среднюю школу ребенок пойдет не рядом со школой и прекрасными условиями, а в лицей, в котором условий нет совсем нормальных, но есть лучшие преподаватели города. И я, как нормальная мать, буду возить его и забирать 6 дней в неделю. В стране практически отсутствуют кадры, но есть много хороших, светлых и комфортабельных школьных зданий. А зачем они, если учителя нет квалифицированного.
Как выбрать школу, в которую ребенок захочет ходить: чек-лист для родителей
ВековойПора уже отказаться от письма на бумаге и перейти к письму на клавиатуре. Это позволит перейти к более эффективной методике обучения. Мои внуки стучали по клавиатуре, а на экране высвечивались их ошибки. При появлении ошибки сразу обращались к правилу. При таком подходе вырабатывается автоматизм при написании слов и лучше усваиваются правила. При этом наиболее успешно усвоено то, что чаще всего встречается в практике письма, а в таком случае меньшее число совокупных ошибок по всему тексту. При письме на бумаге ребёнок не замечает своей ошибки, а узнаёт о ней после проверки работы учителем. При этом он узнаёт сразу о нескольких ошибках, а поэтому в его мозгу снижается уровень концентрации на каждой из них. Фактически старая методика фиксирует излишний труд учителя при менее эффективных результатах в учёбе.
Близок ли к реальности русский язык, который изучают в школах? 6 вопросов филологу — о языке, ИИ и мемах







