«Я доктор общественных наук! А ты — никто». Как отвоевать баллы на апелляции ЕГЭ
4 истории одиннадцатиклассников, которые попытались

Подавать апелляцию на результат ЕГЭ — всегда риск. Именно поэтому на это не всегда идут даже те, кто не согласен с оценкой своей работы. Как готовиться к процедуре, чего ждать, если вы всё же решились, и как правильно вести себя с комиссией — рассказали одиннадцатиклассники, которые ходили на апелляцию в этом году.
Дарья Локтева, понизили результат с 82 до 80 баллов
Предмет — русский язык

Я ходила на апелляцию из-за технической ошибки. Компьютер не засчитал мне два задания из теста, которые я решила правильно. В комиссии было человек семь, но общалась я только с двумя — председателем и экзаменатором. Первая говорила быстро, чётко, сама ставила за меня галочку напротив «да, согласна». От меня требовалась только подпись. Они согласились с тем, что была техническая ошибка, и что мой тест должны отправить на перепроверку.
Дальше произошло то, чего я совсем не ожидала и о чём меня никто не предупреждал. Запомните — при апелляции работу перепроверяют полностью (а не только одну часть). Председатель сказала: «Переходим к проверке второй части. Мы проверили ваше сочинение и нашли три ошибки, распишитесь». Экзаменатор показал ошибки — одна орфографическая, две пунктуационных и одна фактическая. За первые две сняли действительно заслуженно, но за фактическую решила побороться: когда я писала аргументацию по роману «Война и мир», вместо названия реки «Неман» написала «Нейм». Думаю, из-за стресса. Я начала оправдываться, сказала, что это не такая грубая ошибка, что это фоновый материал. Один экзаменатор ответил мне, что за это балл не снимут.
Другой возразил, что понятия «негрубая ошибка» не существует. Добавил: «Вы не знаете, как река называется? Вы историю не знаете?»
В общем, я не нашла сил что-то ответить, мне сунули документы, подписала и уехала. В итоге мне добавили два первичных балла, а сняли три. Изначально было 82 балла, я рассчитывала получить 87, а получила 80. Однокласснице на апелляции тоже сняли один балл за сочинение. Это немного, но всё равно неприятно, к тому же мы действительно не знали, что будут проверять сочинение — к его оценке у нас претензий не было.
Динара Зайдуллина, баллы остались без изменений
Предмет — обществознание

Я набрала 85 баллов по обществознанию, но результат меня не устроил, поэтому начала разбирать свои ошибки. Посоветовалась с парой учителей нашей школы, решила подать апелляцию, потому что в двух заданиях баллы сняли по непонятным причинам.
К процедуре апелляции готовилась тщательно, написала речь, прочитала нужные материалы и даже подготовила выдержки из учебников, чтобы доказать свою правоту.
Сначала показалось, что мой проверяющий настроен доброжелательно, но как только мы начали обсуждать задание, всё изменилось. Мне пытались доказать, что я ничего не понимаю, при этом не объяснили внятно, за что именно сняли два балла в 25 задании. Я строила защиту, опираясь на материалы и учебники, которыми пользуются сами эксперты.
В ответ услышала, что я не профессионал и не могу этого знать, а мой проверяющий уже давно работает и знает обществознание лучше
Мне доказывали, что баллы сняли за первое и третье предложение (всего их три), а второе предложение эксперт назвал верным. Когда я начала апеллировать, мне сказали, что спорить бесполезно, и пригласили ещё одного эксперта. Он посмотрел на задание и сказал, что ошибки — в первом и втором предложении. Внезапно первый эксперт приняла её точку зрения и начала говорить, что у меня вообще всё задание неверное. Я задавала им вопросы, опираясь на учебник, а вместо ответа слышала: «У вас своя точка зрения, а у нас своя». Моему возмущению не было предела, я потребовала позвать председателя комиссии.
Пока мы его ждали, я попросила эксперта посмотреть другое задание, в котором нужно было написать план по заданной теме. Я хотела отстоять баллы по критерию, который подразумевает наличие ошибок в формулировках.
Эксперт сказал мне, что в целом план относится к заданной теме и передаёт смысл, я попадаю в один необходимый пункт согласно ключам (ключи — ответы к заданиям, по которым эксперты проверяют работу — Прим. ред.), но балл сняли за то, что слишком много всего написано.
Я пыталась объяснить, что каждый пункт уместен, и ошибок в теории у меня нет, на что эксперт просто развела руками. Спустя ещё некоторое время ко мне подошёл председатель, забрал мою работу и заново начал перепроверять задание. Придирался к каждому слову.
В итоге сказали, что работу перепроверили и теперь должны снять пять первичных баллов (а это около десяти вторичных). Другими словами, меня просто начали запугивать. Из всех пунктов, по которым мне обещали снять, я могла согласиться только с одним (там действительно можно было убрать балл). Но ещё четыре балла взялись из ниоткуда.
Мой бедный план хотели аннулировать полностью, потому что, по словам председателя, я не попадаю ни в один пункт из ключей (напомню, что другой эксперт говорил иначе).
Весь диалог происходил в недоброжелательной форме, меня то и дело перебивали и не давали сказать ничего в свою защиту. Я крайне разочаровалась во всей процедуре апелляции, а главное — в экспертах. В итоге мне сказали: «Либо вы сейчас же уходите, либо мы снимаем пять первичных баллов». Я ушла.
Владислав Железов, повысили результат с 68 до 72 баллов
Предмет — математика (профильный уровень)
Прежде чем идти на апелляцию, я убедился, что точно могу рассчитывать на повышение баллов. В этом мне помог школьный эксперт ЕГЭ. Сама апелляция напоминала судебный процесс, но надо понимать, что скандальная форма общения ни к чему не приведёт. Люди настроены с вами работать, а не выслушивать просьбы, наезды или истерику.
Необходимо настаивать на тщательной проверке вслух всей работы, объяснения всех снятых баллов в соответствии с критериями оценки. Не согласны — настаивайте
Ещё важно хорошо знать критерии оценивания работы, каждый пункт решённой задачи и кодификатор.
Лично мне попался грамотный эксперт, а процесс происходил по видеочату, что было неожиданно, но работало всё без помех. Раньше я не слышал о такой форме апелляции, но мои знакомые из других школ тоже проходили апелляцию в формате видеочата.
В кабинете с вами есть человек, который отвечает за проведение процедуры. Такой же работник есть и в кабинете эксперта, который с вами созванивается. Но это даже удобно. Не знаю, для чего это сделали, главное — проблем с этим не было. Таким образом, мне удалось справедливо повысить балл и уйти довольным.
Артур Розанов, баллы остались без изменений
Предмет — обществознание

Я набрал 76 баллов, изучил работу и понял, что баллы сняли несправедливо. Посоветовался с учителем и решил, что нужно всё-таки поехать на апелляцию.
Она проходила ужасно. Учитель, к которому я попал, не мог ничего толком объяснить. Не было никаких нормальных аргументов, а я опирался на федеральный учебник, по которому занимаются абсолютно все школьники России. В ответ слышал только: «Я уже 40 лет преподаю по этому учебнику, там такого нет». Хотя я перед апелляцией досконально изучил этот учебник.
Мне просто не давали говорить, постоянно перебивали, пытались заставить меня замолчать, давили психологически. После 40 минут пришли к консенсусу: эксперт сказал, что в одном задании мне могут добавить балл, но нужно идти к председателю.
Про председателя нужно сказать отдельно. Во-первых, её пришлось очень долго ждать. Во-вторых, когда она всё же пришла, сразу сказала: «Ты сидишь и молчишь, говорю только я!»
Это меня очень выбесило, но я старался держать себя в руках. Я снова начал объяснять, почему я прав, используя информацию из учебника, но она мне сказала: «Ты кто такой? Вот я доктор общественных наук! А ты никто».
Это была последняя капля. Она ушла, в итоге мне ничего не добавили. Я спросил, как можно обратиться в московскую комиссию, они сказали, что это можно сделать только через сайт ФИПИ. Хотя в итоге я там ничего такого не нашёл. После апелляции я понял, что они тупо мне врали. Так же сказала и мой учитель в школе — она тоже была недовольна, что мне занизили баллы.
«Члены комиссии заранее рассматривают работу под микроскопом — ищут дополнительные ошибки»
Мария Кучерова, учитель с 18-летним стажем — о проблемах процедуры апелляции
Главная проблема процесса апелляции — это её подготовительный этап. Закон не предусматривает возможность посмотреть заново задания и узнать правильные ответы. Как в таком случае можно убедиться в том, справедливо ли тебе снизили баллы?
Члены комиссии, напротив, заранее рассматривают работу под микроскопом — ищут дополнительные ошибки. Члены конфликтной комиссии обычно стараются каждый завышенный балл компенсировать сниженным. В ход могут идти разные аргументы. Процедура апелляции действительно очень похожа на судебное заседание. Эта метафора отлично показывает слабые места процедуры апелляции баллов ЕГЭ.
Перед судебным заседанием обе стороны могут ознакомиться с материалами дела, а тут ребёнок такого права лишён
В суде обычной практикой считается присутствие адвокатов, представляющих стороны. На апелляции только единицы детей приходят с учителем. Есть те, кто приходит с родителями, но мамы и папы не в состоянии вести предметную дискуссию. И главное — судебное решение принимается после заседания, а на апелляции его принимают заранее. В тот самый момент, когда выпускник судорожно пытается по памяти восстановить свою работу, члены конфликтной комиссии не только детально её изучают, но и принимают заочное решение, и именно это решение они будут держать в голове при очной встрече с ребёнком.
Кстати, методы давления в стиле «я кандидат наук» и «мы лучше знаем» встречаются сплошь и рядом, но непонятно, как поймать их за руку, ведь почти никто не идёт разбираться в суды. Баллы нужно повышать срочно, а не ждать, пока состоится судебное заседание. Например, 5 июля проходила апелляция ЕГЭ по литературе. Если гипотетический ребёнок не смог на ней отвоевать свои законные баллы, то на все жалобы у него остаётся либо два, либо пять дней. Дети, которые сдают ЕГЭ по литературе, обычно поступают на творческие специальности, и последний день подачи документов на эти факультеты в 2018 году — 7 и 10 июля. Времени на обжалование просто нет. Конечно, баллы могут увеличивать и после подачи документов (для этого есть единая информационная база ФИС), но всё равно времени не хватит при любом раскладе.
Популярные комментарии
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям
Анастасия ПавловнаДа уж… Уважительное общение не включено в общеобразовательные стандарты и экзаменационные вопросы. Можно иметь аттестат и даже не один диплом, но при этом оставаться полнейшим хамом. Системный кризис.
«Короче, училка, варежку свою закрой». Топ-20 цитат из переписок родителей с учителями, от которых волосы встают дыбом
Виктория ИльинаА может, пора честно посмотреть на проблему не только глазами учителя? Учитель жалуется: слишком много часов, слишком много отчётности, слишком много требований сверху. И с этим трудно спорить. Но есть один неудобный вопрос: а не является ли сама школа частью проблемы, которую она годами создаёт? Попробуйте хотя бы на минуту посмотреть на ситуацию глазами ученика. Этот ребёнок, которого сегодня заставляют заучивать километры информации «для галочки», завтра станет взрослым человеком. Возможно, чиновником, руководителем, тем самым человеком, который будет писать новые стандарты, программы и инструкции для школ. Не удивительно ли, что система воспроизводит сама себя? Главная ошибка многих педагогов — не в любви к знаниям. Знания нужны. Ошибка в другом: в убеждении, что ребёнку обязательно нужно загрузить весь огромный школьный багаж, не задумываясь, что из этого действительно пригодится именно ему. И когда обществу годами пытаются доказать ценность каждого килограмма ненужной информации, неудивительно, что эта работа перестаёт восприниматься как источник реальной пользы. Может быть, выход проще? Не превращать каждый предмет в борьбу за выживание. Не ломать детей и не выгорать самим. Если ребёнку ваш предмет объективно мешает сосредоточиться на тех знаниях, которые нужны ему для будущего, — поставьте законную тройку и дайте ему возможность развиваться дальше. Иногда настоящая педагогика — это не заставить выучить всё. А понять, что именно действительно стоит учить.
«Мы согласились со своим бесправием». Учительница – о том, почему ее коллеги терпят унижения













