Существуют люди, которые читают каждую нашу статью и новость. У них много свободного времени и они сильно озабочены судьбой российского образования.
Мы хотим писать больше хороших, добрых новостей. Но утром просыпаемся с новым школьным скандалом, стрельбой или поножовщиной.
Слово «вообщем» не пишется слитно. В школе у меня была твердая четвёрка по русскому, но я всегда считал, что "Вообщем" — это показатель интеллекта и внутренней порядочности. Хорошо, что мне рассказали правду.
Уважение века — коллега Настя, которая не сделала ни одной ошибки на «Тотальном диктанте».
До «Мела» я пять лет работал репетитором истории и английского, так что каждый текст про нелегкий труд репетиторов — это для меня очень личное. Читаю полностью.
Смирился с тем, что ошибки и описки неизбежны, но до сих пор очень стыдно, когда читатели указывают на них.
Российские школы были бы лучше, если бы там были три бытовые вещи: личные шкафчики, душ в спортзале и вкусная еда в столовке.
Сколько ни пиши тексты про то, что бить детей нельзя, в комментарии все равно придёт человек, который бьёт и считает это правильным.
Соцсети крупного издания не должны молчать. Мы выпускаем тексты во "ВКонтакте" и на фейсбуке каждый час — днем, ночью, в праздники, всегда. Не знаю, как вы еще от нас не устали.
Единственное, что вы должны сделать, чтобы улучшить школу, — не оставаться равнодушными. Не закрывать глаза на буллинг (не важно кого: ученика, учителя или родителя), не бояться администрации, не быть пассивным наблюдателем. Система на самом деле идет на поводу у тех, кому больше всех надо.
Моя мама очень хотела, чтобы я был учителем, но и сейчас она вроде довольна.

Кто делает «Мел»: сколько у нас детей, кто сшил шапку из кошки, а кто много читает фейсбук