5 фраз, которые помогут, если ребёнка травят в школе

Как быть, если ребёнка обижают в школе? В прошлый раз мы разбирались, от каких фраз в этой ситуации родителям лучше отказаться. Теперь директор Фонда развития Интернета и профессор факультета психологии МГУ им. Ломоносова Галина Солдатова в рамках антибуллинговой кампании Cartoon Network рассказывает, какие слова могут помочь ребёнку справиться с психологическим дискомфортом.

Первоочередная задача — успокоить ребёнка и обеспечить ему ощущение защищенности и эмоционального комфорта. Как бы ни хотелось при этом вскочить и побежать требовать обидчика к ответу и обвинять учителей. Последнее, в чём сейчас нуждается ребёнок, это раздражённый и взбудораженный родитель, который не может контролировать своё состояние. Дайте понять ему, что вы цените его откровенность. Для многих детей поделиться такой проблемой со взрослым — очень и очень непросто. Страх прослыть ябедой или усугубить ситуацию, неуверенность в себе, нежелание разочаровывать и расстраивать маму или папу, стыд — всё это часто мешает открыться.
Важно показать, что вы услышали ребёнка. Что он больше не один на один со своей проблемой, что взрослый знает и обязательно поможет
Такие, казалось бы, простые слова зачастую оказывают куда более действенный и положительный эффект, чем распространённые «не обращай внимания», «будь умнее и просто пройди мимо», «дай сдачи». Они воспринимаются ребёнком как совет разбираться во всём самому, не отвлекать родителя всякими глупостями и не ждать, что ему кто-то поможет. Разумеется, нужно здраво оценивать масштабы катастрофы. Если речь идёт о 16-летнем подростке, повздорившем с одноклассником, то здесь уже нужна другая стратегия, позволяющая ему справиться с конфликтом самостоятельно. Но в младшей и средней школе детям совершенно необходима поддержка родителей. Но именно поддержка, а не чрезвычайная опека и ограждение от любых потенциальных трудностей.

Бывает так, что родители пытаются найти причину буллинга в самом ребёнке: «Подумай, чем ты мог обидеть ребят?», «А кого-то еще обижают или только тебя?», «Ну ты ведь и сам знаешь, что ты рыжий/тощий/толстый/носишь очки». Об этом не может быть и речи. Ребёнок ни в чем не виноват.
Никто не может быть виноват в том, что его унижают, оскорбляют, бьют или игнорируют
Буллинг — проблема не одного и не двух учеников, а всего коллектива, включая учителей. И оправдывать буллинг какими-то особенностями ребёнка нельзя. Задача родителя донести эту мысль максимально доступно и понятно.
Может быть, ребёнок действительно сделал или сказал что-то такое, что могло обидеть или задеть другого. Но в этом случае адекватной реакцией станет разовое выяснение отношений между детьми, после которого все пойдёт своим чередом. Именно поэтому следует помнить о настоящих маркерах буллинга (намеренность, повторяемость, неравенство сил) и отличать его от мимолётной ссоры. В одном инциденте ребёнок может быть виноват. Никто не застрахован от ошибок, запальчивых слов и необдуманных поступков, но стоит напомнить ему, что вы подобное поведение не приемлете. Но в буллинге — совершенно точно его вины нет никакой. Ребёнку и так тяжело сейчас, чтобы сваливать на него ещё и комплекс неполноценности.

Такие фразы служат достижению сразу нескольких целей. Во-первых, вовлекая ребёнка в обсуждение решения проблемы, можно помочь ему вернуть часть утраченного контроля. Сейчас это не повредит общему психоэмоциональному фону. Во-вторых, вы постепенно учите его принимать решения и нести за них ответственность. В-третьих, такой подход позволяет продемонстрировать ребёнку, что вы относитесь к нему как к взрослому и прислушиваетесь к нему — это тоже важно для самооценки. В-четвёртых, иногда, помимо мнения со стороны, нужен и взгляд изнутри.
Постарайтесь как можно больше узнать о происходящем, задавайте наводящие вопросы, но не превращайте спокойную беседу в допрос
Кто участвует в буллинге, в чём он выражается, что говорит учитель, как реагируют одноклассники. Иногда в процессе такого обсуждения могут открыться неожиданные или неочевидные детали, на которые ребёнок в силу возраста не обращает внимания. Родителю их заметить проще. Ну и наконец, участвуя в разработке плана, ребёнок всегда в курсе событий, напрямую касающихся его. Это заметно снижает уровень тревожности хотя бы по одному пункту: не нужно переживать, что мама нагрянет в школу без предупреждения или папа надумает разобраться с обидчиками по-мужски и сделает только хуже.

Проведя первый фронт работ с ребёнком и определившись с начальным планом, стоит поговорить с учителем, классным руководителем или куратором. Постарайтесь сохранять спокойствие и объективность, предоставляйте все имеющиеся у вас факты (диктофонные записи, слова свидетелей, распечатки звонков и сообщений, переписки в социальных сетях, если речь идёт о кибербуллинге) и доводы. И лучше не просить как-то повлиять на ситуацию, а именно поинтересоваться, какие конкретно шаги предпримет (а не собирается предпринять) педагог, чтобы остановить травлю. Что он может предложить, чтобы обеспечить ребёнку максимально возможный уровень безопасности на своих уроках и на переменах.
Если с учителем продуктивного диалога не вышло — значит, необходимо обратиться к директору или к кому-то из администрации. Не уходите из школы, пока не убедитесь, что вас действительно услышали, а не отделались дежурными заверениями, что подобного больше не повторится.

Не помешает поговорить и с родителями обидчика. Конечно, может быть и так, что агрессивный ребёнок терроризирует всю семью, и дома с ним никто не в силах сладить. Но это уже не ваша головная боль.
Вам надо донести до обидчика и его родителей простую мысль: если травля не прекратится, вы вынуждены будете поднять этот вопрос на ближайшем родительском собрании
А если к вам присоединятся другие мамы или папы, можно будет говорить о переводе агрессивного ребёнка в другую школу или, в тяжёлых случаях, об обращении в соответствующие инстанции с доказательствами.
Однако помимо слов не стоит забывать и о действиях: желательно объединить моральную поддержку и практическую помощь. Если ситуация критическая или вы видите, что ребёнок слишком глубоко переживает происходящее — переводите его в другую школу. Можно облечь это в какую-то позитивную форму — например, сказать, что в новой школе углублённая программа по его любимому предмету, сильные учителя или есть какие-то необычные кружки. Словом, придумать что-то, чтобы ребёнок не воспринимал этот перевод как бегство.
Если вы думаете, что положение небезнадёжное, поддерживайте ребёнка на всех возможных уровнях. Предложите ему записаться в спортивную секцию или в кружок единоборств, где он сможет не только найти новых друзей, но и стать сильнее, выносливее, а значит — увереннее в себе. Познакомьтесь с его одноклассниками и приглашайте их почаще в гости, объединитесь с другими родителями и обменяйтесь телефонами с ними и с классным руководителем. Обеспечьте ребёнку комфортную и спокойную атмосферу дома, почаще хвалите за его успехи, проводите по возможности больше времени вместе.
Популярные комментарии
Вероника РассказоваЯ очень сочувствую пострадавшим девочкам! Думаю, возможно были и мальчики. Но! Некоторых эпизодов, возможно, можно было избежать. В частности, если бы девушка Ульяна не поехала на дачу! Хотя, она возможно и не знала, что будет там наедине с ним. Танцоры-тренеры, конечно, уроды конченных! И тень падает на всё сообщество.
Сразу нескольких известных танцоров обвиняют в растлении девочек-подростков: что известно о ситуации
АнастасияОчень хорошо понимаю автора. Тоже отпустила сына во взрослую жизнь. Получил образование. Но есть бытовые особенности, особенности самочувствия и здоровья, сопутствующие основному диагнозу трудности, от которых «не отмахнешься». И это все объективно влияет на качество жизни, самостоятельность, принятие решений. И я как мама также оглядываюсь вокруг себя и понимаю, что в прошлом все что могла сделала, и соломку где могла стелила, но будущее открыто. Задумалась, сейчас мне хорошо, когда сын проявляет радость, состояние счастья, говорит о своей любви.
«Наверное, я планирую жить вечно»: мама 26-летней девушки с ОВЗ — о будущем, которое пугает
ОльгаС Чеховым согласна. Еще Бунин и Куприн для изучения отлично подойдут. Пушкин — вполне неплохо. Гоголь — но не то, что изучают. Салтыков-Щедрин тяжеловат, но необходим и очень современен, к сожалению. Достоевского, Толстого и Тургенева оставила бы для изучения во взрослом возрасте, после школы. Кто захочет — прочитает. В школьной же программе оставила бы для изучения Булгакова, Зощенко и обязательно кого-то из современной литературы. Это все можно изучать, начиная с 7 класса. А до этого надо просто прививать детям любовь к чтению. Не вызвать стойкую неприязнь, когда они в 5 классе читают Му-му или Слово о полку Игореве, а в 6-м — Дубровского. Есть прекрасная литература для детей. Которая также учит хорошему и доброму. Но это именно литература для детей. А наши классики, уж простите, но писали ДЛЯ ВЗРОСЛЫХ читателей. У Толстого были рассказики именно для детей. У Чехова тоже есть подходящая литература, у Куприна. Их — пожалуйста. Но не Бежин луг и не Му-му
«Дети читают классику как записки о жизни инопланетян»: писатель Дмитрий Данилов — о любимых книгах и школьной программе













