«Срочно на операцию! Скальпель, зажим, спирт». Чему учат детей в школе юного хирурга
Это вам не юный химик или геолог!

Непривычно, когда подростки обсуждают, как правильно принимать роды или делать надрез скальпелем. Но в школе юного хирурга так сдают экзамены. Всё по-настоящему: помощь при инсульте, перелом, открытая рана, которую нужно зашить. Соня Болотина побывала в школе и поговорила со школьниками, которые хотят стать врачами.

Михаил Гончаров, 17 лет
В школе я научился делать уколы, ставить катетеры, делать бронхоскопию и гастроскопию. Правда, пока не на живых людях. Теперь мне точно будет проще в институте. Собираюсь поступать в акушеро-гинекологический. В будущем планирую открыть свою клинику, связанную с женской консультацией и педиатрией. Ко мне будут приходить женщины (после родов) вместе с детьми.

Ещё когда мне было пять лет, я бегал во дворе и лечил ребят. Это мечта с детства. Думаю, в мире не помешает ещё один хороший врач. Родители на меня абсолютно не давили, это был мой выбор. Они сказали: «Решай сам, но только имей в виду, что будет сложно».
Школа юного хирурга при РНИМУ имени Пирогова работает второй год. Старшеклассники учатся оказывать экстренную помощь и работать в приёмном отделении. Это длится от трёх недель до двух месяцев. Всё бесплатно, но нужно пройти конкурс.

Александра Ресинова, 16 лет
Вместо того, чтобы тратить лето на компьютерные игры или просто прогулки, лучше узнать что-то новое и полезное. Так я и оказалась в школе юных хирургов. Тут мы научились оказывать первую помощь, изучили строение организма человека, узнали, как вылечить разные болезни.

Я буду поступать в медицинский, но пока не решила, каким врачом хочу быть. Знаете, чем отличаются разные врачи? Педиатр много знает, но ничего не делает. Хирург много делает, но ничего не знает. Психологи ничего не знают и ничего не делают. А патологоанатомы знают всё и всё умеют, но люди приходят к ним слишком поздно. Это я привыкаю к врачебному юмору!

Леонид Бычков, 17 лет
Это последнее лето перед выпуском из школы. Я здесь, чтобы понять, хочу ли я быть медиком. Вообще я учусь в инженерном классе — больше про физику и математику. Мой отец всегда хотел, чтобы я стал врачом. Но меня смущало, что это было его желание. В школе юного хирурга я и сам заинтересовался профессией. Нам рассказывают про разные специализации — гинеколог, стоматолог, хирург, нейрохирург. Причём это не только теория. Нам даже вживую показывают некоторые органы.

Недавно показывали настоящий человеческий мозг. В обморок, конечно, никто не падал, но некоторые выходили на улицу проветриться. Тут ты можешь понять, по плечу ли тебе эта профессия. Не все могут спокойно переносить вид крови и специфичные запахи. Я думаю, что стану гинекологом, потому что лечить женщин — очень интересно, особенно принимать роды. Рождение новой жизни — это круто.

Ирэн Гвалия и Дарья Губина, абитуриентки и волонтёры в школе юного хирурга
В прошлом году мы сами окончили эту школу, нам хотелось всё вспомнить. Сейчас ещё интереснее: мы помогаем ребятам и хирургам, учим их зашивать раны. Детям тут весело. Они даже роды научились принимать! Для детей это настоящий аттракцион и неплохая школа жизни. Они зашивают ткани на манекенах людей и животных, а на живых людях делают УЗИ и ЭКГ (потому что от этого не умирают). Мы, как волонтёры, стараемся сделать учебный процесс удобнее. Чтобы дети отдыхали между парами, мы решили каждые 15 минут делать танцевальную зарядку. Самым активным мы даём призы!
Как рассказал ректор медицинского университета им. Н. И. Пирогова Сергей Лукьянов, школе нет аналогов не только в России, но и в мире. «Представьте: лето, июль, а ребята по восемь часов с утра до вечера находятся здесь, и их не выманишь. Мы даём им уникальную возможность прикоснуться к профессии врача, буквально подержать её в руках». После учёбы школьникам вручают грамоты, которые можно добавить в портфолио абитуриента и даже получить дополнительные баллы на ЕГЭ.
Популярные комментарии
ОльгаЧто значит стукачество? Я считаю так: если тебя никак это не касается, то об этом рассказать должны участники. Макисмум, что должен сделать ребенок — рассказать об этом родителям, чтобы взрослые люди уже решали надо ли доводить ситуацию до сведения школьной администрации. А если ребенка избили, унизили или регулярно оскорбляют, то он имеет полное право и даже должен рассказать об этом взрослым: учителю и родителям. Потому что дети сами не разберутся — это все миф, что они могут и должны разобраться сами. Может именно это учительница и имела в виду, когда говорила, что дети должны ей все рассказывать? А родители сделали из мухи слона?
Учительница поощряет стукачество в классе. Стоит ли запрещать ребенку доносить на других?
Виктория ИльинаРазговор о достойной оплате учительского труда сложнее простой формулы «надо повысить зарплаты». С главным тезисом героя статьи трудно спорить: педагог не должен думать, чем прокормить семью, и быть вынужденным добирать доход репетиторством. Но базовый уровень оплаты должен быть достойным не только в сильном столичном лицее. Хороший учитель одинаково нужен и в Москве, и в районной школе, и в селе. Право ребёнка на качественное образование не должно зависеть от места жительства. А дальше логичны дополнительные стимулы: надбавки за квалификацию, подготовку стобалльников, победителей олимпиад, серьёзные результаты учеников. Тем более статья показывает, какой труд стоит за работой с сильными и мотивированными детьми. Но есть и неудобный вопрос: насколько востребована значительная часть знаний, которые школа по единой программе обязана давать всем? Учитель здесь во многом связан требованиями системы. Однако если обучение почти не учитывает склонности и будущую траекторию ребёнка, возникает разрыв между объёмом обязательных знаний и их последующей практической ценностью. Можно сколько угодно говорить о «гармонично развитой личности», но общество в конечном счёте выше ценит то, что даёт ощутимый результат. И этот вопрос тоже нельзя исключать из разговора о зарплате учителя.
«Мы придумали делить детей на два сорта»: директор тамбовского лицея и заслуженный учитель — о культе олимпиад
Евгения СамотохинаТо что отрицательные оценки нужны — я согласна, но здесь должен быть ряд факторов: 1) как по мне текущая система оценки (пятибалльная, а по факту четырехбальная) — не то чтобы объективная. Особенно чувствуется на объемных заданиях в старших классах, когда в тексте на 2 страницы допустил 2-3 ошибки и пооучаешь тройку. Как по мне система должна иметь разбивку хотя бы в 10 баллов. 2) Часто каждый учитель сам определяет как оценивать ученика. Если с точными науками и каким-нибудь диктантом ещё более-менее понятно, то с более творческими заданиями, пересказами вообще непонятно — у одного учителя ты получаешь 5 у другого за пересказ того же качества — 3.
«Двойка должна жить». Учитель — о том, почему плохие оценки нужны детям





