«Смотрите, у нее мини-юбка»: монолог молодой преподавательницы технического вуза

Аспирантка и преподавательница МФТИ Мария Юденкова немногим старше своих студентов. С одной стороны, это плюс, с другой — создает дополнительные сложности в работе. Мария рассказала «Мелу» о своем опыте преподавания в техническом вузе, критике в интернете и способах получать обратную связь от студентов.

Марии Юденковой 26 лет, у нее ярко-рыжие волосы и два красных диплома. Два года назад Мария окончила магистратуру Московского физико-технического университета (МФТИ), а теперь учится в аспирантуре. Третий год она преподает там же, на кафедре высшей математики — ведет семинары по линейной алгебре, аналитической геометрии и математическому анализу.

«Физика — не для девочек, для девочек — математика»

Я выросла в семье математиков и физиков: мама — учительница математики, папа — доктор физико-математических наук, бабушка — преподаватель высшей математики, дедушка тоже физик и так далее. Поэтому я с детства увлекалась точными науками и вопрос о выборе будущего не стоял так остро. Поступая в вуз, я на самом деле хотела учить физику, но папа отговаривал: «Физика — это не для девочек, для девочек — математика».

Однако, в отличие от родителей, преподавать я не хотела. Когда после выпуска из бакалавриата возник вопрос, куда податься, я решила, что и научная карьера не очень мне подходит. У меня была возможность уйти в аналитику или программирование, но потом я представила, как будет выглядеть такая работа, и мне стало плохо от мыслей, что я буду целыми днями сидеть в офисе. Я подумала: «Раз уж меня раздражают даже эти мысли, то идти туда точно не стоит». В итоге я вернулась на физтех — прошла собеседование и стала преподавателем. О своем выборе пока не жалею.

«Маша, привет, можно я проведу с тобой семинар?»

Преподавать я стала в магистратуре и уже тогда поняла, что мне придется учиться выстраивать дистанцию между собой и студентами. Об этом мне всегда напоминали родители. Мама-учительница, например, никогда не работала в школе по соседству, говорила: «Я не буду гулять с собакой там же, где гуляют мои школьники», — ее это не устраивало.

Поэтому первое, что мне пришлось сделать в новом статусе, — выселиться из общежития, в котором живут мои студенты, и снять квартиру подальше от вуза. Я поняла, что не смогу жить с ними вместе, ходить в одну душевую и вообще делить быт. Так делают не все педагоги: слышала истории, как студенты приходили к преподавателю в комнату по ночам, когда тот уже спал, чтобы сдать просроченное задание.

Мне это кажется странным. В отношениях «преподаватель–студент», независимо от возраста преподавателя, важна иерархия — хотя бы для того, чтобы не допускать проявлений харассмента. Ведь студенты так или иначе зависят от преподавателей — оценки и экзамены определяют их будущее в университете. Близкие отношения могут стать для них ловушкой: они не смогут понять, когда нужно сказать «нет», и будут чувствовать себя небезопасно.

На своих занятиях я стараюсь выстраивать эту иерархию. Думаю, что со студентами обязательно нужно разговаривать на «вы» — так тоже поступают не все преподаватели. Еще когда я была студенткой, у меня это вызывало внутренний ступор: преподаватель предлагал перейти на «ты», и приходилось обращаться к нему иначе. Это не слишком комфортно, даже если преподаватель был молод.

Все эти вещи должны быть прописаны в этическом распорядке, который во многих вузах является обязательным компонентом внутренних локальных актов. Где-то за несоблюдение правил преподавателя могут оштрафовать или уволить. При этом в таких актах не всегда прописаны действительно важные вещи, поэтому преподавателям нередко приходится контролировать себя самостоятельно.

Из-за того, что я отношусь к студентам уважительно, они тоже стараются сохранять границы — хотя бы на занятиях. Но есть и исключения. Например, один второкурсник почему-то решил, что может со мной общаться на «ты», и прислал мне сообщение: «Маша, привет, можно я проведу с тобой семинар?»

Я, конечно, ничего не ответила, но он все равно пришел — и начал срывать мне этот семинар. Я растерялась, так как не знала, что делать, хотя сейчас я уже лучше готова к таким ситуациям. Его мотивацию я тоже не до конца поняла. В таких случаях нормальный вуз должен помочь преподавателю, защитить его и разобраться в ситуации. Мне помогли: я написала служебную записку заведующему кафедрой, кафедра взяла на себя взаимодействие с администрацией и решила ситуацию. А со студентом поработал дежурный психолог.

«Я знаю их сленг, знаю их мемы, понимаю, о чем они говорят»

На первый взгляд может показаться, что молодому преподавателю легче найти общий язык со студентами. Возможно. Но по большому счету то, что мы — представители одного поколения, в преподавании мне не сильно помогает.

Я знаю их сленг, знаю их мемы, понимаю, о чем они говорят, потому что сама так общаюсь (хотя некоторые слова могут быть для меня новыми). На занятиях я могу рассказать им что-то отстраненное, пошутить — мы же не обязаны сидеть с абсолютно каменными лицами, бесконечно получать знания, — и они меня поймут. Однако это не дает мне каких-либо преимуществ — я доношу материал так же, как и другие преподаватели.

Я действительно считаю себя молодой преподавательницей, но не из-за возраста, а из-за того, что существую со своими студентами в одном информационном поле. Со временем поколения студентов будут меняться и, возможно, мое информационное поле схлопнется во что-то вроде открыток в ватсапе. Если это произойдет, если мои шутки однажды станут для них несмешными, мне хотелось бы это вовремя заметить.

«Только под моими лекциями закрыты комментарии»

Когда я начала вести поточные семинары по аналитической геометрии, мне предложили записать этот курс для официального YouTube-канала МФТИ. Я переживала, но вуз меня поддержал, предоставил оператора, лекции вышли — первокурсникам было интересно.

В среднем видео на канале набирали по 1–2 тысячи просмотров, что неплохо для образовательного контента. Но один из семинаров залетел в рекомендации (на момент публикации у него 74 тыс. просмотров. — Прим. ред.), и начался какой-то треш.

В комментарии пришли люди, никак не связанные с вузом, начали спорить, ругаться, мерить длину юбки: «Почему преподаватель так вызывающе одет?», «Смотрите, у нее мини-юбка». Писали гадости: «Так плохо ведет, вообще нулевая», «Чья-то жена», «Походу, устроили по блату». Хотя я не уверена, что преподаватель кафедры вышмата — настолько выгодная профессия, что на нее нужно «устраивать». Потом стали писать знакомые, спрашивать, когда я успела выйти замуж.

Я все это читала, заходила буквально каждый час, проверяла новые и новые записи. Это было тяжело. Два месяца я разбирала ситуацию со своим психологом, рассказывала знакомым, и со временем мне стало все равно. Я даже рада, что со мной это случилось: теперь мне безразличны любые негативные комментарии, которые не касаются моей работы.

Сейчас на канале под роликами с моими лекциями закрыты комментарии. Не потому, что я так расстроилась — просто студенты, которые занимаются каналом, устали каждый день удалять оскорбления. В вузе тоже попытались исправить ситуацию и предложили перенести лекции в рассылку по почте, но я отказалась.

На следующий год я решила перезаписать курс. Так как я читала его впервые, в нем было что исправить и улучшить. На этот раз я снимала ролики уже сама, а еще завела свой канал. Мне кажется, этот формат намного удобнее.

Мне несложно записывать эти видео, особенно если это идет на пользу студентам. Но было бы здорово, если бы вузы как-то поощряли преподавателей, которые самостоятельно осваивают современные площадки.

«Комментарий в соцсети — не повод написать на студента донос»

У некоторых университетов существуют сайты, на которых студенты могут оставить анонимные комментарии о преподавателях. Они не связаны с вузом, их делают сами студенты. У МФТИ этот ресурс называется WikiMIPT. Когда у меня только появилась страничка, я попросила друзей написать на нее анекдоты — и теперь все пишут там шутки. Надеюсь, на пенсии я смогу издать их сборник.

Бывает, что на эту страницу приходят товарищи, которые пишут негативные комментарии. Они, опять же, никак не связаны с преподаванием. Чаще всего это просто сексуализированный контент. (Неприличные комментарии удаляет автоматическая система проверки, на их месте написано «Прилетело НЛО». — Прим. ред.)

Такое случается постоянно: не только на WikiMIPT, но и в мемных и анонимных пабликах, которые ведут студенты. Я стала относиться к этому спокойно — как раз после ситуации с семинаром на YouTube. Поняла, что если я выхожу в публичное пространство, в соцсети или на площадки, то я должна быть готова к неприятной реакции или критике. И ее не нужно как-то перекрывать, как это пытаются сделать некоторые преподаватели. Иначе можно потеряться в мире, где окружающие либо тебя одобряют, либо молчат.

Комментарий — не повод написать на студента донос (такое тоже бывает). Если им что-то не нравится или они просто хотят высказаться, этот протест все равно найдет выход. Только теперь вы об этом можете не узнать.

«Красиво оделась, пришла, и все на меня смотрят»

Для своих лекций я завела телеграм-канал, в котором делюсь ссылками и полезными материалами. Там я дала студентам возможность высказывать все, что они считают нужным, я их не ограничиваю. Хотя кто-то любит закрывать комментарии или убирать «реакцию клоуна». Мне не страшно узнать их мнение, и если возникает конструктивная критика, я к ней прислушиваюсь.

Во многих вузах для того, чтобы преподаватели знали, что о них думают студенты, создают внутренний механизм обратной связи. Обычно это выглядит так: учащиеся заполняют анонимные формы, где оценивают работу педагогов, и потом эти данные передаются преподавателям (причем, скорее всего, какие-то резкие оценки чистятся).

Мне кажется, это не очень эффективно. Хотелось бы, чтобы в этом механизме появилось третье звено, некий аналитический центр, который мог бы профессионально измерить и категоризировать оценки — чтобы сделать вывод, что у преподавателя получается хорошо, а что плохо. А потом передать эту статистику преподавателю и объяснить ему, что конкретно проседает.

При этом, возможно, сами результаты опроса показывать не стоит. Даже если формы анонимные, там может быть написано что-то обидное, и не каждый педагог сможет с этим смириться. Найти автора отзыва будет нетрудно, а обида повлияет на дальнейшее обучение.

Моя бабушка перед выходом на пенсию, рассуждая о том, почему ей нравится преподавать, говорила: «Мне нравится, что я красиво оделась, пришла, и все на меня смотрят». И я поняла, что в преподавании для меня это тоже важно. Преподаватель должен быть готов к тому, что на него смотрят, про него пишут, его обсуждают и оценивают. Это неизбежно.

С другой стороны, нужно иметь знания и уметь их доносить до других. Мне кажется, что у меня хорошо получается объяснять сложные вещи простыми словами. Я могу что-то дать своим студентам и радуюсь, когда у них что-то получается. Всё это сходится в карьере хорошего преподавателя.

Фото на обложке: личный архив Марии Юденковой