Без пестиков, абстракций и Анны Карениной: как правильно говорить о сексе в школе
Инна Прибора — о том, почему не нужно бояться полового воспитания

Мы уже писали про самый популярный сериал января — «Половое воспитание», который рассказывает о жизни американских школьников. Споры о необходимости секспросвета для подростков даже в России уже кажутся вчерашним днём. Конечно, такие уроки нужны. Пришло время понять, как именно говорить об этом с детьми (в том числе в школе) тому, кому придётся вести предмет «Сексуальная жизнь».
Лучшее половое воспитание — это русская литература (на самом деле нет)
В конце прошлого года ВЦИОМ провёл опрос, который показал неожиданный результат. Оказывается, введение в школах уроков полового воспитания поддерживают 60% россиян. И это несмотря на кропотливую мракобесную работу, которую проводят некоторые чиновники.
Например, в 2014 году уполномоченный по правам ребёнка Павел Астахов сказал в интервью, что растить детей надо в духе семейных ценностей, а «лучшее половое воспитание — это русская литература». Трудно понять, какое именно произведение Павел Астахов считает подходящим для этого случая. Вряд ли речь идёт о сочинениях Эдуарда Лимонова. В русской литературе дамы так и норовят броситься с обрыва или под поезд, если в их личной жизни что-то идёт не так. Хотя, возможно, всё проще, и намёк был на что-нибудь вроде басни «Мартышка и очки». В общем, очень жаль, что фразу уполномоченный так и не закончил.
Ещё десять лет назад был подписан федеральный закон «О ратификации Европейской социальной хартии», который предполагает введение обязательного сексуального просвещения детей в школе. Однако до сих пор нет никакой мало-мальски официальной программы про Это.
Конечно, в учебнике биологии за восьмой класс есть тема «Строение половой системы человека», когда учитель рассказывает о зиготах, гаметах и диплоидном наборе хромосом. Но это не совсем то, чего ждёшь от полового воспитания.
По идее, занятия должны сформировать у человека представление не только о физиологии, но и об этике сексуальных отношений, об ответственности за своё здоровье и даже за здоровье будущих детей. Этика при этом не должна ориентироваться на моральные нормы Катерины из «Грозы», а быть чуть посовременнее.

Скажем, ребёнок увидел откровенную сцену в кино и не понял, зачем одному из участников пушистые наручники. У детей должна быть возможность спросить у кого-то знающего, в чём дело, прояснить ситуацию. Но многие до сих пор боятся, что информация о сексе может развратить детей.
Почему секспросвет сравнивают с пропагандой извращений
По запросу «половое воспитание» поисковики выдают статьи вроде «Как не превратить урок полового воспитания в пропаганду извращений». Заголовка достаточно, чтобы почувствовать, насколько это опасно: учительница что-то рассказывает детям про секс. Будто бы и неоткуда больше взяться перверсиям — их наверняка разносят недобросовестные учительницы, пропагандирующие чёрт знает что.
Эта дикая мысль, что информация, поданная в школьном классе, испортит подростка, у которого в кармане Youtube, а папа не выключает какую-то расчленёнку с одного из телеканалов, почему-то крепко сидит в коллективном бессознательном.
В итоге вопрос сексуального воспитания остаётся на усмотрение школы. Где-то прогрессивная классная руководительница может на классном часе поговорить про то, что существуют презервативы, «и, ребята, это неспроста». Где-то на ОБЖ намекнут, что есть разные болезни, будьте бдительны. Но в целом настоящего сексуального просвещения нынче в школах примерно столько же, сколько секса в Советском Союзе.
Возможно, правы те люди, которые говорят, что в школе будет одна профанация честного разговора. Конечно, где-то будет хихиканье на задней парте и покрасневшая учительница, которая принесёт морковь с кондомом. И, вполне возможно, постесняется эту морковь достать. Однако для этих людей есть веские аргументы.
Почему половое воспитание жизненно важно
Во-первых, дети про секс знают. Правда, немного не то, что нужно. В пуританских штатах Америки возрастная группа 15-24 приобретает половину всех инфекций, передающихся половым путём, хотя составляет лишь четверть от сексуально активного населения. К 15 годам четверть детей уже занимались вагинальным сексом, а к 17 годам — почти половина опрошенных.
Нашу страну тоже не спасает великая русская литература. Подростки занимаются сексом, причём опасным. Ежегодно в России регистрируется более 1100 случаев инфицирования ВИЧ среди людей от 15 до 20 лет, и это при низком уровне тестирования подростков.
Во-вторых, совершенно точно доказано, что сексуальное просвещение помогает снизить риск подростковых беременностей, ВИЧ и половых инфекций. И, напротив, по данным исследований, ханжеские запреты на знания, цензура якобы во имя защиты детей, делает их уязвимыми и некомпетентными. Заодно она повышает количество предрассудков, связанных с сексуальной сферой. Отказываясь от сексуального просвещения, мы получаем вместо половой распущенности полную запущенность.
Как правильно говорить о сексе в школе
Сложность не только в страхе нанести детям травму и огрести проблем от поборников морали. Говорить о сексе вообще трудно. Даже родители предпочитают стыдливо подсунуть ребёнку книжку, а не выходить на разговор с открытым забралом. Что уж говорить о школьных учителях. Они привыкли нести разумное, доброе и вечное, а тут надо вещать на 30 человек о таких вещах, о которых и с лучшей подругой будешь говорить только после бокала красного, и то шёпотом.

Однако уже понятно, в каком направлении двигаться, чтобы секс-просвещение работало и на детей.
1. Убрать излишние научность и морализаторство
Программы полового воспитания обязательны во многих развитых странах мира. Неважно, где они реализуются: в Великобритании, США, Японии, Австралии или где-то ещё. Чаще всего они остаются очень абстрактными. Международное исследование, проведённое в Бристольском университете, показало, что дети считают уроки про отношения и секс оторванными от жизни. Они не могут помочь справиться с чувствами и ситуациями в реальности.
2. Обсуждать проблемы XXI века, а не каменного
Современным подросткам не очень интересно, откуда именно берутся дети. Или слушать про то, что секс бывает только в браке. Это враньё. В 13-14 лет гораздо важнее понять, например, что лучше — тампон или вагинальная чаша? Нормально ли, что мне хочется мастурбировать? Что делать, если мальчик, с которым я уже целовалась, давит на меня и ждёт продолжения? А если меня сфотографировали голым и я подвергаюсь кибербуллингу? В чём опасность секстинга? Это же просто переписка… Куда бежать, если я столкнулся с домогательствами? А что делать, если мне кажется, что я гей?
Классно, когда можно прийти с этим к родителям, но бывает, что при слове «секстинг» папа начинает заметно нервничать, что-то гуглить. Потом неожиданно запрещает пользоваться компьютером. Таким детям очень важно, чтобы взрослый человек, которому они могут доверять, прямо ответил на их вопросы.
3. Создать доверительную атмосферу
Чтобы задать эти интересующие вопросы и внимательно выслушать человека, который рассказывает тебе про средства контрацепции, нужен определённый уровень интимности. Большой официальный динозавр — школа — не особенно справляется с интимностью, если только ученики не создают её себе специально в раздевалке.
Возможно, проблему решат службы тьюторского сопровождения, которые появляются в продвинутых школах. Специально обученные молодые люди, которые сначала играют с тобой в футбол, а потом могут приватно обсудить сложные ситуации — это выход. Частные школы даже оборудуют специальные «тайные комнаты» с диванами, где ребёнок может доверительно пообщаться с тьютором, зная, что получит честный и грамотный совет, а не выволочку или проповедь.
4. Обратиться не к великой, а к современной литературе
Маленькие факультативные клубы или заседания, где обсуждается подростковая литература, тоже делают хорошую работу. Современные подростковые книги — не про пионеров-героев, там сплошь внутренние дилеммы и терзания. Телесного низа тоже предостаточно. После обсуждения, например, книги Анны Красильщик «Три четверти», где новенькую семиклассницу травят, зажимают в углу и кричат: «Покажи сиськи», — замечательно пойдёт разговор за жизнь.
В общем, кажется, нужно немногое: поменять формат с широкого вещания на приватные беседы и ещё выяснить что-то самим про проблемы подростков… «Иди сюда, Колька, ну-ка просвети меня, что у вас там нового в сексуальной сфере».
Фото: Shutterstock (Larisa Rudenko)
Популярные комментарии
ОльгаК сыну постоянно цепляются, хотя он выглядит аккуратно, даже иногда носит бабочку. Не нравятся его брюки. Требуют сменить их на классические, которые неудобны, мнутся, вытираются и у них вытягиваются колени. Говорят, что одет не по уставу. Но в уставе школы прописан «опрятный внешний вид». Чем мятые классические штаны с вытянутыми коленками опрятнее серых джинсов, которые и как джинсы-то не выглядят и которые ребенок носит с трикотажным пиджаком, рубашкой и бабочкой — непонятно.
«Собранный хвост — признак неблагополучной семьи»: почему детей все еще выгоняют с уроков за внешний вид
HelenКак же сложно быть подростком. Казалось бы, что нет ничего проще, как подойти к мальчику или девочке и сказать, что ты мне нравишься.Но нет, проблемы какие-то дурацкие в голове.Я своему ребенку посоветовала решать проблемы делами. Нравится кто-то? Подойди, познакомься простыми фразами: привет, как тебя зовут, самому представится, где учишься, где живёшь, есть ли домашние животные, есть ли братья сестры, чем занимается вне школы, какие есть увлечения, и прочее, угости шоколадкой, предложи сходить в кино, после уроков съесть по мороженому, на переменах поговорить об интересах. Обменяться номерами телефонов. Да куча всяких разностей. Можно ничего не говорить о своих «любовях», а входить в жизнь понравившегося человечка. Подарить карандаш простой и красивый, ручку, резинку стирательную. В столовой сесть рядом или место занять. Кидать комплименты приятные.Можно предложить сидеть вместе за партой.При влюбленностях подростков важно помнить, что самое главное, что есть у него -это жизнь и нет ничего важнее жизни. Родителям в такой трудный промежуток жизни подростка нужно быть рядом и поддерживать в ребенке самоуважение, развитие критичности мышления, рациональности общения.
Я влюбился в одноклассницу, но боюсь ей признаться. Что мне делать?
Алина Сен-ЛюкУжасная, некорректная акция, которая не учит добру и милосердию, ибо благотворительность — это когда от себя что-то отрываешь, а не у другого человека забираешь… Да и не было никогда у учителя моря цветов в вёдрах. Не все ведь в первых классах работают.
«Все эти акции вместо цветов — спекуляция чувствами учителя»: педагоги — о том, нужны ли им букеты на 1 Сентября















