«Умение посмеяться над собой — одно из лучших качеств родителя». Правила воспитания Димы Зицера

Когда к твоим педагогическим советам прислушиваются тысячи людей, планка воспитания собственных детей должна быть очень высокой. Но Дима Зицер, обладатель научной степени по педагогике и директор Института Неформального образования INO, утверждает, что своих дочерей… вообще не воспитывает! В новых «Правилах воспитания» он рассказал, почему невозможно испортить детей любовью, нельзя наказывать и не нужно «готовить к жизни».

1. Я не воспитываю своих детей. Они и без моего воспитания растут прекрасными людьми. Вообще термин «воспитание» — грубый, жесткий. Он предполагает, что воспитатель знает, как правильно. А я со временем понял, что это самообман. Посмотрите, как нас воспитывали наши родители — неужели кто-то из них сумел предсказать наше будущее? Другое дело, что я влияю на своих детей 24 часа в сутки. Для меня это было очень важным родительским открытием. Это происходит само собой, без наших манипуляций, без вечных «убери в своей комнате» и т. п. Ведь человек никогда не научится владеть своим пространством, если вы будете постоянно в него вторгаться и рассказывать, как это пространство должно выглядеть. То же самое с одеждой: у человека никогда в жизни не появится его собственный вкус, если родители буду говорить ему, как одеваться. Дети и так видят, как вы одеты, как вы разговариваете, что смотрите и читаете. Так вы воспитываете детей даже гораздо больше, чем вам самим бы хотелось.

2. Перед тем, как сказать что-то ребёнку, нужно глубоко вдохнуть. У нас всех (и у меня как у педагога и папы, конечно) срабатывает множество спусковых крючков. Моделей поведения в отношении детей, говоря научным языком. Вот вы увлеченно смотрите телевизор или читаете книгу, ребенок крутится рядом… что вы скажете? Иди займись чем-нибудь! Или еще лучше: иди почитай. Это абсолютно автоматическая реакция. Но если в этот момент я успеваю прислушаться к себе — я очень быстро изменю свою реакцию. Потому что ребенок — мой любимый человек — сейчас хочет быть со мной. Я хочу быть со своим любимым человеком? Конечно. Тогда зачем я им манипулирую? Когда я говорю любимому человеку, чтобы он чем-нибудь без меня занялся, через два-три раза у него выработается модель «меня не хотят видеть и принимать таким, какой я есть». Ловушка захлопывается очень быстро. Физический глубокий вдох — и пусть это звучит фантастически — дает вам полторы секунды, которые позволяют осознать ситуацию и найти правильный ответ. Главное, не забудьте выдохнуть.

3. Теория поощрения и наказания детей — совершенно садистская. Мне не нравится, как ты себя ведешь, я недоволен — и я за свои ощущения должен тебя наказать. А что такое наказать? Это всегда унизить. Наказание всегда связано с унижением другого человека. Либо с извращенным унижением личности, когда я лишаю ребенка того, что он любит. Пользуясь своей силой. Если родители подумают, они поймут, что это не просто тупиковый путь, а дорога в пропасть с точки зрения отношений. В момент наказания у меня есть возможность надругаться над слабым, самоутвердиться. Все разы, когда меня унижали, теперь я за них отыграюсь! У меня есть возможность быть инфантильным — не работать над собой и своим настроением, а взвалить ответственность на ребенка. Наказание портит отношения, независимо от того, считает ли ребенок это справедливым или нет. Ведь до 7 лет родители не могут ошибаться, а вот после 7 дети понимают, что мама и папа не всегда правы. И обиды копятся.

4. Важная тайна про детей: никто не умеет прощать, как они. Поэтому извиниться перед ребенком — это удивительно сильный поступок. Когда ты извиняешься, ты даешь другому человеку силу. А ребенку — пример. Ведь что значит извинение? Оно значит, ты проделал большую работу над собой. Я понял, что мои действия были неправомерными, или я обидел кого-то. Извинение — это способ самосовершенствования. И если уж мы говорим о воспитании, то невозможно придумать лучшего примера, чем извинение в ситуации, где ты был неправ. Всегда ли у меня получается извиняться? Не всегда. Но я над этим работаю.

5. Парадигма «подготовки к жизни» вместо самой жизни мне не близка. Если мы постоянно твердим о том, что мы пока не живем, а жизнь начнется только когда мы станем взрослыми, то она не начнется никогда. Ни у нас, ни у наших детей. Они уже родились и уже живут. Говорить, что пока они плавают в дерьме, а их задача — из него выплыть, чтобы войти в широкую чистую реку, — это полная чушь. Как говорила Раневская, «жизнь — это полет из *** (вагины — прим. ред.) в могилу». Это определение кажется мне очень точным для подобного, с позволения сказать, педагогического подхода. Да и вообще интересно, почему родители так часто задирают нос? Ведь мы учимся у своих детей не меньше, чем они у нас. Мы пытаемся чему-то научить детей сегодня, хотя сами понятия не имеем, какой будет наша жизнь в будущем, как не знали этого и наши с вами учителя (делая, впрочем, вид, что знают). Значит, остается наблюдать и учиться самим. Делясь, конечно, и опытом, и собственными соображениями. Так что лично я не вполне понимаю, к чему я могу подготовить своих детей. Я могу лишь научить их выбирать, быть открытыми новому, взаимодействовать разными способами со всем, что появится в их жизни.

6. Одно из лучших качеств родителя — умение посмеяться над собой. Но большинство родителей относятся к себе как к такому серьезному фактору бытия. Вот когда это чувство отпускает, то и в отношениях с детьми, и в педагогической работе все становится намного лучше. Был период моей жизни — за который я очень себя ругаю — когда я пытался воспитывать детей. Я говорил «надо делать так!». И делал такое лицо, будто знал, как надо. У всех такое бывает.

Потом я понял: когда ты не запариваешься, это дает тебе возможность проще, понятнее и прямее высказывать детям свое мнение

И в этом смысле между мной-педагогом и мной-родителем нет противоречий. Когда я пишу про детей, я много рассказываю про себя. Про то, с чем удалось справиться. Конечно, я могу начать читать свои лекции голосом пророка и оракула, но это будет обман. Потому что я загоняю в угол самого себя. Потому что иначе я буду обманывать либо своих детей, либо людей, которые меня читают и слушают. Если замечаю, что я даю советы, которые для меня самого неприменимы, я тут же исправляюсь. Или вдруг со своими детьми начинаю умничать — я останавливаюсь. Потому что моим детям не нужен консультант по педагогике.

7. Родители — это мир, в котором живут их дети. Родители — это тыл. Родители — это люди, которые поддерживают нас всегда, даже если мы не правы. Это не значит, что родители — это люди, которые всегда говорят «ты прав». Они могут быть не согласны, но будут поддерживать априори и безраздельно. Это единственный дом на свете, куда я могу прийти в любом состоянии, и не опасаться, что я попаду на суд или «к начальнику». Это единственное место, где ты можешь быть собой. Это же самое крутое — быть с людьми, которые любят тебя независимо ни от чего. До поры до времени, во всяком случае. И в этом смысле твои возможности быть для детей тем миром, о котором ты сам мечтал в детстве, безграничны. Но у этой «божественности» есть и вторая сторона — страшная — сторона. Когда тебе верят безраздельно, соблазн манипулировать и обманывать огромный. И представляете, если этот мир вдруг оказывается жесток? Мир, который транслирует «я тебя люблю», но под этой формулой на самом деле раскрывается что-то совсем другое? Это самый страшный обман.

8. Дети — это единственные люди на свете, для которых ты можешь быть божеством. Ты для них абсолют. Но только до поры до времени. К исходу 6-7 лет ребенок начинает понимать, что родители не идеальны. Они вдруг выясняют, если мама говорит «давай я тебя поцелую — и все пройдет», но ничего не проходит. Или мама говорит, что если ты не доешь кашу, придет дяденька милиционер, — а он не приходит. Поэтому лучший способ избежать собственного краха — уметь постебаться над собой. И чем раньше, тем лучше. И самого себя божеством не считать. Нужно, чтобы ребенок очень рано начал понимать, что папа может сказать глупость или быть неправым. И умел поспорить с папой или даже посмеяться над ним, не обижая.

9. Когда твоему ребёнку 25 лет, ты смотришь на него и думаешь: неужели я могу иметь отношение к этому прекрасному человеку? И ты ловишь с ним совершенно другого рода кайф, чем в детстве. Моей старшей дочери Ане почти 31, Маше — 25, Эмме — 12 лет. Мы со старшими дочерьми вместе можем тусоваться, ходить в театр, слушать музыку, выпивать, болтать. И уже твой ребенок открывает для тебя мир, знакомит с людьми. Есть много вопросов, в которых я советуюсь с ними, а не с женой. И каждый раз удивляюсь, что это такая часть мира, которая выросла из тебя– с учетом твоего мира и под его влиянием. Если мы достаточно осознанно относимся к своей жизни, этот кайф начинается очень рано. И уже в 2 года можно разгадать в ребенке своего партнера по жизни, своего близкого по духу человека.

10. Меня не бесит в родительстве ничего! Мне не нравится идея о том, что родительство — это тяжкий труд. Мне кажется, что для людей, которые так говорят, вся жизнь является тяжким трудом. Их так научили! У них и секс — тяжкий труд. И семейная жизнь — труд. И любовь — труд. А про работу я вообще молчу. И потом они говорят своим детям «я же хожу на работу, хотя мне не нравится, вот и ты иди в школу». Так не ходи на работу, если тебе там не нравится. Смени работу, поменяй жизнь. Это не про родительство, а про отношение к миру в целом.

Если вы воспринимаете жизнь как бесконечное толкание в гору телеги с дерьмом, то и родительство воспринимается именно так

И тогда вместо радости у вас будет вечное долженствование. А долженствование — это напряжение. А напряжение — это риск все время сорваться. Вот так и живут люди на минном поле. Но с минного поля очень просто сойти: подышать, подумать, посмотреть вокруг.

11. Детей нельзя испортить любовью. Я вообще не понимаю, что такое «баловать». Ведь если ты любишь человека, тебе хочется делать ему приятно. Если я тебя люблю, я показываю тебе, как это — любить. Любить — это сложно. Это не значит, что я продам почку, чтобы купить тебе новую игрушку. Это не значит, что я буду всегда во всем с тобой согласен. Но если ты очень хочешь чего-то, а у меня есть возможность тебе это подарить, почему я должен отказывать любимому человеку в такой радости? И себе самому. Надо быть полным извращенцем, чтобы специально отказывать детям в том, о чем они мечтают. Таким образом они учатся любить и строить отношения.